Драконья сталь - Ная Геярова

Позже, когда сражение было завершено и капитаны обходили всех ребят, Дэй остановился рядом со мной.

— У вас есть потенциал. Но вам нужно заниматься серьезнее, — сказал он. — И да... Одним отточенным движением бой не выиграть. Вам нужны более усиленные тренировки.

Он мягко улыбнулся. Всего на секунду. Секунда — той самой улыбки, от которой на щеках у него появлялись ямочки. Улыбки, от которой у меня замерло сердце.

Дэй отвернулся и пошел дальше вдоль рядов, иногда останавливаясь, чтобы сказать что-то очередному новобранцу. А я продолжала стоять, смотря ему вслед и прислушиваясь к собственному сердцу, которое пыталось вырваться из груди. Мне пришлось сжать руки и постараться успокоить взбесившийся пульс. Глубже вдохнуть носом, выдохнуть ртом. Раз, два, три...

— Работайте с дыханием, — донеслось до меня.

Я обернулась — и сердце пропустило очередной удар. Рядом со мной стоял Нейт.

— Если вас простое пустяковое сражение так вымотало, — произнес он безразлично, — вы в Академии долго не протянете.

Сказал — и направился вслед за Дэем.

А я облегченно выдохнула. Кажется, ни один из них особо меня не выделил. Или все-таки выделил? Уже выходя с площади, принц повернулся, и я готова была поклясться, что скользнул взглядом в поисках меня. Остановился на секунду, поймал мой взгляд, посмотрел с прищуром, отвернулся и направился дальше.

***

Прямо с площади распорядительница загнала нас в душевую. Всю одежду у нас забрали две совершенно не смущающиеся видом голых тел женщины-прачки. Они же принесли нам другую одежду, уже чистую. И новые полотенца — ну как новые: все такие же тонкие, повидавшие уже многих других новобранцев, но эти хотя бы пахли мылом и какими-то травками.

В казарму мы вернулись уставшие и рухнули на циновки. Даже когда принесли корзины с булками и компотом, никто сразу не поднялся.

Потом кто-то все же встал:

— Ребята, поесть надо… Завтра снова тренировка.

Все понемногу начали подниматься.

Я есть совсем не хотела. Вместо этого прикрыла глаза и попыталась вспомнить лицо Дэя. В памяти всплыла мимолетная улыбка… мягкий свет глаз… И те самые ямочки на щеках.

Столько лет я пыталась забыть их. Столько лет пыталась выбраться из дьявольской зависимости от его взгляда и голоса. Богини, я, оказывается, почти забыла, как я его любила. Я заставила себя сделать свою любовь алтарем прошлого. И теперь... Теперь этот алтарь снова разгорался в моей душе, напоминая все, что я испытывала к Дэю.

«Нет, стоп, так нельзя, — заставила думать я себя. — Я — Шайра Лир. И даже то, что я вернулась из будущего, не значит, что должна позволять себе повторить собственные ошибки прошлого. Я должна научиться контролировать свои чувства к Дэю. Научиться не воспринимать его как...».

Не додумала. Рядом что-то стукнуло.

— Поешь, Шайра…

Я открыла глаза. Напротив меня сидела Сель. Тут же, прямо на полу, стояли кружки с компотом и лежали две булочки на салфетке.

— Нужно поесть, — сказала синеглазка, придвигая ко мне кружку. — Обязательно нужно поесть. У меня тоже кусок в горло не лезет. Такое ощущение, словно все внутренности отбила. Знаешь, я не думала, что поступить сюда окажется настолько трудно… Мы ведь в храме не изучали совсем никакие бои, кроме темной магии. А это здесь применять пока нельзя. Я понимаю, то, что было сегодня — это лишь начало, самое простенькое, что нас ждет. Наверное, мне будет очень трудно. Но знаешь, я готова к любым трудностям.

— Ты так сильно хочешь поступить в военную академию? — я отпила из кружки. В этот раз компот был хотя бы сладким.

Девушка нахмурилась.

— Я обязательно должна поступить.

Она вяло откусила от булки. Но при этом глаза ее вспыхнули синими искрами.

В моем будущем мы с ней так и не познакомились. Она не прошла. Не поступила…

Я взяла свою булку и покрутила в руках.

— Откуда ты, Сель?

Она вздохнула:

— Небольшой горный храм ведьм. Недалеко отсюда. Рядом с селением Инари.

Об Инари я знала. Это было богатое село.

— Ты из какого рода?

Сель отвела взгляд.

— Я дочь господина Кайара.

Я откусила булку и удивленно уставилась на девушку. Пришлось торопливо, не жуя, проглотить кусок, чтобы спросить:

— Кайара?.. Но ведь это довольно знатная семья. И, если я не ошибаюсь, он — староста Инари. Мы с наставницей однажды приезжали туда. Он очень тепло нас встречал…

Сель криво усмехнулась:

— Да, старший господин Кайар умеет пускать пыль в глаза.

У меня в горле запершило отчего-то. Я запила компотом.

— Но что ты делаешь здесь? И… ты сказала, ты из горного храма ведьм? Как отец тебя туда отпустил?

Были мы как-то и в том храме. Тогда я удивилась — девочки там были запуганные, тощие… Позже наставница сказала, что там очень жесткие правила. В этом храме обучали только темных ведьм, взращивая в них злобу и ненависть. Потому и отношение к ученицам было крайне жестокое.

— Храм Темной Луны, — медленно сказала я. По континенту таких храмов было пять, и из всех выходили сильные, беспощадные и безразличные темные ведьмы. Многие из них прислуживали при Сенате, исполняя самые темные и трудные задания. Я поморщилась: они считались самыми мрачными представителями ведьм — до тех пор, пока не появилась я.

Сель кивнула.

— Я дочь наложницы господина. Когда она умерла, старшая жена не захотела видеть меня в доме. Вот и отправили в храм.

Мне стало совсем не по себе. Рядом с Инари были и другие обучающие заведения: Храм целительниц и школа магических искусств. Но девочку осознанно отправили в Храм Темной Луны.

— У тебя был дар? — спросила я.

Она кивнула:

— Мама была темной ведьмой.

Я вздохнула. Вдвойне не повезло девчонке. Я знала, каково приходится детям темных ведьм. Даже спрашивать не стала, как ей жилось с матерью. И уже сомнений не оставалось, почему ее отправили именно в этот храм.

Удивительно другое — я не замечала в Сель