Двое в стране любви - Шерри Уайтфезер

Бобби не смог найти Майкла, племянник куда-то запропастился, и бог знает, где он может быть!

Бобби провел в одиночестве несколько часов, шагая по кабинету и понимая, что ему нужно возвращаться к Джулианн.

Бобби смотрел в окно и вспоминал свою юность, духовными уроками которой он руководствовался до сих пор.

Некоторые чироки верили, что у младенца нет души, пока он не рожден, но Бобби считал иначе.

Он верил, что душа младенца появляется во чреве матери с самого момента оплодотворения, а это означает, что его сын или дочь уже имеет душу.

Крошечная душа, которая уже есть, жизнь, которой он помог зародиться.

И все же он сопротивлялся ее существованию.

Почему? Чего он боялся?

«Женщины, – ответил он себя, – матери младенца».

Бобби отвернулся от окна: он не может жениться на Джулианн, даже несмотря на то, что обязан, даже из уважения к чести своего ребенка.

Ему было стыдно, но он не мог этого сделать, не мог просить Джулианн стать его женой.

А может, она и не хочет этого? Может быть, она...

Черт возьми! Он понятия не имеет, чего она хочет, и не узнает, пока не спросит.

Пятнадцать минут спустя Бобби остановился на крыльце своей хижины и постучал в дверь, сначала тихо, потом немного громче. Джулианн открыла с опасливой улыбкой. Она уже переоделась в легкое, тонкое платье и надела сандалии на ремешках.

– Благодарю за продукты, Бобби, их принесли несколько часов назад.

Он вошел в хижину:

– Ты поела?

Она кивнула:

– Я перекусила на ходу, но уже почти готова пообедать. Ты присоединишься ко мне?

– Конечно. – Он был не слишком голоден, но за обедом разговор пойдет легче.

– Как насчет макарон? Салата? Может быть, хлеба с чесноком?

– Звучит хорошо.

В кухне он остановился – на столе в стакане стоял букет.

– Я искала какую-нибудь вазу, но не нашла, – сказала она.

– Кажется, у меня нет ни одной.

– Я и в спальне тоже поставила цветы.

Он подошел к холодильнику и взял все необходимое для салата. Бобби не желал представлять, как она спит на его кровати, зарывшись в его простыни и положив голову на его подушку.

Стряпая, Джулианн что-то тихо мурлыкала, и он понял, что она делает это бессознательно. Наверное, она так же готовила бы и для их ребенка.

Он поглядел на ее живот. Интересно, маленький чироки сейчас с арахисовый орех? Или с грецкий? А может быть, еще лишь с фасолинку?

А есть ли у него пальчики на ручках? На ножках?

Наверное, Джулианн знает. Скорее всего, ей рассказал врач.

Ему кто-то говорил, что младенцы слышат внешний шум в утробе матери, реагируют на голоса родителей, а потом и узнают их. Интересно, правда ли это? Как многого он еще не знает и как много ему предстоит узнать!

Пожалуй, стоит потом зайти в библиотеку и взять какую-нибудь книгу о внутриутробном развитии плода.

– У вас есть дуршлаг? – спросила она, прерывая его мысли.

Он потянулся над плитой и подал ей. Она слила макароны и заправила их мясом.

Бобби смотрел на букет на столе в импровизированной вазе, на простую красоту, созданную руками Джулианн, и вдруг подумал, что был бы не против, если бы Джулианн осталась в его лачуге и в его постели, до этого служившей только ему одному.

Сохранится ли запах ее духов на его простынях?..

– Что ты собираешься делать, Джулианн? Каковы твои планы?

– Относительно ребенка?

Он кивнул и подцепил немного салата. Она тоже попробовала салат.

– Прежде всего надо будет подыскать квартиру с двумя спальнями. – Она пронзила шпажкой пластиночку огурца. – А как только приступлю к работе, поговорю со своим работодателем. Я намерена работать до последнего, но в конечном счете мне все-таки потребуется краткосрочный декретный отпуск.

– Эти планы не предполагают моего участия, – заметил он.

– Я не могу строить планы в расчете на твое участие, Бобби.

– Я знаю. Но ты проделала такой путь в Техас, ты должна же чего-то хотеть от меня.

Она посмотрела в тарелку, потом подняла взгляд и мягко, почти по-матерински, ответила:

– Я надеялась, что мы будем поддерживать связь, что ты приедешь в Пенсильванию перед рождением ребенка и сразу после этого вернешься обратно.

У Бобби что-то сжалось в груди. Джулианн только хотела, чтобы он знал своего ребенка, может, иногда навещал, наконец, просто звонил. Собственно, того, что должен делать любой «воскресный» папа и чего никогда не делал Кем по отношению к Майклу.

– Это не проблема, все выглядит слишком просто... я собираюсь попробовать стать отцом.

Она ответила ему улыбкой, и Бобби замер.

Его волновало, как бы не сделать ложный шаг, женившись в силу необходимости, а она беспокоилась о своем ребенке, о том, чтобы у него был пусть далекий, но папа.

Господи, этак ведь и подонком недолго стать!

– А как насчет поддержки? – спросил он. – Какой угодно. Например, помогать оплачивать большую квартиру или купить что-нибудь для младенца, когда он появится?