Как стать принцессой - Мишель Селмер

Вместо того чтобы обидеться, Маркус расхохотался, чем окончательно озадачил мисс Рейнольдс. – Вы находите это забавным?

– Я нахожу забавным, что вы заявили это мне в лицо. В вашей голове вообще возникают мысли, которые вы не высказываете вслух?

– Иногда.

Например, она не сказала сейчас принцу о том, что его светло-серые хлопковые брюки красиво облегают его ягодицы, а белая шелковая рубашка с короткими рукавами делает еще ярче его загорелую кожу. А еще Ванесса промолчала о том, как ей захотелось, глядя на темную тень щетины на подбородке Маркуса, прикоснуться рукой к его лицу. А изгиб его губ вызывал в ней желание… Ну, в общем, не важно какое.

– В детстве каждый раз, когда я высказывала какую-нибудь мысль или идею, отец подвергал ее критике, заставляя меня чувствовать себя глупой. Понадобилось какое-то время на то, чтобы понять, что я вовсе не глупа. Теперь я говорю то, что думаю, и мне плевать, что скажут на это другие люди, потому что мнение большинства из них меня не волнует. В том, что касается самоуважения, для меня имеет значение лишь собственное мнение. Я счастлива, что я такая, как есть. Да, моя жизнь не идеальна, и я все еще боюсь поступить неверно, но знаю, что я способная и умная и, совершая ошибки, учусь на них.

– Так что же вы будете делать? – спросил Маркус. – Я имею в виду, если отец не нарушит своих принципов.

– Надеюсь, что, если мы проведем вместе больше времени, я буду знать, как поступить.

– Вы очень красивая женщина, и чувства моего отца к вам очень сильны. Уверен, что, приложив совсем немного усилий, вы сможете уговорить его изменить своим принципам.

Он что, действительно предлагает ей соблазнить Габриэля? И почему, когда Маркус сказал, что она красива, Ванесса ощутила радостный трепет? Она столько раз слышала те же слова от разных мужчин, что уже перестала придавать им значение. Так почему в этот раз она так отреагировала? И почему ей не все равно, что Маркус о ней думает? Зачем она вообще завела этот разговор?

– Я никогда так не поступлю с Габриэлем. Я слишком его люблю, – объяснила она и, заметив, что Майя занервничала, воспользовалась этой возможностью завершить странную и неуместную беседу. Ее отношения с Маркусом, кажется, становятся все непонятнее.

– Нужно вернуться во дворец и уложить Майю спать. И я тоже, наверное, немого вздремну. – Ванесса все еще жила по лос-анджелесскому времени и прошлой ночью очень плохо спала, несмотря на крайнюю усталость.

Принц поднялся.

– Идемте.

Он взял Майю на руки, а Ванесса свернула одеяло. Ее удивило, как непринужденно он держал ребенка. А когда она потянулась, чтобы забрать дочь, малышка вцепилась в Маркуса и положила голову ему на плечо.

«Маленькая предательница», – подумала Ванесса, но, не удержавшись, улыбнулась.

– Кажется, ей нравится сидеть у вас на руках, – сказала она принцу, который, судя по его виду, нисколько не возражал против такой привязанности.

Они собрали вещи и, вернувшись к ожидавшему их на стоянке лимузину, забрались в охлаждаемый кондиционером салон. Ванесса думала, что водитель сразу повезет их во дворец, но Маркус попросил остановиться перед одним из магазинов, который они сегодня уже посещали. Выйдя оттуда через несколько минут с небольшим пакетиком в руках, принц опустил его в карман брюк и сел в машину. Ванессе было любопытно, что он купил, но она не спросила, боясь услышать еще один неприятный ответ. Наверное, Маркус купил подарок для своей подружки. Ведь у мужчины с такой внешностью, как у него, да еще и ужасно богатого принца, обязательно есть подружка, а то и две-три. Габриэль говорил, что его сын никогда не испытывал недостатка в женском внимании.

Майя заснула во время поездки в лимузине. Когда автомобиль подкатил к парадным дверям дворца, Маркус, опередив Ванессу, вынул малышку из автомобильного кресла со словами:

– Я понесу ее.