Настоящий папа для хоккеиста - Арина Стен

— С днем рождения, малая, — проговорил, улыбаясь подбежавшему вслед за сестрой Кирюхе. — И тебя с днем рождения, боец.

— А где подарки? — бесхитростно спросила девочка.

— Олеся! — возмутилась Оксана, подходя к нам и отряхивая руки. — Дай дяде Илье прийти в себя после дороги. К тому же мы договаривались, распаковка подарков будет позже.

Ребенок недовольно надул губки, но согласно кивнул.

— Да, мам, — с тяжелым вздохом она слезла с моих рук и с интересом уставилась на вылезшего из машины Никиту. — А ты кто?

— Боже, — страдальчески закатила глаза госпожа Строганова. — И чему я тебя только учу?

Усмехнулся, потрепал по макушке Кирюху, обменялся с ним нашим традиционным приветствием, а затем повернулся к сыну Ирины.

— Это Никита, — представил его ребятам. — Примете его в банду?

Олеська важно кивнула и подошла к мальчишке. Оксана удивленно вскинула брови, ожидая каких-либо объяснений, но я покачал головой, без слов говоря, что объясню все позже.

— Меня Олеся зовут, а это, — показала на своего брата, — Кирилл.

— Никита, — тихо представился пацан.

— А откуда ты знаешь дядю Илью?

— Он наш с мамой сосед.

— Пойдем, — посчитав знакомство завершенным, Леся схватила мальчонку за руку и потянула за собой. — У нас во дворе стоит батут. Тебе нравится прыгать?

Никитка кивнул, но неуверенно на меня посмотрел, словно спрашивая разрешения, можно ли ему отойти от меня, поиграть.

— Иди, — улыбнулся малому. — Ради этого мы сюда и приехали.

Мальчик широко улыбнулся, впервые за последние сутки, и поспешил за продолжавшей тянуть его за руку Олеськой. Кирилл, не говоря ни слова, последовал за ними.

Глава 9

Илья

Проводив их взглядом, повернулся к Оксане. Та стояла, уперев руки в боки, и молча на меня смотрела. Не успел я ничего сказать, как к нам присоединился ее муж.

— Здорово, — хлопнул меня по плечу Макс и тоже посмотрел в сторону скрывшихся за домом детей. — Где ты украл этого ребенка?

— Не украл, — фыркнул, следуя за семейной парой в дом.

На ходу поздоровался с парочкой взрослых, которых помнил по предыдущим дням рождения бандитов, успешно увернулся от несшейся прямо на меня оравы малолетних траглодитов, и, наконец, оказался в кухне, встретившей нас блаженной тишиной.

— Знаете, после этих визгов, мне начинает казаться, что я — самый тихий человек в мире, — заметил, доставая из холодильника бутылку пива, которого всегда было у Максима в избытке. Еще, когда ехали сюда, решил, что мы с Никитой переночуем у Строгановых. Был уверен, что они нам не откажут.

— Тебе только кажется, — фыркнул друг, скрестив руки на груди, он облокотился о кухонный стол и воззрился на меня с тем же вопросом в глазах, что и его жена.

Сделав пару больших глотков, удовлетворенно прикрыл глаза. Блаженство. Я мечтал хотя бы о капле алкоголя со вчерашнего вечера. Пиво, конечно, не совсем то, но тоже сойдет. Напиваться в зюзю, когда у меня на руках малой, не собирался.

— Иль-я, — по слогам проговорила мое имя Оксана, так и не дождавшись хоть каких-нибудь комментариев произошедшего.

— Помните моих шумных соседей сверху?

Семейная пара дружно кивнула.

— Это их сын. Точнее, — поправился, вспомнив появившееся в голосе Иры возмущение, когда я предположил, чтоэтотбыл ее мужем, — ее сын. Мужик оказался обычным проходимцем.

— И что же ее сын делает с тобой на празднике наших детей? — осведомилась Оксана.

— Вчера вечером он ее сильно избил, а сам смылся. Я отвез ее к Стасу в больницу, а малого взял с собой, поскольку, как выяснилось, других родственников, кроме матери у него нет, — изложил основные факты.

Оксана ахнула, приложив руку к губам, на глаза женщины навернулись слезы. Затем они грозно сверкнули, и она ткнула в меня пальцем, в голосе, когда заговорила, сквозило неприкрытое возмущение и осуждение:

— Я же говорила, что что-то подобное могло произойти! А ты отмахивался!

— Ты сейчас очень похожа на мою старую соседку — Макаровну, — поморщился, вспомнив осуждение в глазах старушки.

— Вот, если бы ты нас послушал… — начала было Оксана, но Максим ее перебил.

— Это бы все равно произошло, любимая, — чуть сжал ее за плечи, поцеловав в макушку, пытаясь сбить воинственный настрой. Помогло. Женщина как-то разом расслабилась, откинулась на грудь мужа и прикрыла глаза.

Я благодарно посмотрел на друга, одними губами сказал «Спасибо», Макс кивнул. Мы с ним оба понимали, что ничего бы мой звонок ментам не решил, даже если бы я позвонил нашему общему знакомому.

— В таких семьях очень редко бывают благодарны при постороннем вмешательстве. Ты же знаешь, — добавил он, озвучив его и мои мысли.

Оксана тяжело вздохнула и открыла глаза, в которых плескалась неприкрытая грусть.

— Знаю, но все равно мне хочется верить, что именно в этом случае, звонок мог бы помочь.

— Теперь мы этого никогда не узнаем, — пожал плечами, отворачиваясь от них к окну, мимо которого в этот момент с улюлюканьем пронеслась стая детишек.

— Его мама пришла в себя? — спросил Максим, когда понял, что я задумался и не собираюсь продолжать.

— Да, — кивнул, — у нее сломана лодыжка, два ребра, легкое сотрясение. Стас хочет оставить ее в больнице недели на две. Поэтому я предложил ей присмотреть за малым, пока ее не выпишут.

— И она согласилась? — по голосу Оксаны было слышно, что она хмурится.

— У нее не было выбора, — грустно ухмыльнулся, вновь поворачиваясь к друзьям. — Родных нет, друзей, как я понял, тоже. Не оставлять же его одного.

— Не в обиду тебе будет сказано, — пробормотала Строганова, — я бы не доверила ребенка незнакомому человеку.

— Я бы тоже, — согласился с ней, — но либо так, либо соццентр. Из двух зол, как говорится…

— У нас не такие ужасные социальные центры, как о них говорят, — встала на защиту госслужбы Оксана, которой приходилось в свое время, пока она работала в садике, с ними сталкиваться.

— Но есть и не очень, согласись, — возразил ей муж.

— Есть, но это не значит, что мальчик попал бы именно в такой, — парировала та.

— А мог бы и попасть, — я решил закончить ненужную дискуссию.

На самом деле, мысль о том, чтобы отдать Никитку на время на попечение социальным службам, даже не приходила мне в голову. Ире, видимо, тоже. Хотя, вот ее-то как раз можно было понять — она в больнице, плохо себя чувствует, еще и сотрясение. По опыту знал, что с ним первое время соображаешь из рук вон плохо.

— Почему