Лев для Валерьянки - Анна Леденцовская

«Ешь ты, парень, вероятно, немало, а потому плату тебе положу сперва десять серебряков в неделю да обед. Ну и жить вон там при кузне будешь. Каморка теплая, тюфяк на лежанке есть. Удобства во дворе».

Об этом Берт рассказывал Лере и тройке своих приятелей, пока они шли до примеченного Маерши ресторанчика.

— Это ж как — один-то раз в день питаться? — гудел мохнатый блондин, как крупный обиженный шмель. — А ежели серебро на еду тратить начну, так и мамке нечего будет отсылать.

Впрочем, философский склад ума помогал ему найти и положительные моменты в сложившейся ситуации.

— Зато он меня все же взял! — рассуждал Берт. — Остальные и брать не хотели почему-то. А Грофек Финт взял! И даже потом сказал, что если не выгонит, то монет прибавит за работу. И учить обещал, но вот как с едой-то… Эх…

— Ого! — уважительно присвистнул Пьер. — Финт — он же гном! Единственный гном в Энермейме и лучший оружейник на все графство Нейрандес! Да тебе просто повезло! А с едой тоже как-нибудь решится.

В свое везение касательно новой работы начинающий подмастерье не сильно верил, а вот насчет сегодняшнего вечера — вполне. Платили за угощение братья Маерши, а значит, сегодня верзила сможет наесться впрок.

Сейчас сидящий на плетеном стуле рядом с Валерианной Берт сосредоточенно, чуть причмокивая, с аппетитом поглощал из миски нежно-лиловое месиво. В субстанции, похожей на дрожжевое тесто, торчали не очень ровные голубенькие кубики, и запах от блюда, надо сказать, был так себе.

Если бы пахло чем-то фруктовым, Лерка, может быть, даже рискнула бы попробовать, но от тарелки отчетливо тянуло рыбой и квашеной капустой.

— А с садом ты что-нибудь делать будешь? — поинтересовался Мохнатый у девушки. — Там земли немного, но есть же что-нибудь полезное?

— Конечно, буду. Я там ягод много видела, еще какие-то беленькие деревья, и они, кажется, с плодами. — Лера отхлебнула из бокала сладковато-кислый напиток, похожий на пунш или домашнюю «Сангрию». — Я вообще растения люблю.

— Белые и очень прямые стволы? — уточнил Ник, внезапно подобравшись, а его глаза вспыхнули фонариками. Феликс ткнул Пьера под ребра, и братья заржали.

— Все, мисель Лера! Если у вас пропадет кечьяра, сразу требуйте с него компенсацию. Ник ее может есть в огромном количестве, а у нас в саду дома она не росла. У маман на нее аллергия. Она даже запаха не выносила. А Ник просто с ума по ней сходит. Вот! — Феликс с Пьером, веселясь, кивнули на пустую миску брата, в которой уже не осталось ни кусочка того, что Валерка приняла за разновидность макарон из шпината. Длинные зеленые спагетины, скрученные спиральками, в белом соусе. Оказывается, это был фрукт со странным названием, а у нее теперь имелось даже несколько таких диковинных деревьев.

— Может, даже свататься придет! — развлекались два оболтуса-недоросля, глядя, как уже злится, раскрасневшись, обычно манерный и томный Ник. — Вы же, мисель, теперь с приданым…

Судя по завещанию, которое Валерианна мельком еще раз просмотрела, ей там и правда, помимо дома, кое-что полагалось.

А еще в самом документе, который забрал Веймур, уже не стояло, как успела заметить Лера, описание качеств, требуемых для вступления в наследство.

На бумаге совершенно четко, темно-зелеными чернилами были выведены ее собственные фамилия, имя и отчество. В скобочках стоял статус: «попаданка-человек».

Дальше в завещании шло описание дома, у которого тоже, как оказалось, было имя. Точнее, название. Как у коттеджей англичан или замков у французов.

На бумаге витиеватыми крупными буквами красовалось: «Дом двухэтажный „Пушистый мох“, адрес: переулок Мурчащих Рыбок, 5».

И перечень ценного имущества, которое ей обещали переписать и отдать потом как-нибудь.

Берта шутки про еду, завещание и сватовство не интересовали. Парень методично шел к цели максимально наесться про запас. Поэтому он с философским видом пожал плечами и, отодвинув опустевшую миску, притянул к себе широкое блюдо с разной зеленью, поверх которой лежали желтоватые ноздреватые ломти, словно кто-то крупно накрошил куски поролона. В конце концов, сейчас еды хватало, и стоило уделить ей самое пристальное внимание, раз уж вскоре ожидаются тяжелые времена.

Валерианна, уже почти как оборотни, потянула носом, принюхиваясь. Аппетитный запах грибов удивил ее.

Что-что, а грибочки Лера любила. Поэтому, когда сосед, заметив ее интерес к своему блюду, предложил на пробу кусочек такой «губки», она отказываться не стала.

— Божечки, вкусно-то как! Это же как грибы в сметане, солененькие, с лучком и запеченные на пироге, только без теста! Лисички… нет, волнушечки… м-м-м…

Лерка не знала, как описать вкус, но точно знала, что это неизвестное нечто станет одним из любимчиков ее меню.

Жуя кусочек, она рассеянно поглядывала в окошко.

Уютная маленькая ресторация, в которой они сейчас сидели, находилась на той же улице как раз напротив Лериного нового дома. В окно была видна криво забитая досками стеклянная витрина лавки и дверь, которая, как помнила девушка, открывалась серебряным ключом-артефактом.

— Что это? — Глаза Леры внезапно широко распахнулись, и она подскочила, испуганно ткнув пальцем в стекло. Проследив за ее взглядом, повскакивали и оборотни.

На крыше дома рядом с трубой кто-то стоял. Рассмотреть можно было только темный сгорбившийся силуэт. Вдруг в районе его головы вспыхнули алые точки глаз, и это нечто исчезло.

Глава 10

Лера не ожидала, что нахлебавшиеся слабенького фруктового винца братья вдруг преисполнятся отваги и рванутся в так пугавший их раньше дом, волоча ее за руки, словно трехголовый буксир. Сзади, не отставая от компании, топал Мохнатый Берт, запасливо прихвативший со стола каравай хлеба и рассовавший по карманам рогалики, пирожки и все, что успел ухватить.

— А если это злодей какой опасный? Может, стражу вызовем? — бубнил он, когда они добежали до лавки и Валерианна трясущимися руками пыталась попасть ключом в замок.

— Поймаем, а потом вызовем. Награду получим. Скорее всего, это обычный грабитель, — отмахивался от него расхрабрившийся Феликс. — Наверное, он за сокровищами карги охотится. Узнал, что дом открыли, и приперся. Так что, может, еще и ценное что обнаружим.

Погеройствовать братья Маерши всегда были не прочь, особенно будучи навеселе и перед хорошенькой мисель.

— А Веймур говорил, что у двуликих не воруют. — Наконец сумев открыть артефактный замок,