Зефирка для чемпиона - Ольга Ивановна Коротаева

Мужчина замирает на миг, будто моё прикосновение его обжигает, а затем снимает туфельку.

– Держитесь лучше, – говорит мне и отламывает каблук. Надевая туфельку на мою стопу, неожиданно спрашивает: – Почему вы назвали себя Годзиллой? Это забавно, конечно. Но я не вижу сходства.

Теряю дар речи. Он издевается? Троллит?

Руслан отпускает мою лодыжку, а кожа в том месте, где сжимали его пальцы, до сих пор пульсирует. На миг я ощутила себя принцессой из сказки.

«Только зовут меня не Золушкой, а Годзиллой», – напоминаю себе.

Переступаю с ноги на ногу. Удобнее, чем на одном каблуке точно. А о том, что теперь не буду привлекать столько внимания, вообще молчу.

– Извините, что испортил ваши туфли.

– Спасибо, – благодарю искренне. И зачем-то добавляю: – И не надо извинений. Я ненавидела их.

Он удивлённо приподнимает брови:

– Так зачем надели?

Не говорить же, то это последняя пара обуви? Смотрю на часы и выдыхаю:

– Я опаздываю!

Спешу к центру, надеясь, что Руслан отстанет, но он идёт рядом со мной. Показывает мне каблук:

– Я отдам их в ремонт, – и достаёт из кармана второй.

При мысли, что Рус видел, как я его сломала и потом ковыляла, хочется провалиться сквозь землю. Отвечаю резко:

– Не нужно. Они привлекают слишком много внимания.

– Разве это плохо?

– В моём случае да, – решаю расставить все точки над «и». – Вам бы хотелось смотреть на такую, как я?

– Мне всегда приятно вас видеть, – спокойно отвечает мужчина и, оставив меня в недоумении, идёт к группе спортсменов. – Вы на соревнования? Идите за мной, провожу.

Каблуки при этом опускает в свой карман.

Глава 14. Доброе слово и крутая обнова

Глава 14. Доброе слово и крутая обнова

«Мне всегда приятно на вас смотреть», – фраза прокручивается у меня в голове снова и снова. Интересно, что Рус имел в виду? Хочется думать, что надо мной не подтрунивают, но я не смею надеяться на внимание привлекательного мужчины.

И всё же…

Перед носом щёлкают пальцами, и я подскакиваю от неожиданности.

– Ты сегодня в отличном настроении? – спрашивает Роман и садится напротив. – Улыбаешься так широко, что стоматологи обзавидовались бы. Хочешь сниматься в рекламе, Зефира? А?

Игнорирую его пустую болтовню и смотрю в монитор, продолжая заполнять расписание на следующий месяц. Мужчина вскакивает и, перегибаясь через стол, заглядывает в экран:

– Опять Таира на тебя свою работу свалила? За что ей деньги платят, не пойму, если ты и за массажиста, и за администратора работаешь? За то, что красивая?!

– Мне всё равно делать нечего, – оправдываюсь я. – Руслан ни разу в массажный кабинет не заглянул. Так что массажистом, получается, ни дня не проработала. А так хоть какую-то пользу приношу.

– Она на тебя всё спихивает, а сама в зале с утра до вечера торчит, – продолжает недовольно ворчать Роман. – Каждый день юбка всё короче, а декольте глубже. Руса только отвлекает, а ведь он чуть не сутками тренируется перед приближающимися соревнования. Раз уже продул Марату на товарищеской встрече, и теперь должен победить…

«Так вот почему я не вижу Руслана? – смотрю перед собой. – Он не избегает меня, а готовится к важному бою?»

А потом до меня доходит то, о чём ещё говорит Роман. Таира старается быть рядом с Русом и одевается так, чтобы привлечь его внимание? С её роскошной фигуркой это не сложно.

– И ведь добилась своего, вертихвостка! Слышал, что он ей кроссовки подарил. Фирма! Нам с тобой, чтобы купить такие, нужно год копить. Как думаешь, утка? Или Аскеров на самом деле втюрился в Таиру?

Сердце ёкает. Похоже, Таира уже привлекла максимальное внимание Руса. И удивляться тут нечему. Почему же мне так сильно хочется посмотреть на них и убедиться в этом своими глазами? Поднимаюсь и смотрю на Романа сверху вниз:

– А в каком зале тренируется Аскеров?

– Тебе зачем? – с подозрением прищуривается тот.

– Чтобы… – Подхватываю со стола первую попавшуюся папку и заявляю: – Подписать кое-что нужно. Очень срочно!

– Идём, провожу, – радостно заулыбавшись, предлагает Роман. – Мне как раз надо проверить, в чём… Я хотела сказать, что нужно кое-что передать Таире. Только вспомнил!

Он подскакивает с места и нетерпеливо тянет меня к выходу. Мы проходим коридорами, спускаемся на первый этаж и, минуя переход, снова поднимаемся. Понимаю, что без провожатого я тут заблужусь. Стараюсь запомнить повороты и лестницы, но всё вылетает из головы, кроме подарка, который Руслан сделал Таире.

Роман распахивает двери, пропуская меня вперёд, и я вхожу в большой зал, где висят боксёрские груши, по углам сложено спортивное снаряжение, а посередине помещения возвышается ринг. Его окружают взволнованные мужчины, которые кричат, подбадривая двух человек. Те подпрыгивают на месте и, закрываясь руками, попеременно наносят друг другу удары ногами.

В одном из дерущихся узнаю Руслана. На нём синие трико, шлем и перчатки. Обнажённый торс влажно блестит, отчего мышцы выделяются ещё отчётливее. В этот момент Аскеров кажется мне самым совершенным мужчиной на свете. Сильный, яростный, стремительный, он так хорош, что сердце пропускает сразу несколько ударов.

– Лёгонькая, что застыла? – Роман пихает меня в бок локтем. – В шоке от вида мордобоя? Какая ты чувствительная, кто мог подумать. В обморок не упади, а то никто тебя ловить не будет. Я так точно!

– К моему облегчению, – едко отвечаю ему. – Останусь неуловимой. А в идеале придавлю тебя и буду наслаждаться тишиной. Но сначала скажи, когда это закончится?

– Если ты о бое, то он закончится только чьей-то победой, – снисходительно отвечает Роман. – Если ты о тренировке, то лучше спросить Руса…

– Ботаненко, ты что здесь забыл?

Оборачиваюсь и смотрю на одетого в белый халат Егора, а тот, сунув руки в карманы, хмуро косится на помощника. Сейчас мужчина выглядит на тридцать лет.

– Я запретил тебе появляться в спортивном зале. Дел мало? Так я ещё добавлю!

Роман под взглядом непосредственного начальника сжимается и лепечет что-то про важную информацию для Таиры, потом резко осекается и указывает на меня:

– Она умоляла меня показать, где Аскеров.

Когда я узнала,