Моя милая эскортница - Агарев

Я ухмыльнулся и положил трубку.

Гребанный студентик. Не туда ты пытаешься влезть. Я делиться не люблю.

Зашел Андрей.

— Не очень хорошие новости, Максим Викторович. В зале нашли прослушку, так что придется проверить весь дом.

— Ожидаемо, — зло бросил я и направился к выходу. Но потом вдруг обернулся. — Сделай так, чтобы все звонки и сообщения с этого телефона параллельно приходили мне. И чтобы все незаметно.

Андрей взял в руки телефон Сони. Помощник только кивнул, и мы вышли из кабинета. Я направился на второй этаж.

Соня сидела на кровати, закутавшись в полотенце. Как только я вошел, она вздрогнула и посмотрела на меня. «Ну что?» — спросила взглядом.

— Оденься, эту комнату тоже осмотрят. На всякий случай.

Лучше не говорить ей про масштабы проблемы. Только напугаю.

По ожидающей позе понял, что что-то не так. Я осмотрел комнату и не увидел ее одежды. Она не принесла ее с ванной? Ясно. Я открыл шкаф и достал свою футболку и спортивные штаны на резинке.

— Надень это, — бросил вещи к ее ногам.

Тонкие руки потянулись к футболке и расправили ее перед собой.

— Твоя одежда будет мне очень большой, — произнесла она, серьезно разглядывая вещь. — Но спасибо. Другого все равно нет.

Кажется мило прозвучало. Бред.

— А что ты сделала со своими вещами?

— Выкинула.

Я положил руку в карман и стал наблюдать. Она была закутана в полотенце полностью. Не снимая его, девушка натянула футболку, а потом встала, вынужденная его все же спустить.

— Не смотри так на меня, — попросила она, не глядя. — И без того все прекрасно рассмотрел в машине.

— Что тебе не понравилось? Ты хотела в ресторан? — усмехнулся я, ведь так и не понял, чего она взбесилась тогда. — Или хотелось понежнее трахаться?

Она бросила злой рассерженный взгляд.

— Твои шутки сейчас не к месту.

— А я не хочу впадать в драму, — говорю серьезно. — Достаточно.

Наши взгляды скрестились. Но девчонка не выдержала долго и отвела глаза.

— Поехали. Пока проверяют дом, съездим в ресторан неподалеку. Я хочу есть, и ты наверняка тоже.

— В такой одежде? — удивилась.

— Закажу доставку.

Я направился на выход, но услышал громкое «Нет-нет! Поедем!». Через пять минут Соня спустилась на первый этаж. Мы вышли и взяли мой новенький электрический Спектр.

— Сколько у тебя машин?

Соня в мой огромной одежде смотрелась, конечно, комично. Я вздохнул, протер глаза, и выехал за ворота.

— В России или вообще?

Девушка метнула внимательный взгляд, и приосанилась в сиденье.

— Я уже поняла. Можешь не отвечать, — сказала она и уставилось на темный лес, мимо которого мы проезжали.

Когда приехали к ресторану я вышел, но девчонка за мной не последовала.

— Ты там застряла? Выходи! — позвал ее, открывая дверь.

— Я не буду есть в ресторане, когда так выгляжу. Принеси еду сюда.

От такой наглости я опешил. А она смотрела на меня выжидающе, вылупив огромные жалостливые глазища.

— Ты охренела? Я тебе что, личный официант? А ну вылезай!

Она вцепилась в кресло и начала вопить. Выходящие люди остановились, уставившись на нас.

Сжав челюсти, испепеляя ее взглядом, я захлопнул дверь и пошел в ресторан сам. Мелкая дрянная сучка! Нашла себе кем руководить.

Пусть будет так, как она хочет — накормлю ее в салоне. Но потом оставлю на лесополосе! Койотов нет — сама доберется. Мы «отужинали» в авто в полном молчании. Соня жадно поглощала китайскую лапшу, изредка давая блюду лестные характеристики.

Потом я скинул упаковки от еды назад и снова за окнами заиграл лес. Девушка, наевшись, устроилась поудобнее и стала засыпать. Признаться, я тоже сильно устал. Была глубокая глухая ночь, из-за работы я не спал больше суток.

Видимо сегодня я ее все же не выкину. Хочу побыстрее домой. Мне еще с этими придурками разбираться. Так что пусть живет.

Изредка я смотрел на нее, так как виды за окном выучил наизусть. Ее пухлые губы приоткрылись, а веки прикрывали глаза. Светлые ресницы мирно таились, обрамляя красивые изгибы крупных глаз. Аккуратный нос иногда чесался, так что она в полудреме подносила палец к кончику носа и чесала его. Мне не хотелось этого признавать — но она совершенство. Совершенство для меня. Признание обрушивалось подобно каменной глыбе. Как же так? В кого я превращаюсь?

Мне нравилось все! А ведь я ужасно придирчив. Те пару дней, что мы не виделись… Мысли все равно возвращались к ее наглому отказу раз за разом. Но я бы справился, забыл и выкинул из памяти. А что теперь?

Она отвергла меня, а потом прижалась так, будто я единственный в мире, кто может ее защитить. Эскортница с невинными голубыми глазами — разве не глупо? Я хочу вышвырнуть ее вон, а в другой момент трахнуть, а в третий успокоить.

Сам себя не узнаю.

Нужно переключиться, пока я не вляпался по самое не хочу. И другие девки есть! Москва красотками полнится.

Еще и спит так… Руки чешутся прикоснуться.

Яркий свет внезапно ослепляет. Я резко дергаю руль влево, чтобы не столкнуться с машиной. Соня просыпается от удара головой.

— Что происходит? — пугается она.

Я уже хочу ответить «ничего» как чуйка велит другое. Рука сама ложится ей на макушку и прячет девушку вниз. Я тоже уклоняюсь. В этот момент раздаются выстрелы, разбивающие стекла нового авто.

Блять! Достаю из бардачка пистолет.

Глава 11. Признание

Соня

Я кричу от страха. Осколки от раздробленных стекол разодрали бы мне лицо, если бы не Максим. Я дрожу, спрятавшись под сиденьем. В глазах Максима мерцает мрачный блеск. Я еще не догадываюсь, что это значит.

Мы оба не ранены, я по крайне мере точно. Нужно ехать отсюда как можно быстрее и дальше. Неужели это те же люди, что похитили меня? Наверняка! Внутри все холодеет. Он что-то не рассказал мне. Мы были в опасности. И сейчас в опасности!

— Ебаные твари, — зло цедит мужчина.

Он выворачивает руль. Я цепляюсь за сиденье, чтобы не стукнуться. Неужели он хочет гнаться за ними? Да, так и есть!

— Максим не надо! Я прошу тебя! — умоляюще кричу сквозь этот дикий шум.

Но он не слышит. Серо-голубые глаза сощурились, мышцы рук напряжены так, что я различаю огромные вены с бурлящим в них адреналином. Я не узнаю его. В руках пистолет, чьи острые резкие отблески угрожающе блестят. Даже оружие ожило и велит мне заткнуться.

Максим жмет на газ. Я хнычу