Училка. Любовь не знает границ - Алисия Лань

Снова телефон пиликнул. Смотрю на экран: X-Men, открываю сообщение.

«Ты — мой наркотик. Меня ломает, когда я не могу прикоснуться к тебе, обнять и поцеловать. Но скоро мы будем вместе. Верь мне!» смайлик сердечко.

— Я верю тебе! — Целую экран и кладу гаджет на тумбочку. Иду в душ.

Выхожу из подъезда и вижу: Светик стоит у подъезда. Улыбка снова на лице.

— Ты теперь будешь меня охранять? — смеюсь.

— Садись давай живей! — командует та. Но я не возражаю и сажусь рядом.

— Давай рассказывай. Я из-за тебя всю ночь не спала. И эти синяки под глазами — это твоя вина! — наигранно хмурится, а меня смех берёт.

— Свет, я так счастлива. Я никогда такой счастливой не была. Боже, это было волшебно, — закатываю глаза, и все ощущения прошлой ночи нахлынули снова.

— Не томи, — злится Светка и начинает стучать каблуками по полу машины.

Я в общих чертах рассказываю Свете всё, что вчера произошло, — свои ощущения, его нежные прикосновения, а она улыбается, и глаза горят, как будто я ей рассказываю самый нашумевший блокбастер.

— И что? Ты так и не видела его лица? — озабоченно спрашивает подруга.

— Как я могла видеть? — смеюсь. — У меня же лента была на глазах. Но зато я чувствовала его. Он красив, очень вкусно и дорого пахнет. Его рубашка точно не из дешёвого магазина. Тело спортивное и молодое, а какое оно горячее! А его инструмент… — тяну слово и закатываю глаза.

— Это просто мощь. Он такой большо-о-ой. Я даже представить не могла, что такие бывают… Или просто я голодная была, — смеюсь.

— Я аж задыхалась когда он вошёл в меня и вскрикнула от неожиданности, — смущаясь закрываю лицо ладошками.

— Да ты совсем одичала без ласки мужской — заливисто смеётся Светик.

— Я хочу ещё, и ещё, и ещё много-много раз его, — смеюсь, как сумасшедшая. — Светик, я самая счастливая! — Тянусь к ней и от переполнявших меня эмоций обнимаю её. Так, смеясь, мы доехали до школы.

— Кстати, ты сегодня шикарно выглядишь. Тебе идёт эта обтягивающая юбка. Ты в ней такая секси. А вот блузку можно и с вырезом побольше, — похвалила и отчитала в одном предложении Светик меня. Смеюсь.

— Нет уж. Я так… скромненько, — прикрываю глаза, как будто смущена.

Уроки сегодня шли хорошо, моё хорошее настроение, кажется, передавалось и детям. Я рассказывала новую тему, а она так легко давалась им. Третьим уроком был мой класс. Урок я, как всегда, начала с приветствия и переклички.

— Авдеева Аня.

— Здесь.

— Алексеев Слава.

— Здесь.

— Арсов Костя на больничном ещё.

— К вашим услугам, Алёна Владимировна, — от неожиданности я аж вздрогнула. Подняла глаза — и правда, Костя смотрел на меня с задней парты. Вид у него был не болезненный, как я ожидала после такого затяжного больничного. Наоборот, полон сил и энергии. Прищурив глаза, он смотрел на меня с какой-то нежностью и улыбался. Да, «немного избалован вниманием» — кажется, так его назвал Павел Петрович.

— С возвращением тебя, Костя! Надеюсь, у тебя всё хорошо и ты готов работать усерднее?

— О да, Алёна Владимировна, я готов работать на износ ради вашего хорошего настроения и душевного спокойствия, — я только глазками хлоп-хлоп. Ладно, сейчас не хочу думать о поведении избалованного мальчишки.

— Хорошо! Тебе придётся наверстать многое за пропущенное время. Если будут вопросы, то обращайся к ребятам или лично ко мне. Посмотрим, что можно будет сделать, чтобы аттестат не испортить.

— Я обязательно воспользуюсь вашим предложением, — ещё сильнее улыбается и сверкает глазками. Какой-то он сегодня странный.

— Ладно, продолжим, — урок в целом прошёл хорошо. Только вот Костя сегодня весь день меня удивляет. То у него вопросов много по теме, хотя тема-то простая — «ударения в словах». То ляжет на парту и следит за каждым моим словом или перемещением по классу.

Но вот урок, наконец, закончился. Я отпустила ребят, а Костя опять возится с тетрадями. Ладно, посмотрим, чем он сегодня озабочен.

Когда все покинули класс, начали заходить пятиклассники. Костя подошёл к моему столу и сказал шёпотом, чтобы только я слышала:

— Вы сегодня шикарно выглядите, Аленький цветочек, — развернулся, закинул сумку на плечо и вышел из класса.

«Что-о-о?» — стою, как ошарашенная. Что это было? В голове тараканы начинают бегать, как от мелка. Напрягаю мысли, вспоминаю: Светик меня называла так, когда ногу вывихнула, а этот наглец запомнил. Ах ты ж…

Прозвенел звонок. Ладно, подумаю об этом позже.

Пятый класс был последним. А в голове так и стоит: «шикарно выглядите, Аленький цветочек». Да как он так может себе позволить? Да ещё и протяжно, как будто смакует каждое слово. Вот наглец.

Вечером, сидя дома с чашечкой чая, я прокручиваю это: «шикарно выглядите, Аленький цветочек». И тут пиликнул телефон.

X-Men: «Посылаю тебе небольшое напоминание о том, что ты лучше всех! Надеюсь, день прошёл сегодня хорошо. Люблю тебя». Следом — сердечко-смайлик.

Решаю ничего не говорить о Косте. Это я за день накрутила себе больше. Он, наверное, просто хотел сделать комплимент. А я тут надумываю себе.

«Всё хорошо. Весь день летаю бабочкой».

X-Men: «Тогда, может, сегодня покатаемся?»

«Да, я буду ждать!» ниже улыбающийся смайлик и поцелуйчик

X-Men: «В 21:00 буду ждать внизу. Люблю тебя, цветочек мой» и сердечко смайлик.

Опять «цветочек»? Что это у всех в голове? Весна так действует, что ли? Ладно, времени нет думать об этом сейчас. Время на часах уже 19:30, надо в душ идти.

Тёплая вода струится по телу — так приятно, мягко смывая усталость и тревоги дня. Кажется, будто весь мир остался где-то далеко, а здесь — только тишина, тепло и покой.

Звонок в дверь вывел меня из блаженного забытья. Я недовольно вздохнула: «Кто мог прийти в такой час?» Вода всё ещё струилась по плечам, а в голове билась мысль: «Ну почему именно сейчас?»

Выключив воду, я накинула халат на тело, а волосы завернула в полотенце. Опять звонок — второй, третий.

— Да кто это может быть? — потихоньку подхожу к двери, смотрю в глазок — и, о боже… Егор, бывший муж, стоит. Волосы лохматые, рубашка наполовину расстёгнута, мятая. Вид у него сломленный. «Что он тут делает?»

— Алёнушка, открой дверь, пожалуйста! Мне очень плохо! Я знаю, что ты дома, я за тобой шёл от самой работы. Долго не решался войти. Но ты мне нужна очень, — слышу, как прислонился к стене.

Зная Егора, если не впущу, то так и будет сидеть неделю. Ничего не поделаешь. Надо побыстрее