Ты умеешь хранить секреты? - Софи Кинселла

— Ну-ка продемонстрируй! — восхищенно просит мама.

Керри растягивает губы в притворно-скромной улыбке:

— Выглядит это примерно так. — Она отодвигает стул и вытирает губы салфеткой.

— Тебе следовало бы смотреть повнимательнее, Эмма, — советует ма. — Схватить основы.

Под пристальными взглядами собравшихся Керри обходит комнату. Подбородок вскинут, сиськи выпячены, она смотрит куда-то вдаль и при этом задом виляет. Выглядит Керри при этом неким гибридом устрицы и андроида из «Атаки клонов».

— Правда, сейчас я не на каблуках, — говорит она, останавливаясь.

— Когда Керри заходит в конференц-зал, уж поверьте, немало голов поворачивается, — гордо объявляет Нев и хватается за бокал с вином. — Люди прекращают работу и смотрят на нее.

Бьюсь об заклад, так оно и есть.

О Боже! Меня так и подмывает хихикнуть. Не смей. Не смей.

— Хочешь попробовать, Эмма? — спрашивает Керри. — Делай как я.

— Э… не стоит, пожалуй. Я… думаю, я уже усвоила… ритм… и вообще… — Неожиданно для себя я фыркаю, но успешно маскирую промах кашлем.

— Эмма, Керри пытается помочь, — наставительно говорит ма, — и ты должна быть ей благодарна. Ах, Керри, ты так добра к Эмме!

Это уж точно. Керри просто рвется мне помочь.

Именно поэтому, когда я окончательно отчаялась найти работу и попросила позволить мне набраться опыта в ее компании, она отказала. Я написала кузине длинное вежливое письмо, в котором признавала, что ставлю ее в неловкое положение, но готова схватиться за любой шанс, пусть даже пару-тройку дней побыть на побегушках.

А она ответила сухим отказом.

Меня еще никогда так не унижали!

Я была убита, поэтому никому ничего не рассказала. В том числе папе и маме.

— Тебе бы стоило прислушаться к советам Керри, — резко говорит па. — Если бы ты обратила на них хоть немного внимания, может, добилась бы в жизни большего!

— Да это всего лишь походка, — давится от смеха Нев. — Не какое-то чудотворное средство!

— Нев! — журит его ма, но без особого пыла.

— Эмма знает, что я шучу, верно, Эмма? — хихикает Нев, наполняя бокал.

— Разумеется, — выдавливаю я и вымучиваю веселую улыбку.

«Только погодите, вот меня повысят, и тогда… Тогда посмотрим, что вы все скажете!»

— Эмма! Земля — Эмме! — Керри шаловливо помахивает рукой у меня перед глазами. — Проснись, наркоша! Церемония вручения подарков!

— Ах да, — киваю я. — Сейчас схожу за своим.

Мама медленно разворачивает камеру от отца и сумочку от деда. Меня трясет от волнения. Я так надеюсь, что ей понравится подарок!

— Вид достаточно скромный, — бормочу я, протягивая розовый конверт. — Но когда откроешь, сама поймешь…

— Что это? — удивляется явно заинтригованная ма. Разрывает конверт, разворачивает открытку с цветочками и восклицает:

— О, Эмма!

— Что там? — интересуется па.

— День на курорте! — восторгается мама. — Целый день в свое удовольствие!

— До чего же оригинально! — оживляется дед, гладя мою руку. — Ты всегда умела выбрать подарок!

— Спасибо, детка. Ты такая заботливая.

Мама перегибается через стол, чтобы поцеловать меня, и где-то внутри разливается приятное тепло. Мысль пришла мне в голову несколько месяцев назад. Курорт действительно хороший. С бесплатным лечением и прочим.

— Там подают шампанское к ленчу, — гордо объявляю я. — И шлепанцы можно оставить себе.

— Чудесно! — восклицает мама. — Скорее бы! Эмма, милая, что за прелестный подарок!

— О Господи, — сокрушается Керри с нервным смешком, помахивая большим кремовым конвертом. — Боюсь, меня перещеголяли. Ничего страшного. Я просто поменяю на что-нибудь получше.

Я резко вскидываю голову. Что-то в ее голосе меня настораживает. Все это неспроста. Я точно знаю: все это неспроста.

— Ты это о чем? — удивляется ма.

— Ах, не важно, — щебечет Керри. — Я… я обязательно… найду что-то еще. Не стоит волноваться.

Она открывает сумочку и сует туда конверт.

— Керри, дорогая, — уговаривает ма, — немедленно перестань. Не будь глупенькой. Что там такое?

— Ничего особенного. Выходит, нас с Эммой осенила одна и та же идея. — Она с извиняющимся видом вручает маме конверт. — Невероятно!

Я напряглась в ожидании удара.

Нет.

Нет. Она не сделала того, о чем я думаю. Не сделала. Не могла.

Ма в полной тишине распечатывает конверт.

— Иисусе! — восклицает она, вынимая брошюру с золотым тиснением. — Что это? Курорт Меридиен?

Что-то падает прямо ей в руки. Ма на секунду закрывает глаза.

— Билеты до Парижа?! Керри!

Значит, все-таки сделала. Испортила мне праздник. Теперь мой подарок ничего не стоит.

— Вам обоим, — добавляет Керри с некоторым самодовольством. — Тебе и дяде Брайану.

— Керри! Ты сущее золото! — потрясенно констатирует отец.

— Говорят, там совсем неплохо, — продолжает Керри с довольной улыбочкой. — Пятизвездный отель, у шеф-повара три звезды Мишлена…[17]

— Просто глазам не верю, — не унимается ма, возбужденно листая брошюру. — Взгляните только на бассейн! А сад!!!

Моя открытка с цветочками лежит, забытая, среди оберточной бумаги.

И мне вдруг хочется заплакать. Она знала. Знала.

— Керри, ты знала! — выпаливаю я, не в силах сдержаться. — Я говорила тебе, что собираюсь отправить ма на курорт. Говорила! Несколько месяцев назад! В саду.

— Разве? — небрежно спрашивает Керри. — Не помню.

— Помнишь! Конечно, помнишь!

— Эмма! — одергивает меня мама. — Это просто ошибка. Верно, Керри?

— Ну естественно, — уверяет Керри с невинным видом. — Эмма, я тебя расстроила. Могу только извиниться…

— Нет необходимости извиняться, дорогая, — говорит ма. — Всякое бывает. И оба подарка просто чудесные. Оба. — Она снова поднимает мою открытку. — И кроме того, девочки мои, вы лучшие подруги! Не хотелось бы, чтобы вы ссорились, особенно в мой день рождения.

Она улыбается мне, и я пытаюсь ответить улыбкой, но в душе чувствую себя вновь десятилетней. Керри всегда умела подставить меня. С момента своего появления у нас. И что бы она ни вытворяла, все неизменно принимали ее сторону. Еще бы — бедная сиротка! Ведь у нее умерла мама! Мы все должны заботиться о ней. Поэтому у меня не было ни малейшего шанса взять верх. Ни малейшего.