Грехи девственницы - Анна Рэндол

— Вы когда-нибудь бывали на балу Киприды, Хантфорд?

— Нет. — Хантфорд нахмурился, надеясь, что это заставит Мадлен замолчать. Он подозревал, что она испытывает какую-то непонятную радость, подстрекая его к диалогу. И чем реже будет смотреть на нее, одетую в такое откровенно соблазнительное платье, тем лучше.

— Это мероприятие может повергнуть вас в шок.

— Да? И что же, по-вашему, меня поразит?

Изящное плечико Мадлен приподнялось, и рукав платья едва не съехал вниз по руке.

У Гейбриела перехватило дыхание. Только вот он не понимал, что было тому виной: страх или предвкушение.

— А вы не производите впечатления любителя плотских утех.

Дьявол! Ну и как он должен реагировать на подобное заявление? Возразить, что любит женское общество не меньше любого другого мужчины? Что, если он даст сейчас волю своим низменным инстинктам? Тогда придется посадить Мадлен к себе на колени и ублажать всеми известными ему способами.

Гейбриел выдохнул. В какой-то степени мисс Вальдан оказалась права. Он слишком хорошо знал отвратительную сущность лондонских трущоб, чтобы пользоваться услугами падших женщин, с которыми зачастую имел дело. Гейбриел знал, что толкнуло их на подобное существование, и как бы ни снедал его чувственный голод, ему претила мысль о том, чтобы заниматься любовью с женщинами, торгующими собой отнюдь не по собственной воле.

Отношений с приличными девушками Гейбриел тоже не заводил: слишком уж неприглядной была его жизнь. Это Сьюзен мечтала выйти замуж и обзавестись детишками. Она даже выбрала для них имена и с удовольствием вязала крошечные шапочки и пинетки.

Нет, Гейбриел не был святым. Время от времени он наслаждался обществом какой-нибудь молодой вдовы, предпочитая необременительные отношения, приносящие физическое удовлетворение обоим.

Экипаж остановился перед Чатем-Хаусом.

Мадлен положила руку на колено Гейбриела.

— Хочу напомнить вам о том, что вы не мой компаньон. Поэтому ни во что не вмешивайтесь.

— В таком случае какова моя задача? — спросил Гейбриел, стараясь не обращать внимания на пальцы, массирующие его ногу.

— Время от времени бросайте на окружающих гневные взгляды и неотступно следуйте за мной.

— Стало быть, я должен исполнять роль вашей ручной собачки?

— Хотите оказаться у меня на руках? — Мадлен широко улыбнулась, когда на лице Гейбриела отразилось смятение. — Не бойтесь, я не надену на вас ошейник. Можете знакомиться с любыми женщинами, которые вам понравятся. Более того, я на этом настаиваю. — Рука Мадлен медленно заскользила вверх по бедру Гейбриела. — Мы ведь не хотим, чтобы кто-то ошибочно подумал, будто вы меня желаете?

Гейбриел схватил руку женщины, сводящую его с ума, и убрал со своей ноги.

— Этого не случится.

Высвободив руку, Мадлен с помощью грума спустилась на землю.

— Я ненадолго.

— Хорошо.

Мадлен наклонила голову и посмотрела на Гейбриела.

— Вы сможете получить удовольствие, если захотите.

Ну это вряд ли. Гейбриела совершенно не привлекала перспектива оказаться в тесном помещении в обществе джентльменов, думающих лишь о том, кого бы затащить в постель. Но это шанс еще раз присмотреться к подозреваемым. Гейбриел спрыгнул на землю и последовал за Мадлен к величественному зданию с высокими колоннами.

— Отстаньте от меня на несколько шагов. Я должна казаться доступной и вместе с тем соблазнительно недосягаемой.

— Но это бессмысленно, — возразил Гейбриел, однако, увидев перед собой плавно покачивающиеся бедра Мадлен, понял, что скорее всего не прав.

В бальном зале его тут же окутали громкие звуки шотландского рила. Как и на любом лондонском балу, пары кружились в танце. Только здесь их движения были более раскрепощенными и беззаботными. Пальцы партнеров оставались переплетенными дольше, чем позволяли правила приличия, а руки страстно блуждали по телам. Взгляды мужчин пожирали груди и ягодицы дам, выставленные напоказ более чем откровенными платьями. Изумрудные, голубые и лиловые шелка так и притягивали взоры к спрятанным под ними прелестям.