Назад в прошлое - Алекса Корр

- Постараюсь, сейчас его надо перенести к нашему костру. Попроси Сола помочь собрать веток, он знает, какие и несите туда.

Пока Мия побежала договариваться с Солом, Сашка аккуратно поднял мальчика и понес к нашему очагу. Соплеменники только проводили нас взглядом и многие пожали плечами. Нас сторонились и как я заметила, общаться с нами были готовы только те охотники, с которыми мы пришли и то не все. Остальные сторонились, хоть я и ловила на себе часто их взгляды украдкой.

Никто ничем не поинтересовался, не предложил помощь. По ходу мальчонку уже давно списали со счетов и только сестренка его не бросила.

Представила нас с Сашкой и поняла, что я сделаю все, возможное и невозможное, но ребенка поставлю на ноги. Захватила шкуры детей и побежала впереди Сашки. Сделала временную лежанку из шкур, уложили мальчонку. Сашка снял с него шкуру и я стала его осматривать. Каких-либо повреждений не было. Послушала легкие, приложив ухо к груди. Дыхание жесткое, лишь бы не пневмония.

В аптечке нашла три упаковки антибиотика широкого спектра, четыре упаковки парацетамола. Не известно, как организм малыша отреагирует на таблетки 21 века, но делать нечего. Без лекарств его болезнь не победить, да и то, как бы не было поздно…

На всякий случай достала таблетку супрастина. С горечью подумала, что могла бы аптечку и получше укомплектовать. Нет, были несколько шприцев, набор медикаментов на литическую, но так решила не рисковать. Алекс в кружке немного нагрел воды. В ложке растолкла парацетамол, ведь неизвестно, сможет ли проглотить таблетку целиком, ведь ребенок не в сознании.

В это время прибежали Мия с Солом, притащили веток. Сашка стал вместе с Солом сооружать две лежанки рядом с нашим костром, а я позвала Мию и объяснила ей, что ее брата надо заставить выпить отвар из ложки, а потом запить водой. Сказала, что отвара мало и надо не расплескать. Мия сразу принялась гладить брата по голове и просить открыть рот и выпить лекарство.

От ее поглаживаний он стал успокаиваться и даже приоткрыл глаза. По его расфокусированному взгляду я поняла, что он толком ничего не видит и температура, скорее всего, около 40. Надавив на подбородок, заставила открыть рот и залила лекарство, потом придержала рот, чтобы сглотнул, а не выплюнул. Ребенок морщился, а потом залпом выпил кружку воды. В течении часа мы его усиленно поили водой, ребенок пропотел, и температура стала спадать. Это чувствовалось даже на ощупь. Пожалела, что не бросила градусник в аптечку, вот бы что пригодилось. Кай даже немного поел. Правда, я понимала, что твердую пищу, скорее всего ему будет трудно есть, так как горло у него было очень красное, и я заварила для него припасенный суп-полуфабрикат. Упаковки хватило на два раза мальчику поесть и даже немного девочке перепало.

Мия смотрела на меня как на божество, но я прекрасно понимала, что это улучшение временно. Часа через четыре снова дала антибиотик, уже не расталкивала, а уговорила проглотить и запить. Без высокой температуры ребенок адекватно все воспринимал и послушно все выполнял. Наверно свою роль играло и то, что Мия не отходила от него, постоянно держала за руку и говорила ему, что Света добрая, она поможет.

Конечно же, дети остались у нашего костра и мясо мы теперь делили на всех. Я даже умудрилась сварить в котелке немного бульона, куда бросила щепотку вермишели и все чаще задумывалась поискать глину и пыталась вспомнить все, что когда-либо слышала об изготовлении посуды из глины. Мне ужасно не хватало глиняного горшка, и хоть какого-то подобия посуды. Пока пользовались котелком, сели так, чтобы закрывать обзор нашим соплеменникам, ведь неизвестно, как они воспримут еще одну новинку.

За Мию и Кая я не переживала, они так прониклись к нам уважением, что не стали бы нас подводить, а за остальных я такого не могла сказать. Особенно вызывал настороженность вождь племени, он постоянно посматривал в нашу сторону и его глаза загорались алчным блеском, когда он смотрел на Сашкин нож, который болтался у него на поясе.

Пять дней я занималась лечением Кая. Поила таблетками, отпаивала бульоном. Мия мне помогала всем, чем могла.

Алекс за это время успел сходить с Рваем, Ктором и Захром на охоту, притащили тушу какого-то быка. Поскольку шкуру отдали нам, поняла, что Сашка отличился на охоте. Череп саблезубого тигра Сашка выменял у вождя на две хорошие шкуры, ведь у нас теперь еще и дети, надо было думать и о них. В итоге, три шкуры удалось постирать и хоть они стали более жесткими после применения жидкого мыла, но, во всяком случае, уже не так смердели.

Так же мне удалось заставить Мию искупаться, а ее брата я обтирала теплой водой. Дети были рядом с нами и помимо того, что грязь неблагоприятно сказывалась на их здоровье, еще и от них терпеть вонь было невыносимо. Тот, кто упрекнет меня в излишней брезгливости, просто никогда не попадал в такую ситуацию.

В свободное время я пыталась выделать шкуру змеи, которая пролежала у меня пересыпанная золой все это время. Мия мне подсказывала, как ее растянуть. Она была вообще очень умненькой и любопытной.

Увидев, что я выборочно выдираю перья из шкуры птицы-переростка, вызвалась помочь. Я обнаружила, что верхние перья птицы были самые длинные и жесткие, потом были более мягкие пёрышки меньшего размера, а возле кожи присутствовал как называемый подпушек. Моей радости не было предела. Мысленно в будущем, я уже спала на перьевом матрасе и на пуховой подушке.

Верхние перья птицы я распределила по нашим с детьми лежанкам, постелив их сверху хвороста и получилось мягче спать. Ветки уже не так рьяно впивались в бока. Конечно, это не полноценный матрас, в его классическом выражении, но уже лучше, чем спать на голых камнях.

Алекс для местных кумушек был как сахарная косточка для щенка. Около него постоянно вертелись две кумушки, строили ему глазки и всячески себя демонстрировали. Из всех женщин племени я общалась хорошо только с женой Рвая.

Она мне пояснила немного про их уклад жизни. Как уже ранее мне удалось выяснить у Рвая, и Кая это подтвердила, племен много. Ранней весной все племена собираются в Великой пещере, где общаются, парни выбирают себе жен и девочки переходят в племя мужа.

Как я поняла, девочки, достигшие 14 лет, считаются готовыми стать