Наследник от Тирана - Ада Ридель

Наклонив голову набок, смотрит своими карими глазищами.

Его глазами. Такими же тёмными, цвета кофе.

Хватаюсь за её маленькую щёчку и выдыхаю, улыбаясь:

– Всё будет хорошо, милая. Мама обещает.

***

Я не уверена, что этот план сработает.

У меня нет номера Самира, поэтому… В первую очередь, я звоню в его приёмную. Как и ожидается, на мою просьбу записать меня к губернатору… Послали.. Только мягче и корректнее.

Поэтому, взяв с собой Камиллу, я, ни на что не рассчитывая, приезжаю в дом Хаджиева.

Я не хотела брать с собой дочь, но не смогла ни с кем её оставить. Злата не отвечает на звонки уже который день. А больше я никому не доверяю.

Да и шансов с Камиллой у меня больше. Что Самир не выкинет меня. Выслушает. Или... Не знаю.

Подхожу к воротам, вижу, как один из охранников уже встаёт в защитную позу, тянется к наушнику ладонью. Докладывает наверняка.

– Девушка, это частная собственность.

Смотрю за ворота, видя огромный особняк Хаджиева. Перед ним ещё триста метров чистого газона, деревьев и цветов. Когда-то я гуляла по этим местам, а теперь…

– Мне нужно к губернатору, – теряюсь, выдыхая. Самое наиглупейшее, что я могла сказать.

Он долго смотрит на меня. Видимо, считает меня за дуру, раз я пришла сюда так. Хотя я его помню. Когда я ещё жила здесь, он был одним из моей охраны. А теперь…

Не знаю. Меня сейчас прогонят взашей.

– Милана Викторовна, я всё понимаю, – вдруг произносит. Вспомнил, всё-таки... – Но, к сожалению, я не могу пропустить вас.

Смотрит так, словно сожалеет.

Но это ведь не так.

Внезапно дотрагивается до наушника. Хмурится, что-то внимательно слушает.

Кивает.

– Я вас понял.

Поднимает взгляд с земли на меня. Удивляется услышанному.

– Проходите.

Что?

Проходить?

Вот так просто? Меня возьмут и пропустят?

– Как?

Глупый вопрос, Милана!

Но это странно. Он ждал меня? Или что? Хочет глянуть, как я буду унижаться?

На мои слова охранник только пожимает плечами. Мне открывают калитку и впускают на территорию. Даже сопровождают до комнаты, где нас и оставляют дожидаться хозяина дома.

Ко мне подходит женщина. Она многим здесь заведует. В основном, персоналом. А ещё встречает гостей.

Я знаю её. Она всё та же. И когда я жила в этом доме в роли инкубатора для его сына… Мы общались. Она хорошая.

– Чай? Кофе? – любезно произносит.

– Нет, спасибо, – Камилла на её слова громко возмущается, чем вызывает улыбку женщины.

Я сажусь на диван, а моя малышка норовит выпрыгнуть из рук. Ей не сидится на месте, поэтому пускаю её на кожаный диван. Изучает его и собирается сползти с него вниз. На пол. Видит ковер. Она до жути их любит.

И в этот момент в комнату заходит Рая. Женщина, предлагавшая нам чай.

– Губернатор сейчас спустится, – улыбается. – Может, давайте, я пока пригляжу за вашей дочерью? Мы будем в соседней комнате, чтобы вы могли поговорить.

Мне становится не по себе.

С одной стороны, я не хочу отдавать Каму в её руки. Она хоть и выглядит мило, но… Всё равно не то. Предчувствие нехорошее. Или во мне говорит параноик и человек, который просто не хочет выпускать любимое чадо из своих рук.

Но с другой стороны… Я не хочу, чтобы она это видела. Мало ли Самир сорвётся? Как в прошлый раз. И что дальше?

Она заплачет. И у нас всё будет по-старому. А мне нужно, чтобы он помог мне.

– Если нужно, я оставлю дверь открытой, – уговаривает.

Вот же… Не знаю я.

Но всё же вручаю Каму ей в руки. Моя девочка не кричит, а значит, человек Рая хороший. Булочка всегда плачет с тем, от кого веет гнильцой изнутри.

Только передаю дочку Рае, как слышу шаги.

Его шаги…

Оборачиваюсь и с замиранием сердца наблюдаю за тем, как открывается дверь. А порог комнаты перешагивает огромная фигура в деловом костюме. Он выглядит идеально. Как и всегда.

Поворачивает голову в мою сторону. Впивается в меня холодным взглядом.

И прищуривается.

А так он делает либо когда скептичен, либо…

Самир

Я удивлён до жути. Ещё с того самого момента, когда мне доложили, что ко мне пришла ОНА.

Та, от кого гниль из меня вся лезет. И не только.

Выворачивает наизнанку, когда вижу эти глаза. Проклятые глаза, способные убить меня одним взглядом.

– Что ты здесь делаешь? – цежу сквозь зубы.

Только недавно она говорила, что я животное.

А теперь что?

Пришла добить?

Она меня одними фразами взбесила.

Хотела, чтобы я не подходил к ней.

И я готов был это сделать. Послать её. Забыть.

Но нет. Я так просто не намерен её был отпускать. А ведь всё могло бы быть по-другому. Постарался бы избавиться от этой зависимости.

Был готов.

Но не сейчас.

Она убила моего сына, предала меня, ушла к врагу и теперь так смело появляется передо мной? Плачет у меня на глазах.

Так быстро.

Только увидев?

– Пришла поговорить, – поджимает губы.

– Зачем? Чего я ещё не знаю? Я помню. Животное. Ты обнаружила новые синонимы? Или пришла валяться в ногах, прося о прощении? Не думай, что я тебя прощу.

Готов простить. Был. Но не сейчас.

Не знаю.

Сердце на разрыв. Органы все всмятку.

Стали ещё тогда, когда она сказала об аборте.

Я мечтал о сыне. И всё.

Она разрушила мою мечту одним словом, закопав меня в той могиле, которую вырыла сама.

Думал всё вернуть. А теперь…

– Ты…

Судя по лицу, хочет сказать оскорбление. Поджимает губы, вовремя осекая себя. Смахивает слёзы, подходит ко мне. Дотрагивается ладонями до моей рубашки. Оттолкнуть её хочу. И сморщиться.

Грязная девчонка, что посмела меня предать.

Не понимаю себя, чёрт возьми.

Прибить хочу и одновременно притянуть, поцеловать. В голове мусор. Диссонанс.

Не понимаю этой мешанины в голове.

– Самир, я знаю, что ты меня ненавидишь.

Она права. До хруста в пальцах, которые хочу размять. А потом схватить её ими за волосы. Притянуть к себе и, смотря прямо ей в глаза, озвучить один вопрос, который уже задавал ей несколько раз.