Слава, судьба и первый поцелуй - Кейси Уэст

– Ничего страшного.

– Мне пойти и сказать Реми или Ною, чтобы меня не ждали?

– Нет, иногда они сами опаздывают. Если это так, то даже не заметят, что опоздал кто-то еще. А если нет, то достаточно скоро они узнают, что мы еще не готовы.

Конечно, они не опаздывали. Ной был на своем месте за пять минут до начала.

– Не выглядишь готовой, – сказал он, хмурясь.

Я уже открыла было рот, чтобы объяснить ситуацию, но Леа решила сделать это за меня:

– Прости, сегодня что-то не ладится с гримом. Скажи Реми, мне нужен еще час.

– Он не обрадуется.

– Искусство требует времени, – сказала она.

Когда Ной ушел, я сказала:

– Тебе не нужно было этого делать. Это ведь моя вина.

Она помахала перед моим лицом чем-то похожим на маленькую кисточку.

– Все в порядке.

– Спасибо, – сказала я.

– Сиди спокойно, – приказала она и начала приклеивать мне на щеку заготовку. – В любом случае, что случилось? Почему ты опоздала?

– Проспала. Сидела допоздна за домашкой.

– И ты закончила ее?

– На самом деле нет. Я уснула. Возможно, у меня на лбу отпечатались кое-какие цифры. – Я потерла лоб, как будто это реально было возможно.

– Я тут как-то впустила к тебе в трейлер парня, который сказал, что он твой репетитор. Донаван? Разве не предполагается, что с репетитором домашка делается быстрее?

– Ну… Он бы помог, если бы я не заставила его уйти.

– Зачем ты это сделала? Он показался мне очень приятным. И милым.

– Он таким и был… В смысле, милым. Не уверена, что он приятный. Он вел себя как мой папа номер два, вот я и повела себя с ним точно так же.

Она засмеялась.

– Твой отец не так уж плох.

– Ты видела его. И знаешь, какой он суперзаботливый.

Она махнула рукой в воздухе, показывая, что это должно волновать меня.

– Смысл в том, что мне не нужен еще один папа. Того, который у меня есть, более чем достаточно. Но я правда думала, что смогу сама заняться уроками. Я редко бываю в одиночестве, а вчера мне нужно было побыть одной. И я могу делать домашку сама… кроме математики. Математика сложная.

– И какие выводы ты можешь из этого сделать?

– Надо отсылать репетитора после того, как я сделаю математику.

– Хорошо, что мы можем учиться на своих ошибках.



Час спустя я вышла на площадку и только затем осознала, что все еще держу в руках телефон. У меня не было времени отнести его в трейлер. Я запаниковала, но Фейт с улыбкой протянула мне раскрытую ладонь.

– Спасибо, – прошептала я.

Она засунула его к себе в карман, и я присоединилась к Гранту.

– Проспала? – спросил он.

Мой взгляд упал на Реми, исследующего надгробие вместе с арт-директором. Это был наш последний день на кладбище. Сегодня все будет собрано и перевезено в церковь.

– Откуда ты знаешь, что я опоздала?

– Потому что Леа занималась моим гримом в то время, когда должна была заниматься твоим.

– И сколько туши ей потребовалось, чтобы сделать твои ресницы такими длинными?

Он выдохнул, прикидываясь оскорбленным.

– Это все натуральное, детка.

Несмотря на шутливый тон, он не шутил. У него были длинные ресницы, и я знала, что он их не наращивал. Скорее всего, его лишь немного припудрили и слегка подвели глаза. И тонна геля для волос.

– Что тебе больше всего нравится в этой работе? – спросила я.

– В этом конкретном фильме? Или в актерстве в целом?

– В этом фильме. – Пусть Аманда и сказала, что он взялся за эту роль, чтобы вернуть любовь некоторых фанатов и восстановить репутацию.

Мне было любопытно, не крылось ли за этим что-то еще. Его гонорар, скорее всего, составлял половину бюджета, но все равно вряд ли был соотносим с тем, что он получал раньше.

– Ты, конечно. – Он подмигнул.

Я закатила глаза.

– Ты говоришь это всем своим партнеррша.

– И каждый раз говорю правду.

Я засмеялась, затем остановилась и осторожно прикоснулась к лицу.

– Не смеши меня, иначе подбородок снова отвалится.

– Это будет не моя вина. Это будет вина Леи. Надо было лучше его закрепить.

– Мой подбородок очень надежно закреплен.

Реми повысил голос, чтобы все могли услышать:

– Кто сломал надгробие?

– Надгробие? – переспросил Грант.

– Большого куска не хватает, – ответил он.

Скорее всего, фальшивое надгробие было сделано из пенопласта или чего-либо похожего, потому что надгробие, о котором шла речь, отсвечивало белым, и кто-то уже занимался его покраской.

– Люди, – сказал Реми, – будьте осторожны на площадке.

Когда он говорил это, то почему-то смотрел прямо на меня. Я улыбнулась, надеясь, что у него и в мыслях не было думать, что я могу сделать что-то подобное. Слишком поздно я осознала, что с моим зомби-лицом эта улыбка, должно быть, выглядела весьма устрашающе.

Реми перешагнул через могильный холм и встал прямо перед нами.

– Вы готовы?

– Уже час как, – сказал Грант.

– Да, – сказал Реми, – простите за это ЧП с гримом.

Грант повернулся ко мне и заиграл бровями. Я просто кивнула Реми в ответ.

Он взял меня за руку и принялся исследовать мои накладные ногти.

– Очень похоже на реальную нежить, верно? – спросил он с улыбкой.

– Мне нравятся, – сказала я.

– Хорошо, тогда приступим, – ответил Реми.

Прошло два часа, и Реми закричал:

– Снято!

Он прошел мимо оператора, затем подошел ко мне. Внимательно изучил мое лицо и помахал перед ним рукой.

– Не вижу никаких эмоций.

Грант поднял в воздух палец.

– Могу я предложить использовать поменьше грима? В конце концов, в этой сцене она только наполовину зомби.

Реми снова взмахнул рукой у моего лица.

– Леа, мы можем что-нибудь с этим сделать? – спросил он, как будто она стояла рядом и слышала весь разговор.

Хотя, может, она и слышала, потому что кивнула из-за монитора и сказала:

– Без проблем.

– Ладно, тогда поработай над этим. И быстро. У нас осталось мало времени.



Я прижала телефон к уху по пути к трейлеру.

– Расскажи мне что-нибудь приятное обо мне.

Эбби засмеялась.

– Тебе нужно потешить свое эго?

– Да, и поскорее.

– Ты лучшая актриса в мире, – сказала она. – А теперь надо сказать что-нибудь искреннее. – Ее смех стих. – Прости, я не хотела использовать это как повод посмеяться. Могу сказать, что твоя уверенность пошатнулась. Ты правда потрясающая. Я до сих пор помню историю, которую ты придумала внутри той церкви прошлым летом. Я думала, ты говорила про свою жизнь, настолько реалистично это звучало.

– Какая же ты молодец, – сказала я. – Сколько нужно платить, чтобы ты сидела в моей гримерке и дни напролет строчила