Искры на ветру - Ольга Ярошинская

— Куда он полетел? — спросила я, и сердце пропустило удар.

— К Красным скалам, — ответил Иней и еще рукой махнул, как будто я забыла, где те скалы находятся.

— Ты за него не волнуйся! — торопливо добавил Туч. — Дымок — очень быстрый. А если Элай расправляет еще и свои крылья, то их вообще не догнать.

Я с ужасом посмотрела в сторону красных утесов, над которыми кружила стая драконов.

— Он что там, один⁈

— Не один, — успокоил Иней. — Там Лоран, Берта, Рони. И Янис заодно полетел, потому что с Элаем никто, кроме тебя, сидеть вместе не может.

— В общем, у него план такой, — пробасил Туч, — раздраконить драконов, вызвать их на себя, перелететь через горы и натравить всю стаю на красноперых.

— А Рони в это время наложит иллюзию на Берту с Лораном, превратит их в какие-нибудь кусты, и они попытаются выкрасть еще одно яйцо, — радостно подытожил Иней.

— Янис, если что, прикроет. Его сфера крутая, — с ноткой зависти сказал Туч.

Я снова глянула в сторону скал. Раздраконить⁈

— Конечно, если бы были облака, то я бы отлично справился с красноперыми, — продолжил болтать Иней. — Завалил бы весь лагерь снегом, вчера от града они так и попрятались…

Не дослушав, я бросилась в крепость, рванув что есть ног в хозяйственную часть.

— Скорей! — поторопила я Хильду, с грохотом распахнув дверь. — Мне срочно нужен глаз дракона! Элай… Он… Он полетел к Красным скалам!

Хильда отложила в сторону книжку и кивнула.

— Давай снова на пост поднимемся, — предложила она, вставая. — Оттуда лучше всего видно.

Я схватила ее за руку и потащила за собой, едва не рыча от бессилия и злости. Вот что он такое придумал⁈ Улетел — и даже мне не сказал!

Мы забрались на высокую башню, и я и без Хильды увидела, как драконы у Красных скал точно взбесились: закружились быстрей, сбились в темную грозовую тучу и потянулись к горному перешейку.

— Вот и Элай, — спокойно сказала Хильда, слегка прищурив глаза. — Видишь черную точку? Интересно, как ему удалось повести их всех за собой? Он что, выкрал яйцо?

Я вцепилась в край парапета, до боли сжав пальцы, и боялась моргнуть, чтобы не упустить из вида дракона, что летел впереди. Он вдруг взмыл, сделал круг, точно дразнясь, а следом вспыхнуло пламя.

— А, он огнем швыряет, — поняла Хильда. — Тоже вариант. Драконам вреда не будет, но это вроде вызова на бой за самочку.

Я едва сдерживалась, чтобы не разреветься, и Хильда, заметив мое состояние, обняла меня и утешающе похлопала по плечу.

— Что я вижу! Кольцо! — воодушевленно воскликнула она, заметив сверкающий камешек. — Дорогая, я так за вас рада! От души поздравляю! О, у нас с тобой куча дел: надо продумать праздничный стол, заказать цветы, пошить платье…

Элай полетел через горы, драконы — за ним.

Не хватало еще овдоветь, так и не став его женой по-настоящему!

* * *

Ветер гудел в ушах, воздух рвал легкие. Пригнувшись к шее Дымка, Элай впился пальцами в чешую, чувствуя биение его сердца точно свое. Мощные крылья дракона сплелись с его крыльями, и теперь они мчались быстрее ветра.

Первый этап плана прошел удачно: он привлек внимание зубохвостов, немножко покидал в них огнем, чтобы закрепить успех, и теперь те летели за ним следом, клацая зубами, и их рев напоминал раскат грома.

Чего не сделаешь ради секса.

Хмыкнув, Элай обернулся. Дистанция сохранялась: не слишком близко, чтобы это стало опасным, но и не далеко, чтобы зубохвосты не потеряли интерес. Вот она цель, под самым носом, давай, догони! Элай швырнул огнем прямо в морду дракона, летящего в стае первым, и тот оскорбленно взвыл и даже слегка ускорился.

Внизу пронеслись зубья скал, впереди раскинулась степь — выжженная солнцем трава до самого горизонта. Шатры кочевников жались к ручью, круглые шляпки юрт, дым костров, а вот и стойбище ящеров, точно озеро запекшейся крови. Млечники заметили его, засуетились. Поздно!

Элай сжал колени, пикируя вниз, Дымок упал камнем, едва не задев крыльями землю, и с ревом пронесся над лагерем.

В степь пришел хаос.

Ящеры красноперых, мирно спящие у ручья, заметались, взлетели, но поздно — дикая стая врезалась в их ряды. Драконы схлестнулись, и степь наполнилась ревом.

Элай заложил вираж, улетая подальше от драконьего месива. Зубохвосты потеряли его из вида, сосредоточившись на новых врагах, а ящеры красноперых отчаянно защищали свою территорию от вторжения. Взлетев выше, Элай наблюдал за бойней с холодным удовлетворением.

Не все же Драхасу защищаться. Пусть почувствуют — каково это.

Пара млечников успели оседлать драконов и взмыли над лагерем, пытаясь определить, где вообще враг.

— Я — великий дракон! — выкрикнул Элай на их наречии — пригодился знак летописца на щиколотке. — За мной идут люди! Мне повинуются драконы! Тень моих крыльев накроет весь мир! Склонитесь передо мной, и ваш народ обретет былое величие!

Возле уха просвистела стрела, и он разочарованно цыкнул.

Какие недоверчивые.

Один из ящеров подлетел ближе, и Элай узнал его всадника — воина с красными косами. Ненависть в его глазах была почти осязаемой и обжигала как пламя. Вот только Элай огня не боялся.

— Давай сразимся один на один! — выкрикнул он. — Я сильнее тебя. Я — великий дракон!

Ответом ему была стрела, метящая прямо в сердце, но он смахнул ее крылом и, подогнав Дымка коленями, сделал круг в вышине.

Млечникам пришлось туго: их ящеры разлетелись, зубохвосты разметали их по всей степи, гоняя как шавок. В лагере была суматоха, слышались крики и плач. Драконы не нападали на людей, но прихватили пару овец.

Довольно кивнув, Элай развернул Дымка к крепости. Пришло время награды.

Однако было одно «но». Погибший дракончик Берты и разбившееся слишком рано яйцо невольно вызвали ассоциации с недавними словами Вив. Вдруг она правда еще не готова? Вдруг он сейчас все испортит? Но сил нет терпеть и ждать уже невозможно. Вив — его невеста, почти жена. Но она так и не сказала, что любит…

Все эти мысли измотали его куда сильней, чем победа над красноперыми. Он посадил Дымка в драконятнике, рассказал парням об