Магия объединяет - Илона Эндрюс

— Когда это стало «моей землей»? — тихо спросил он. — Это был «город» всего несколько месяцев назад.

— Это стало моей землей, когда я заявила на нее права. Никто другой не хотел выступить и защитить ее от него.

— А что насчет них? — Он слегка кивнул в сторону наемников, усаживающих Стояна в машину. — Разве они не активизировались? Разве я не стоял рядом?

Я хотела ударить его.

Стоп машина.

Я сделала глубокий вдох и выпустила воздух.

Откуда это взялось? Я любила его.

— Барабас — мой друг, — сказал Кэрран.

— И что?

— Ты, кажется, забыла об этом. Я напоминаю тебе.

Мне понравилось, как он смотрел на меня. Будто пытался понять, было ли со мной что-то не так.

— Роланд готовит Джулию к тому, чтобы она стала его следующим военачальником. Она все еще общается с ним, и я ничего не могу сделать, чтобы остановить это.

— Я поговорю с ней, — сказал Кэрран.

— Это ни к чему хорошему не приведет. Мы вроде бы договорились с ней. Он вцепился в нее своими когтями, и я не знаю, как ее высвободить.

— Мы будем бороться за нее, — сказал он. — До самого конца. Но она самостоятельная личность, Кейт.

— Она ребенок! Ему тысячи лет.

— Ей шестнадцать, и это взрослые шестнадцать. Она любит тебя и меня. Я не волнуюсь. Он испробовал свое дерьмо на мне, он испробовал его на тебе, и мы оба все еще здесь. Мы не сбежали, чтобы присоединиться к его сумасшедшему параду. Джули — наш ребенок. Она сопротивляется силе. Я не думаю, что это так плохо, как ты думаешь. Но наступит момент, когда она примет решение, которое тебе не понравится, и ты будешь бессильна остановить это.

Но я не была бессильна. Я могла приказывать ей, и она не смогла бы противостоять моему приказу. И тогда я стала бы своим отцом.

— Я еду в офис, — сказала я ему. Больше мне нечего было сказать. Мне нужно было пространство и время, чтобы разобраться в себе.

— Хорошо, — сказал он. — Я загляну позже, после того как закончу в Гильдии.

— Как хочешь. — Ладно, сейчас я вела себя как полная задница. — Я бы хотела тебя видеть.

— Как пожелаешь, — сказал он.

***

Я ПОЕХАЛА в офис на нашем джипе, жалея, что не могу врезать кому-нибудь по морде, чтобы выразить свое разочарование. Барабас был прав. Я вышла из себя. Кэрран тоже был прав. Барабас был другом и заслуживал лучшего отношения. Тот факт, что они были правы, только разозлил меня еще больше.

Что-то произошло, когда Кэрран встал передо мной. Что-то, от чего у меня чуть не отказали тормоза. Он бросил вызов моей власти, точно так же, как мой отец бросил вызов моему праву владеть землей, и я почувствовала, что балансирую на краю пропасти. Желание навязать свою волю было таким сильным. Думая об этом, мне становилось не по себе.

Это была не я. Ничто из этого не было мной.

Я бурлила от своей силы, которую мне отчаянно нужно было сжечь. Все мое тело гудело. Я приготовила магический удар, но так и не позволила ему случиться, и неизрасходованная магия сводила меня с ума.

Я припарковалась перед «Новым рубежом», дошла до офиса и вставила ключ в замок. Ключ не повернулся. Будучи опытным детективом, я пришла к выводу, что дверь не заперта.

Я не хотела никого видеть или с кем-нибудь говорить. Я хотела час побыть одна или заиметь прекрасное свидание с тяжелой боксерской грушей.

Стоять здесь с ключом в замке было глупо, поэтому я открыла дверь и вошла. Асканио, наш стажер буда, сидел за своим столом, держа в руках карты. Роман занял кресло напротив него.

Ого.

Черный волхв был одет в фирменную черную мантию с серебряной вышивкой по подолу. Его узловатый шестифутовый посох был прислонен к стене. Верхушка посоха, вырезанная в виде чудовищной птичьей головы, пока оставалась деревянной. Я наложила на нее сглаз. У нее была раздражающая привычка оживать и пытаться укусить меня.

— Значит, тройка превосходит две пары? — спросил Асканио.

— Да.

— Но это не имеет смысла. Для двух пар требуется четыре карты, а для трех таких карт требуется только три. Их сложнее достать.

— По статистике, шансы получить две пары выше, чем три карты одного ранга.

— Ты зря тратишь свое время, — сказала я ему. — У Асканио худшее непроницаемое лицо, которое я когда-либо видела.

— У меня есть стратегия, — объявил Асканио.

— Ага.

— Я собираюсь играть с женщинами и отвлекать их своей знойностью. — Асканио расплылся в сногсшибательной улыбке. Он был, без сомнения, самым красивым семнадцатилетним парнем, которого я когда-либо видела. Он даже давал фору Дереку до травмы, хотя в Дереке всегда была какая-то мальчишеская, обезоруживающая искренность, в то время как Асканио точно знал, что делает. Вот почему его нужно было слегка осадить.

— Давай посмотрим на это.

— На что посмотрим? — Он моргнул.

— На знойность.

Ладно, я должна была признать, что знойность выглядела довольно неплохо.

— Нуждается в улучшении. Больше работай над соблазнительностью и меньше страдай запором.

— Я не выгляжу страдающим запором.

Я взглянула на Романа.

— Не-а, — сказал волхв. — Запором ты не страдаешь, просто женщины чувствуют, когда ты притворяешься.

— И что мне делать?

— Перестань так стараться. — Черный волхв повернулся ко мне. — У меня есть вопросы.

— Это может подождать?

— Нет. Твоя свадьба через две недели. Ты подготовила список гостей?

— Зачем мне нужен список? Я вроде как решила, что тот, кто захочет прийти, придет.

— Тебе нужен список, чтобы знать, скольких человек надо накормить. У тебя есть поставщик провизии?

— Нет.

— Но ты же заказала торт?

— Эмм…

— Флорист?

— Флорист??

— Человек, который доставляет дорогие цветы и расставляет их в красивых композициях, которые все игнорируют?

— Нет.

Роман моргнул.

— Я почти боюсь спрашивать. У тебя хотя бы есть платье?

— Да.

— Оно белое?

— Да.

Он покосился на меня.

— Это свадебное платье?

— Это белое платье.

— Ты носила это раньше?

— Возможно.

Асканио хихикнул.

— Кольцо, Кейт?

Вот дерьмо.

Роман тяжело вздохнул.

— Как ты думаешь, это что, вечеринка, на которой ты можешь появиться, сказать «Согласна» и пойти домой?

— Да? — Примерно так это и виделось у меня в голове.

— Ты понимаешь, что большинство тех, кто «владеет силой» в Атланте, захотят получить приглашение?

— Да пошли они.