Купидон выходит замуж - Дианна Тэлкот

«Вместе навсегда».

Купидон догадалась по выражению лица Берка, что он не знает, что делать с подарком.

— Посмотрите на меня, — попросил метрдотель. — Улыбочку…

Они повиновались, и обоих ослепила фотовспышка.

— Чудесно! — воскликнул довольный мужчина. — Мы доставим портрет в ваш номер. И мои искренние поздравления. Вы чудесно смотритесь вместе. Потрясающая пара!

Они снова остались наедине. Берк выглядел так, будто обратился в камень. Купидон чувствовала, что у нее дрожат губы. Она поднесла к носу розовый бутон, чтобы скрыть нахлынувшие эмоции.

— Нужно было сказать ему правду, — укорила она своего спутника.

Берк тряхнул головой.

— Я собирался сказать, что все в порядке и он может идти. И вообще не понимаю, почему я должен что-то кому-то объяснять.

— Ясно. Но эти подарки. Ладно роза, но что ты будешь делать с этой рамкой? Не представляю.

— Я поставлю туда наше фото.

— Ммм… Берк. Насчет снимка…

— Да?

— Не думаю, что это хорошая мысль. По крайней мере сейчас.

— Почему?

— Ты ведь собираешься жениться. На другой женщине. — Она не смотрела ему в глаза, уставившись на розу. — Иногда… в такие моменты, как этот, у меня возникает странное чувство. Как все странно обернулось! Будто я украла что-то у Мойры. Словно участвую в том, что должно было принадлежать ей. Ее вечер. Ее медовый месяц.

— Забудь о Мойре. Она бы все равно не оценила всего этого. Как ты.

— Но… я держу в руках ее розу. Я наслаждаюсь обедом при свечах, накрытым для вас двоих. Я буду спать на ее кровати. С тобой. Ну не так, конечно. Не рядом, но…

— Рядом, — возразил Берк. — Звонил администратор, пока ты была в душе. Они не смогут предоставить нам дополнительное место.

Купидон была слепа. Неужели все ее способности, включая шестое чувство, решили одновременно уйти в отпуск? Или исчезнуть?

Ее взгляд упал на пустую рамку для фотографии, которую Берк поставил на камин. Надпись навечно останется в памяти.

«Вместе навсегда».

Ей следовало бы быть осторожнее.

Что ж, по крайней мере не все ощущения покинули ее. Она почувствовала присутствие Берка у себя за спиной. Его дыхание теплом овевало шею.

— Купидон, — произнес он нежно, его пальцы сомкнулись на ее локте. — Я могу поспать на диване, а ты спи в постели.

— Не говори ерунды. Я верю, что ты не перейдешь границы. И я тоже. И нам обоим будет удобнее на кровати. Как я смогу познакомить тебя с кем-нибудь завтра, если у тебя будут мешки под глазами?

Хриплый смех вырвался из горла Берка. От такого смеха у женщин голова идет кругом.

Купидон и сама затаила дыхание. Она ожидала, что Берк откажется от ее предложения, но он этого не сделал.

— В этой кровати есть нечто такое, отчего на ней не хочется спать в одиночестве, ты не находишь?

— Не хочу даже говорить об этом, Берк.

— Ммм… Почему?

— Потому что не хочу.

— Все ясно.

Берк отпустил руку Купидон. Она почувствовала его разочарование.

— Ты меня неправильно понял, — добавила Купидон поспешно. — Я здесь, чтобы найти тебе жену. Если наше знакомство перейдет на другой уровень, это только все усложнит.

— Купидон, ты когда-нибудь спала в одной постели с мужчиной?

— Берк, я всего лишь сказала…

— В этом есть что-то очень успокаивающее. Слышать ровное дыхание женщины. Видеть, как слегка подрагивают ее ресницы. Замечать, как соскользнула с плеча ночнушка. — (У Купидон кольнуло в сердце. Берк Райли романтик, только он этого даже не подозревает.) — Я так понимаю, ты тоже должна замечать такие сексуальные мелочи в мужчине.

— Погоди-ка. Мы здесь говорим не обо мне, — возразила девушка. — Мы обсуждаем тебя. И я думала, ты собираешься жениться, чтобы как раз обнаружить все это.

— То, что я хочу жениться, не значит, что у меня не было опыта. Я знаю, каково это — просыпаться рядом с женщиной.

— Хорошо. Но мне вовсе не обязательно знать, как ты себя при этом чувствуешь. Вот я уеду, и можешь делать что хочешь. — В довершение Купидон перевернула рамку надписью вниз.

Берк рассмеялся. Его смех звоном отозвался в ушах девушки.

— Могу поклясться, что ты просто несносно вертишься, когда спишь.

Купидон улыбнулась. В детстве Лисандра всегда жаловалась, что Купидон ерзает во сне и стягивает с нее одеяло.

Поразительно! Берк обладал волшебной способностью вызывать у нее улыбку. Может, у него и много недостатков, но и достоинства имеются.

— Ладно, спущусь в бар, выпью рюмочку хересу.

— Рюмочку хересу?

— Это всего лишь предлог, — признался Берк. — Я подумал, тебе нужно переодеться. Пятнадцать минут тебя устроят?

— Да. Отлично. Полагаю, ты не желаешь видеть меня в этом черном одеянии? — она кивнула в сторону пижамы.

— Делай что хочешь. — Берк вышел, и на мгновение Купидон даже расстроилась, что его дыхание больше не согревает кожу.

Она знала, ей следует поторопиться, но что-то заставляло ее медлить. Девушка помылась, расчесала волосы и натерла тело маслом. Потом зачем-то подкрасила ресницы и пощипала щеки, чтобы придать коже румянец.

— Я просто не хочу, — говорила она своему отражению в зеркале, прекрасно зная, что ищет оправдания, — чтобы Берк проснулся утром рядом со мной и разочаровался.

Купидон вышла из ванной и удивленно взглянула на стоящего у камина Берка.

— Прости. Кажется, я дал тебе недостаточно времени, — извинился он. Его взгляд словно ощупывал девушку с ног до головы.

Купидон надела ночную сорочку в сердечко. Берк заметил, какие изящные у нее лодыжки и крошечные ступни. Он представил себе, как они копошатся под одеялом и задевают его своими накрашенными розовым лаком ноготками. Чтобы не думать об этом, Берк произнес:

— Я думал, ты уже в постели. Натянула одеяло до подбородка.

— Ах, да. Это было бы типично для меня, маленькой Красной Шапочки, ожидающей грозного Серого Волка. — Купидон словно подплыла к кровати.

Берк наблюдал, как она расправляет белье.

— О, да тут шоколад на подушках. Хочешь?

Берк не собирался упускать такую возможность. Он подошел к Купидон почти вплотную, следя за каждым ее движением.

От нее исходила неведомая аура притягательности. Девушка выпрямилась, тонкая бретелька сорочки упала с плеча. Но Купидон как будто ничего не заметила.

Берк увидел, как поднялась и опустилась ее грудь. И еще кое-что: любопытную родинку в форме сердца и цвета клубники.