Времена грёз. Том 2 - Мелисса Альсури

— А сколько вообще стоит подобный камень в Санктуме?

— Много, и как бы не пытался Кейн удешевить его, подобные экземпляры всё равно может купить не каждый. Большинство машин сейчас работают лишь для передвижения на малых расстояниях, чтобы хватало заряда.

— Простите, Кейн?

— Да, его семья издревле разрабатывает горные жилы с божественной кровью.

— Я думала, он занимается цветами, он рассказывал только об удобрениях.

— О, это дело появилось сравнительно недавно, и молодежь знает Аластора как владельца сети цветочных салонов. Я же знаю, что все месторождения кристаллов, известные на данный момент, принадлежат роду Кейн, пускай на этом и не акцентируется внимание. Сами камни в чистом виде все равно почти не используются, поэтому больше знают механизмы и компании, работающие с кристаллами.

Съев последний кусочек яичницы, я отложила вилку и, промокнув губы салфеткой, потянулась к своей чашке ароматного, свежезаваренного кофе в изящной фарфоровой чашке. Самое то, для бодрого и продуктивного начала дня.

На миг мысли едва не ускользнули в обдумывание наилучшего расположения приборов на столе, чтобы из этого можно было сделать полноценный натюрморт под названием «Целестинский завтрак».

— При встрече Аластор не показался высокомерным и охотно помог нам. Даже не верится, что он настолько важная особа.

— Самый большой предприниматель страны. Отчасти благодаря старым связям, оставшимся с тех пор, как его отец был советником короля.

Да, помню, как печально оборвалась его жизнь.

Я не желал ему такой участи и не думал, что Адам зайдет настолько далеко.

Знаю, король в тот момент, кажется, уже основательно сошел с ума.

Получив краткую инструкцию о том, когда и как я буду появляться в светлом дворце, я распрощалась с Джозефом и поспешила к себе в спальню, подспудно чувствуя, что машина, присланная за мной, вот-вот должна подъехать к дому. По пути обходя семенящих служанок с бельем и завернув в коридор, я чуть не столкнулась с Энн, рассеяно бредущей в ночной сорочке к лестнице. Меня она будто не увидела, и, поймав девушку за плечи, я постаралась немного встряхнуть ее, дождавшись, пока чуть более осмысленный взгляд остановится на мне.

— Ох, леди Серафина, я вас и не заметила.

— Ты, кажется, сейчас вообще ничего не замечаешь.

— Наверное, не выспалась. Сон сегодня был такой странный, такой непонятный и тревожный.

— Как ты себя чувствуешь?

— Неплохо, только я всё еще хочу спать. Простите, я думаю, мне стоит всего лишь перекусить, и я тут же взбодрюсь. Сладости с чаем всегда давали мне новые силы.

Улыбнувшись, я кивнула, удовлетворившись ответом, и отпустила Энн, давая ей спуститься в столовую. Учеба у девушки начиналась обычно чуть позже, чем работа у ее отца, но сегодня она могла бы немного поболтать с Джозефом, если они успеют пересечься внизу. Возможно, он подскажет, как защититься от ночных кошмаров.

На первом этаже послышался звонок в дверь и неожиданно запел граммофон в гостиной. Легкий ненавязчивый джаз разнесся радостной трелью по всему дому, будто подчиняя домашних своему игривому темпу. Губы невольно растянулись в улыбке. День не предвещал ничего хорошего или особенного, но с музыкой практически любое утро казалось лучше. Пристрастие Элизы к джазу, особенно во время работы по дому или уходу за садом, поднимало настроение даже ее помощницам-горничным.

— Серафина, за тобой приехали!

Голос супруги Карвен прозвучал совсем недалеко. Сделав шаг к перилам лестницы, я посмотрела вниз и встретилась взглядом с Элизой.

— Уже иду, мне нужно лишь пару минут.

— Я передам водителю. Не задерживайся, король не будет ждать тебя вечно.

Достав с пояса садового фартука перчатки, женщина кивнула кому-то и тут же направилась к проходу на задний двор. За ней понуро, словно на эшафот, поплелся наемный садовник, появляющийся в доме пару раз в неделю. Тон Элизы стал строже, кажется, она едва сдерживала свое недовольство.

— Итак еще раз, никаких железных украшений и никаких инструментов из железа в моем дворе быть не должно. Это просто недопустимо.

— Леди Карвен, я клянусь, их и не было, я сам всё проверяю.

Мысленно поддержав мужчину, я прошла в спальню и к брючному костюму с жилеткой и легкой блузой прихватила пиджак и шляпку, надеясь, что ее поля хотя бы немного спасут меня от солнца.

Спустившись в прихожую и быстро направившись к двери, я краем глаза заметила собравшихся помощниц Элизы в конце коридора у кухни. Держа в руках тонкие фарфоровые блюдца, наполненные молоком, они тихо о чем-то перешептывались, чуть не сталкиваясь головами и нервно поглядывая в сторону сада.

— Леди Серафина, вы готовы?

— Да, конечно. Что-то у нас суетно с самого утра.

Повернувшись к ожидающему меня водителю в белом форменном костюме с серебряной вышивкой королевского дворца, я скользнула на улицу, напомнив себе позже расспросить, что же такое случилось в доме всего за одну ночь.

Санктум, центр светлой страны, предстал передо мной сегодня в еще пущей красе и зелени, чем раньше. Делясь последними красками бабьего лета и передавая осени права, здесь пышно цвели георгины и гортензии под окнами и витринами, выглядывая из-под старых раскидистых ясеней, тисов и вязов, обрамляющих дороги, словно вечные стражи. На клумбах и в подвесных горшках дрожали от дуновения ветра цветастые анемоны, старые здания любовно обняли покрывала из плюща и девичьего винограда, коего здесь оказалось в избытке. Чем ближе к центру города мы подъезжали, тем чаще во дворах я видела красные полотна, затянувшие беседки, каменные стены и крыши, будто все богачи столицы внезапно решили отдать свои дома под опеку этой лианы.

Я полагаю, это небольшой отголосок прошлой моды?

Да, что-то искоренить не смог даже Адам. Как бы не пытался.

Помню картину с Лилит на фоне девичьего винограда.

Ее наверняка уничтожили.

Наверняка.

Поджав губы, я с сожалением посмотрела на очередное одетое словно в диковинную шубу здание.

Если так посмотреть, то Лилит еще живёт, пускай, лишь тенью, но живёт и здравствует, несмотря ни на что. Знает ли Авель, об этом? В курсе ли он, что она рядом? Что именно ее след кровавым пятном растекается по всей столице к каждому дню рождения своего младшего сына? Будто алые бусины ожерелья вокруг белого дворца на холме в центре Санктума.

Едва ли он когда-либо узнает о том, что совершил его отец.

Мне кажется это немного неправильным.

Возможно, но иного выбора у нас нет. В этом Каин был несомненно прав.

Сжав в руках край пиджака, я тяжело вздохнула. На улице промелькнул еще один флористический салон Кейна, радовавший прохожих большими искусными букетами