Телохранитель - Эмма Радфорд

В дверь трижды постучали, и чей-то голос произнес:

— Пора!

— Выходим! — прошептал Стивен, направляясь к двери. В коридоре он скомандовал: — Идите медленно.

Ей пришлось буквально сдерживать себя, чтобы не пробежать стремглав шестьдесят футов, отделявших ее от дверей лифта, которые удерживал открытыми незнакомый мужчина в пестрой рубашке и джинсах. Казалось, прошла вечность, пока они добрались до него. Сильвию даже затошнило от напряжения.

Она вошла в кабину лифта первой, за нею — Стивен, за ним — мужчина в пестрой рубашке, и дверь закрылась. Их спутник был такого же роста, как Стивен, но вокруг талии у него оказалось фунтов на двадцать побольше мяса.

— Это детектив Нортон, — представил его Стивен.

Нортон кивнул, одарив ее коротким взглядом глубоко сидящих серых глаз, и сразу же повернулся лицом к двери. Одну руку он держал под рубашкой, и оттуда что-то выпячивалось.

Сильвия тщетно пыталась успокоить бешено колотившееся сердце, делая неглубокие и частые вдохи.

— Помогает, если вы вдыхаете через нос, а выдыхаете медленно через рот, — посоветовал Стивен, который явно почувствовал ее смятение.

— Простите, что вы сказали?

— Я говорю, вдыхать нужно через нос, а выдыхать через рот. Если вы насмерть перепуганы, это помогает. Первое правило.

— Действительно помогает?

Кинг искоса посмотрел на нее, и на какую-то долю секунды — Сильвия могла в этом поклясться — выражение его глаз смягчилось.

— Да, помогает, — подтвердил он и отвернулся.

На табло загорелась цифра один. Двери раскрылись, перед ними стоял худощавый блондин, очень скромный на вид, если не считать пистолета, направленного на них.

— Сюда! — Опустив пистолет, он показал в левую сторону.

Стивен положил Сильвии руку на плечо и заспешил по коридору. Нортон не отставал. Они миновали двери, через которые входили раньше, и двинулись по коридору, уходящему вниз. Коридор упирался в створки огромных железных ворот. Нортон прошел вперед и сдвинул одну из створок.

Прямо у ворот Сильвия увидела белый корпус огромного фургона. Сзади были спущены две металлические лестницы. Задняя дверь поднялась, и Сильвия не мешкая забралась в трейлер. Все это время она не переставала ощущать на плече руку Стивена. Внутри фургона стояли большие ручные тележки с бельем, а по бокам громоздились какие-то тюки, покрытые коричневым материалом.

Двери фургона опустились. Сильвии показалось, что они отсекают от нее весь мир. Спокойно! — приказала она себе и схватилась за ручку ближайшей тележки. Фургон тронулся. Сильвия нашла устойчивое положение и замерла. Когда привыкла к полумраку, она уже не отрывала глаз от силуэта Стивена, маячившего неясным пятном в трех футах от нее.

— Снимите комбинезон и шапочку! — прошептал он.

Не говоря ни слова, она повиновалась.

— И что мне с ними?..

— Просто бросьте на пол, — перебил он. — О них позаботятся.

Сильвия бросила одежду на тележку и встряхнула головой.

— Вы не собираетесь рассказать мне, куда мы направляемся? — спросила она, приглаживая пальцами локоны.

— Пока не знаю.

— Мне казалось, у вас все спланировано.

— Я ничего не планировал, — сказал он, придвигаясь к ней, — я думал сидеть в отеле и читать учебники всю субботу и воскресенье. — Голос его звучал жестко. — Но друзья вашего «друга» заставили изменить эти планы. Теперь мы будем двигаться, пока не найдем безопасное место для остановки.

Сильвия не любила темноты, но сейчас, в полумраке, почувствовала себя неудобно оттого, что стала ощущать сугубо мужскую суть Стивена, его ауру, жар его тела. Беспокоило и то, что, разговаривая, он постоянно наклонялся к ее лицу.

— Моя главная задача, — продолжал он, — сохранить вас в живых до утра понедельника и прийти вместе с вами в суд.

Она опять сжалась от ужаса. Но тут фургон неожиданно тряхнуло, Сильвию бросило вперед, она раскинула руки и буквально упала на Стивена. Он схватил ее за плечи, но оба продолжали падать, пока груда тюков не остановила этого падения. Руки Сильвии оказались зажатыми между ее грудью и грудью Стивена и чувствовали удары его сердца.

Она с трудом сглотнула слюну, но не шевельнулась. Сегодня он уже второй раз прикасается к ней. Но сейчас это уже не имело эффекта первой, неожиданной, реакции. К тому же не было свиста пули, звуков разбивающегося стекла. Только полумрак, приглушенный рев мотора и дрожание фургона, который несся по улицам Спрингфилда, и — Стивен!

— Извините! — Сильвия, почувствовав на своем лице его горячее дыхание, вздрогнула. Ничто в ее опыте не говорило о том, как надо реагировать на мужчину. Ко всему прочему, этого мужчину она едва понимала, да еще чувствовала, что ему не нравится женщина, которую она изображает.

Стивен отодвинулся. Сильвия никогда в жизни не смогла бы объяснить, почему ей вновь приходится испытывать глубокое разочарование и чувство заброшенности.

Чувство заброшенности! Она хорошо знала, что это такое. На протяжении нескольких лет после смены приемной семьи это чувство было ее постоянным спутником. С появлением Марии оно пропало и больше никогда не посещало ее, вплоть до последних дней. Но его надо гнать, как и желание рассказать этому обаятельному телохранителю всю правду.