Укроти меня, или Грани возрождения - Леси Филеберт

Но Морис покачал головой.

— Мне пока нужно скрывать свою личность, а если я полечу в облике какого-либо зверя с тобой на своей спине, то дорога в инквизицию мне будет закрыта. И это будет весьма печально, так как мне необходимо постоянно отслеживать свежайшую информацию в Штабе. Да и в инквизиции без меня полный бардак начнется, если честно, потому что генерал Мэколбери никакой порядок в Штабе создать не способен… В общем, я тайно тебя из Штаба увожу, и сам обернуться кем-то летающим не могу. Но я подготовил отличный транспорт! Так что мы полетим иначе.

— Это какой же? — недоуменно спросила я, так как транспортом здесь, на крыше высотного здания Генерального Штаба, и не пахло. — На чем мы полетим?

Но тут я сама сложила два плюс два, когда увидела, как металлический брелок стал стремительно увеличиваться в размере, и…

— На воздушном шаре?! — в ужасе воскликнула я, с диким выражением лица вытаращившись на «транспорт». — Какой безумец полетит на воздушном шаре в такую погоду?!

— Мы? — весело произнес Морис.

— Ты с ума сошел?! — взвыла я дурным голосом.

— Что, так заметно? — театрально охнул Морис.

Я бы схватилась за голову, если бы не боялась отпустить сейчас перила и быть снесенной порывом ветра. О каком полете на воздушном шаре вообще может идти речь?!

— Да не переживай ты так, Лора, — произнес Морис. — Шар ведь заколдован, мы не рассчитывали улетать в ясную солнечную погоду, никто бы нам в такую погоду улететь не дал, мы были бы схвачены мгновенно. А так — есть шанс улизнуть.

— И разбиться?! — с истеричной ноткой усмехнулась я.

— Ну что ты такая пессимистичная, а? — Морис, в отличие от меня, был очень позитивным и продолжал веселиться.

— А может лучше через главный вход в Штаб как-то пройти, а?..

— Ни в коем случае, — категорично произнес Морис. — Клоян настроил главный вход на твое уничтожение: в случае твоего прохождения через те врата, по тебе жахнут такие волны магии, что едва ли ты сможешь остаться в живых.

Я тихонько выругалась, бормоча ругательства себе под нос и мысленно насылая проклятия на Клояна.

— Хм… А если бы при этом кто-то вместе со мной через врата инквизиции проходил? На других эти смертельные магические волны повлияли бы тоже или как-то точечно на меня настроили?

— Задело бы всех, кто в этот момент рядом с тобой находился.

— Но… Тогда и другие инквизиторы погибли бы?..

— Да Клояну плевать. Он на все пойдет, чтобы не дать тебе сбежать, он вас с Калипсо люто ненавидит. И он, знаешь, какая тварь?

— Догадываюсь, — буркнула я.

— Собственно, на ненависти Клояна и его жажде разобраться с вами двумя лично наш план твоего побега тоже основывался. Потому что именно личная неприязнь не позволила Клояну до сих пор сообщить своему папеньке о твоей пропаже и объявить всеобщую тревогу, он будет пытаться разобраться самостоятельно. С всеобщей тревогой все пути к крыше оказались бы перекрыты раньше, чем мы успели бы сюда добраться.

— Боги, как же все сложно…

— Ну а ты что думала? Инквизиция Генерального Штаба, как-никак, не простая лекарская лавка.

Я тяжело вздохнула, с тревогой глядя на наш «транспорт», который уже полностью принял свой настоящий размер.

— Не переживай, мы действительно хорошо заколдовали этот воздушный шар. Посмотри, его же не сдувает ветром, он стоит так ровно, будто дождя и безумного ветра вообще нет. Видишь?

Морис был прав, огромный воздушный шар, такой яркий желто-красный, с высокой плетеной корзиной, действительно даже не колыхался особо на ветру и выглядел довольно прочно.

Но все равно… Все равно!..

— К тому же, мы будем не одни, у воздушного шара есть свой управляющий. И он уже тут, ждет нас.

— О, да? А кто? И где он? — с интересом спросила я, оглядываясь по сторонам, но никаких волшебников рядом не примечая.

Зато заприметив кое-что весьма необычное…

Я заметила странную большую лужу, которая, хм, будто бы текла к нам со стороны края крыши… Лужа выглядела будто бы живым существом, потому что перемещалась по какой-то своей траектории, невзирая на дождь и непрекращающийся ливень. Эта самая лужа подобралась вплотную к корзине воздушного шара и начала, хм… подниматься на ноги?

Да, действительно: лужа за считанные секунды «выросла» размером с человеческий рост, и нашему взору предстал эдакий ходячий водяной столб, у которого были вполне себе человеческие руки-ноги, голова и прочие части тела. Я сначала было испугалась, что это за существо такое, даже подумала — что, до меня уже добралась та темная теневая тварь, у которой проблемы с телесностью, и из-за которой Печать Мироздания оказалась сорвана?!

Но потом водяной столб приобрел полностью человеческий вид, и я облегченно выдохнула, сообразив что к чему.

— Шейли! Как я рада тебя видеть!

У нее были лучистые светло-серые глаза, черные волосы убраны в высокую прическу и заколоты шпильками, чтобы не падали на лицо. На ней была форменная темно-фиолетовая мантия инквизиторов, полы которой нещадно трепал ледяной ветер. Шейли широко улыбнулась, приветственно махнула мне рукой и поторопила нас:

— Давайте, запрыгивайте скорее в корзину, больше медлить нельзя!

После чего она сама вновь изменила свой облик, превратившись в некий столб то ли дыма, то ли тумана… В общем, это бесформенное облачко вполне себе уверенно держалось в воздухе, не обращая никакого внимания на ураганный ветер. А потом оно стремительно поплыло куда-то вверх, скрываясь в самом воздушном шаре.

Шейли Кларксон была дочкой Мориса, и она тоже работала в инквизиции. От своего отца-метаморфа она переняла способность обращаться во что-то другое. Вот только если Морис умел обращаться в любое живое существо, от крупного животного до мелкого насекомого, то Шейли имела уникальную способность менять свое агрегатное состояние тела. Она могла становиться жидкой, как вода, и сливаться с рекой и дождем, что, очевидно, и позволило сейчас Шейли незаметно пробраться к нам. Она умела становиться твердой, как лед, благодаря чему могла с легкостью избегать любых ранений колюще-режущими предметами, так что в битве с холодным оружием Шейли была чрезвычайно опасной противницей, которая бесстрашно лезла под любые копья, не причиняющие ей вреда. А еще она могла принять вид подобия облачка и полететь в таком виде куда-то, как сделала это сейчас.

— Шейли будет управлять воздушным шаром, — говорил Морис, когда мы с ним запрыгивали в корзину. — Никаких газовые баллоны при такой погоде нам улететь разумеется, не помогут. Так что Шейли временно станет нашим двигателем, эдаким управляемым потоком ветра, который быстро погонит воздушный шар в нужную сторону, невзирая на погодные условия. Шейли с этим справится.