Дракот для Снежной королевы - Анна Снегова

— Сани! — взвизгнула я.

Чудесный предмет, да благословят все боги, какие только есть, его создателей, уловил приказ без лишних слов.

С бешеной скоростью ухнул вниз.

Мы поймали Кая уже почти у самой земли.

Вернее… я поймала.

Потому что вся эта тяжеленная махина приземлилась прямиком на меня. Ужасно удивлённый чёрный взгляд оказался так близко от моего, что я забыла даже о том, что лежу на полу саночек, практически расплющенная, а подо мной полузадушенно трепыхается то, что осталось от Христиана.

Зависнув на мгновение в пространстве, сани «мигнули»… раз, другой, третий…

Снег повалил сплошной, непроницаемой пеленой.

Окружающее пространство перестало существовать.

А в следующий миг над нашими головами раскинулось хмурое небо Фрозенгарда. Сани перенесли нас обратно на крышу Южной башни дворца Снежной королевы.

И возмущённо скрипнув, растаяли в пространстве, так что мы все втроём дружно рухнули на жёсткие каменные плиты ровной «взлётной площадки». К счастью, на них уже намело к тому времени изрядный сугроб.

Глава 10

Я попыталась дёрнуться, но каменный вес на мне не давал даже вздохнуть. Кто б знал, что Кай вырастет таким тяжеленным!!

Чёрные глаза сосредоточенно изучали моё лицо. Моей щеки касались длинные пряди волос цвета воронова крыла. В смысле, нормальных воронов — а не седого старичка Христиана, который как раз в этот момент под нами испускал последние полузадушенные крики.

— Кай! Слезь с меня, — я отвела глаза, потому что такое внимание к моему лицу ужасно смущало. Кожа горела в тех местах, где её касался чужой взгляд. Особенно почему-то… я нервно облизала обветренные губы.

— Откуда ты знаешь, как меня зовут? — требовательно спросил мужчина.

— Н-не важно… подслушала!

На моём запястье сжались твёрдые мужские пальцы, задевая бешено частящий пульс.

— Герда не называла меня по имени. Так откуда?

Ой.

Вот это я не продумала, когда врала.

— Я дышать не могу, не то что разговаривать! — прошипела я. — Слезь, говорю! Дурак.

Чёрные глаза сощурились. Кай раздумывал пару мгновений, за которые уже даже хрипы бедняги Христиана, по-моему, прекратились, — и скатился с меня.

Руку при этом по-прежнему удерживая в кандалах своих пальцев. У-у-у, вредный! Так я и знала, что вырастет из этого хулигана какое-нибудь… хулиганище. Я уселась рядом в снег, тяжело дыша, и вложила в свой ответный взгляд весь гнев, на который была способна. Кая мои взгляды не проняли, он держал руку так, что сколько я ни дёргалась, мне не удалось сдвинуть её ни на дюйм.

Тяжело хлопая взъерошенными крыльями, Христиан выбрался на свободу. Прыгая поодаль, он несколько раз хрипло покаркал, прочищая горло, а потом заявил:

— Нет, этот никуда не годится! Надо поставить его обратно, откуда взяли.

— Я бы с радостью! — с отчаянием воскликнула я. — И вообще-то не планировала его забирать, если ты не заметил! Но ты видишь где-нибудь наши сани⁈

— Наверное, на подзарядку удалились. Кар-куда-то на иные планы бытия, к тонким материям эгрегора, энтропийно-негэнтропийные процессы в котором замедлены до степени…

— У тебя ворона разговаривает, — опешив, заявил Кай. Совершенно невоспитанно ткнув при этом пальцем в сторону Христиана.

Ворон прижал кончик правого крыла к груди.

— Он назвал меня вороной… нет, этот жених точно бракованный! Он нам не подходит. Срочно нужен принц с кар-карошими манерами…

— С этого момента поподробнее, — нахмурил брови Кай. — Кто бракованный?

— Никто не бракованный! — поспешно успокоила я. — Давай вот ты меня сейчас отпустишь, и мы спокойно поговорим? Где-нибудь не здесь. Буря усиливается. Нас отсюда сейчас сдует. Я не сбегу, честно-честно!

— Ты волшебница, и умеешь летать, я видел, — уверенно заявил Кай, продолжая внимательно меня разглядывать. И хотя на мне, помимо платья, была ещё и белая шубка до пят, почему-то стало жарко под этим пристальным взглядом.

— Я умею летать только на волшебных санях. А они исчезли!!

Ноль реакции. На лице Кая по-прежнему была написана упрямая подозрительность. Судя по всему, из рук меня выпускать он не планировал.

Я обречённо вздохнула.

— Ну хорошо, хорошо! Давай я сейчас дам тебе страшную клятву, что не сбегу, если ты меня отпустишь. Клянусь!

И я подняла вверх мизинец свободной правой руки.

Кай застыл и посмотрел на него как-то странно. Его ресницы дрогнули. И мне показалось, он хочет что-то сказать. А потом вдруг его лицо исказила гримаса боли.

Он выпустил мою руку. И приложил ладонь к своей груди. Кажется, там, где у людей находится сердце. Я бросилась к нему и схватила за плечи.

— Что такое? Ты… ты чем-то болеешь? Кай!

Темноволосая голова опустилась мне на плечо.

— Нет… не знаю… ч-чёрт… М-м-м…

Его тело содрогнулось в крупной дрожи.

Я обнимала его за плечи и не знала, чем помочь. От ощущения отчаянной беспомощности хотелось плакать. Может, людей нельзя возвращать в Фрозенгард? Неужели я обрела его, только для того, чтобы потерять⁈

Но вскоре дрожь прошла. Тяжело дыша, Кай сидел так, согнувшись, в снегу, несколько мучительно долгих минут. Постепенно его дыхание выровнялось. И он поднял голову.

— Всё, всё… Уже лучше. Не смотри на меня, как на покойника! Я помирать не собираюсь — мне сначала жизненно необходимо выяснить, какого чёрта тут происходит. Но спасибо за заботу, — его взгляд смягчился.

Я поспешно отдёрнула руки. Отсела подальше. А потом ещё подальше. Смущённо заправила прядь волос за ухо. Христиан сидел, нахохлившись, в сугробе, и поглядывал на нас загадочно блестящими глазами, не вмешиваясь в разговор.

— Для начала, как тебя зовут?

Я подняла глаза. Он не помнит. Как это, оказывается, больно.

— Сольвейг.

Кай задумался. Его губы зашевелились, словно пробуя моё имя на вкус.

— Сольвейг… красивое имя. Сложное.

Давай!

Давай, скажи, что оно слишком длинное. Что ты станешь называть меня…

— Но я запомню. Значит, Сольвейг? Приятно познакомиться. Кто ты?

— Я — Снежная королева, — вздохнула я, озвучивая очередную очевидную истину, которую он не помнил.

В чёрных глазах отразилось удивление.

— Они же только в сказках бывают!

— Очевидно, не только, — снова вздохнула я. — Раз я сижу сейчас здесь, перед тобой. Ну и, собственно, предваряя твой следующий вопрос. Ты — в моём заколдованном королевстве, Фрозенгарде. Мы сидим на крыше одной из башен дворца. От Снеригета, твоего города, очень