Ученица Ледяного Стража - Ольга Дмитриева

Продолжая прижимать подрагивающий меч к груди, я спустилась с горы. За неделю этот путь стал привычным, даже подъем. Я чувствовала, что в оружии пульсирует магия, и боялась выпускать его из рук.

После ночного снегопада третий плац утопал в снегу. Ледяной застыл посреди поля и ждал меня. Стоило мне приблизиться, как он сразу заподозрил неладное. Я молча вытащила меч, показывая пульсирующую руну. Несколько мгновений куратор смотрел только на нее, и на лице его было написано: «Еще и это!».

Затем он снова стал невозмутимым, и я требовательно спросила:

— Что это значит?

— Все идет как надо, — заверил меня он. — Работаем. Призыв клинка и два дубля.

Но я не отступала:

— Тогда почему Чейн так смотрел на эту руну?

— Чейн? — нахмурился куратор. — Где ты его встретила?

— Наверху, он медитировать пошел, — неопределенно пожала плечами я.

— Ах он медитировать пошел… — протянул Ледяной таким нехорошим тоном, что я почувствовала себя хоть немного отмщенной. — Я сам с ним поговорю. Не отвлекайся.

— Вы не сказали, что все это значит, — напомнила я.

Ледяной приблизился и заглянул мне в глаза. Пришлось вскинуть голову. Я упрямо поджала губы, ожидая ответа. Продолжая пристально смотреть на меня, куратор произнес:

— Это значит, что я не ошибся.

Он сжал пальцами белую прядь моих волос и продолжил:

— Магия стражей у тебя самого высокого порядка. Даже если ее всего лишь половина. Ты все еще ничего не хочешь мне рассказать?

— Нет, — обескураженно покачала головой я, не понимая, куда он клонит.

Куратор отступил в сторону и кивнул:

— Что ж, если передумаешь, ты знаешь, где меня найти. Призыв, два дубля.

Жест призыва я сложила, не раздумывая. Кажется, за неделю Ледяной и меня успел надрессировать. Клинок вылетел из ножен и завис передо мной в воздухе. В жесте двоения пальцы дрогнули. Я мысленно застонала. И едва не открыла рот от удивления, когда рядом с мечом возникли еще два точно таких же. Только в этот момент странная руна погасла.

Чей это вздох облегчения, неужели куратора?

Тренировка, наконец, стала походить на нормальную. Правда, Ледяной решил оторваться по полной и гонял меня по полю битых два часа, заставляя выполнять всевозможные финты тремя клинками и уворачиваться от его ударов. Вывод из всего этого я сделала печальный — магия стражей высокого порядка не гарантирует отличный результат сразу. А Ледяной в бою невероятно хорош, аж зависть берет.

Но самое главное — на этой тренировке никому не прилетело по лбу. Кажется, меч перестал капризничать. Вот бы и дальше так было.

К тому времени, как меня, наконец, отпустили, я ужасно хотела есть. Надежда на то, что в столовой осталось хоть что-то, была слабенькой, но я поплелась в сторону общежития.

Сигмунда и Эйнара я обнаружила на полпути. Они о чем-то негромко переговаривались, поминутно оглядываясь. Я подошла поближе и заметила, что одежда Эйнара выглядит такой грязной, будто он подметал собой какой-то чердак.

— Что случилось? — спросила я вместо приветствия.

Сигмунд бросил:

— Все нормально, ты обед пропустила.

Но лицо Эйнара внезапно озарила безумная надежда. Он приблизился и прошептал:

— Анна, помоги!

— Что случилось? — тут же напряглась я.

— Там Котик… застрял. Нужна помощь.

— Чем она нам поможет? — вздохнул Сигмунд. — Не ее же в алхимическую лабораторию отправлять. Там сейчас декан Холмен. Если он узнает…

— А как алхимическая лаборатория поможет вашему котику? — не поняла я.

— Там наверняка есть что-то достаточно скользкое, чтобы вытащить Котика из трубы, — пояснил Эйнар. — До того, как его заметят, и мы получим новые проблемы. Мыло не помогло…

— Скользкое… — задумчиво произнесла я. — Труба, говорите… У меня есть кое-что полезное в комнате. Ждите, я быстро.

Совсем быстро не получилось — мне нужно было замешать состав. На всякий случай я прихватила еще пару зелий своей собственной разработки и поспешила к парням.

Сигмунд и Эйнар привели меня к зданию, у которого я еще не была. Мрачный двухэтажный корпус в другом конце плато стоял почти у скалистого обрыва, в стороне от главного здания Академии. Когда мы остановились, я огляделась и спросила:

— Ну и где ваш котик?

Эйнар молча указал наверх. Я вскинула голову и застыла, пытаясь осознать масштаб проблемы. Сбоку над крышей здания возвышалась широкая кирпичная труба. А из трубы торчали здоровенные белые собачьи лапы, пушистый хвост колечком и кончики белых крыльев.

Несколько мгновений спустя я выдавила:

— Вижу байланга. Ты вроде сказал, что мы идем спасать котика…

Эйнар хлопнул себя по лбу и попытался оправдаться:

— Ты же не знаешь! Это его имя.

Сигмунд оборвал его:

— Наверх. Быстро.

Он первым сотворил нужные жесты и схватился за клинок. Меч унес его вверх. Мы с Эйнаром повторили за ним. К счастью, мое оружие больше не капризничало, и мгновение спустя, мы уже стояли на крыше возле злополучной трубы.

Я откупорила пузырек и обошла ее по кругу, тонким слоем размазывая зелье по краю.

— Не хватит, — забеспокоился Эйнар.

Но я в этот момент щелкнула пальцами. Тонкий слой беловатой жидкости начал стремительно превращаться в полупрозрачную слизь. Байланг задергался и уперся лапами в крышу, судорожно протискиваясь наружу. Наконец, я увидела облепленную слизью морду и вздохнула с облегчением. Эйнар прошептал:

— Спасибо!

Затем он тут же вскочил на спину зверю и приказал:

— Делаем ноги!

Котик взмахнул крыльями и понес хозяина прочь. Сигмунд снова использовал меч. Сотворил нужные жесты, и верный меч унес его вниз. У меня еще плохо получалось управлять пикированием, но я справилась. Точнее, справилась бы.

На середине пути, когда под напряженным взглядом Сигмунда меч аккуратно нес меня вниз, рукоять внезапно задрожала. Я почувствовала, что чужая сила выворачивает оружие у меня из рук. Но отпустить клинок я была не готова, как и падать с высоты второго этажа. Поэтому мне ничего не оставалось, кроме как вцепиться в свой меч обеими руками и вместе с ним кубарем влететь в любезно распахнутое окно.

При падении я чудом не порезалась, только больно приложилась локтем и коленом об пол.

Потирая ушибленные места, я медленно села и огляделась. Спальня? Кабинет? Кровать, письменный стол, пара мягких кресел и книжные полки. И тут за моей спиной раздался знакомый голос:

— Так, так… И что же вы делали на крыше общежития для преподавателей, леди