Магическая ночь - Лиз Джаретт

Почувствовав, что подруга отвлеклась, Диана принялась всхлипывать с удвоенной силой, и Пейдж поспешила опять сжать ее руку.

— Дорогая, но ведь ты живешь с ним уже пять лет. Почему возможный брак так пугает тебя? Ведь вы все равно что женаты.

— Не-ет, — капризно протянула Диана. — Это совершенно разные вещи. Брак налагает обязательства. Я уже не смогу так просто уйти, если ситуация перестанет быть удобной для меня.

— Если за предыдущие пять лет ты не нашла достаточно причин разойтись с Кайлом, поверь, не найдешь их и в будущем, — продолжала увещевать Пейдж. — Ты ведь любишь его.

— Конечно, люблю. — Диана вытерла кулачками сухие глаза. — Но любовь — еще не повод выходить замуж.

— Ну, хорошо. А что ответил Кайл, когда ты сказала, что не хочешь покупать дом?

Диана пожала плечами и отвела глаза.

— Ты сказала ему? — продолжала настаивать Пейдж, хотя уже не сомневалась в ответе.

— Нет, конечно, — с некоторым раздражением ответила Диана. — Ты что, хочешь, чтобы он бросил меня? Он же страшно расстроится. Дом и семья так важны для него. По-моему, даже важнее меня.

— Если это так важно для него, а ты боишься потерять свою любовь, то следует поискать компромисс, — осторожно произнесла Пейдж.

— Боюсь, конечно, и люблю, и хочу видеть Кайла счастливым. Но как же мое искусство? Что будет с ним? Я не могу работать в изоляции от мира. И вообще боюсь что-то менять.

— Кто говорит об изоляции? Ты еще не видела дом, но почему-то все уже заранее решила. — Пейдж произнесла последнюю фразу и осеклась. Разве не то же самое происходит и с ней? Почему она пытается отказаться от отношений с Максом еще до того, как они начались? Только ли из-за отсутствия ясности в ее жизни, или она просто боится перемен?

— А вдруг я не смогу там заниматься творчеством?

— А вдруг там будет больше возможностей для творчества? — Пейдж начала горячиться. — Одну из комнат можно превратить в студию. Ты всегда хотела писать пейзажи. Там это получится.

— Да, пожалуй, студия — это здорово, — оживилась Диана, — а то у меня вечно все свалено по углам в гостиной. Художнику требуется пространство.

— Безусловно. И вообще, мне кажется, Кайл все продумал. Наверняка он предполагает сделать для тебя студию.

— Да, да, — Диана заулыбалась, — он говорил, дом очень светлый и из окон открывается прекрасный вид!

— Ну конечно! Он очень серьезно относится к твоему творчеству!

— Прочь сомнения, вперед, к новым открытиям и достижениям! — патетически пропела Диана. Потом озабоченно добавила: — По-моему, чего-то не хватает. Каких-то сильных слов для придания моменту особой торжественности.

— Любовь преодолеет все преграды! — подсказала Пейдж.

— Правильно! — И обе подруги расхохотались.

Отсмеявшись, Диана вскочила на ноги и порывисто обняла Пейдж.

— Спасибо, что выслушала меня. Побегу обсуждать с Кайлом переезд.

В дверях Диана остановилась:

— После того как мы все обсудим, я попрошу Кайла подумать, с кем из его друзей можно тебя познакомить. Наверняка парочка найдется.

— Не надо, — открыла было рот Пейдж, но Диана уже захлопнула дверь.

Макс посмотрел на Пейдж, которая сидела рядом с ним в автомобиле. Все два последних дня после нечаянного поцелуя она вела себя недопустимо. Сияющей улыбкой отвечала на каждый его взгляд и радостным смехом на любую шутку. Это выбивало Макса из колеи и почти сводило на нет всякие попытки держать эмоции под контролем. А что, кроме нарушенного душевного равновесия, может быть опасней для сыщика, который ведет наблюдение и заботится о безопасности клиентки?

— Спасибо, что согласился подвезти, — произнесла Пейдж. Легкое придыхание и низковатый тембр ее голоса заставили Макса нахмуриться.

— Не за что. Пейдж, нам надо поговорить. — Он слегка откашлялся, подыскивая подходящие слова.

— Звучит серьезно, — засмеялась Пейдж.

— Я и говорю серьезно. — Он еще больше нахмурился. — Мы с тобой... — Он опять кашлянул. — Я понимаю, этот поцелуй... Но на этом все. Поцелуй ничего не значит.

— Я тоже все прекрасно понимаю. Не будем играть в любовь.

— Вот и хорошо, — вздохнул Макс.

— Я сейчас пытаюсь наладить свою жизнь, и это не совсем подходящий момент для того, чтобы завязывать серьезные отношения с кем бы то ни было, — продолжала доброжелательно объяснять Пейдж.

— Понятно, — Макс едва нашел в себе силы согласиться. — Я тоже.

— Что «тоже»?

Злосчастное «тоже» вырвалось у Макса случайно, и сейчас он заметался в поисках подходящего объяснения.

— Я тоже устраиваю свою жизнь. Сама понимаешь, новый город, новая работа. Серьезные отношения могут помешать этому.

Он взглянул на Пейдж. Хорошо, что удалось прийти к единому мнению.

— Я все понимаю, — повторила она и замолчала. Макс тоже молчал. Спустя несколько секунд Пейдж добавила: — Но поцелуй был великолепный.

— Великолепный, но недопустимый.

— Да-а, — выдохнула Пейдж.

Это долгое, с придыханием «да-а» словно бритвой полоснуло по натянутым нервам Макса.

— Не пропусти поворот. — Голос Пейдж прервал течение его мыслей. — Мой дом — в конце той улицы.

Макс вздрогнул и резко повернул вправо. Черт, надо взять себя в руки.

— Завтра я починю твою машину.

— Я сама займусь этим. Ты и так делаешь для меня слишком много.

— Просто пытаюсь проявить галантность. — Макс шуткой надеялся разрядить установившееся напряжение. — Может, позволишь мачо в последний раз проявить себя с хорошей стороны?

— Разве это чему-нибудь поможет? — засмеялась Пейдж. — По-моему, только подтвердит, что характер мачо — суть твоей натуры.

В чем, в чем, а в уме Пейдж не откажешь. Девушка попала в точку.

— Ну, хорошо. Тогда давай найдем компромисс. Например, займемся машиной вместе. Завтра утром я подъеду, помогу снять колеса и отвезти в мастерскую. Это будет очередная ступень в моем эволюционном развитии.

Макс заехал на стоянку, нашел свободное место и запарковался.

— Спасибо, ты настоящий друг.

Макс вышел из машины, быстрым взглядом окинул паркинг и молча последовал за Пейдж к дому. Он не имел права забывать о Кольере.

Девушка тоже молчала. Казалось, поцелуй забыт и навсегда остался в прошлом. Но, поднимаясь по ступенькам, Макс опять поймал себя на том, что не может оторвать взгляд от плавно покачивающихся впереди бедер Пейдж. Он быстро отвел глаза и приказал себе думать о чем-нибудь постороннем. Бесполезно. Воображение рисовало восхитительную картину: его руки ложатся на талию Пейдж, скользят по спине, ласкают шею и затылок. Затем одна рука спускается вниз, заставляя упругие ягодицы прижаться вплотную к его бедрам, другая скользит вверх. Нежные пальцы трогают, гладят, ласкают... Ее дыхание становится прерывистым, сердце стучит под его ладонью.