Скажи мне «люблю» - Дейзи Томсон

Молодой человек предусмотрительно убрал свою руку.

— Ты быстро вернулась, Шина. Кофе пахнет чудесно. Дина предпочитает очень крепкий, черный и с сахаром. И мне такой же.

— Я знаю, какой ты любишь. Я довольно часто его тебе делала.

Она наклонилась над столиком, чтобы спрятать от кузена выражение своих глаз. Ее раздражение было вполне объяснимо. Шина, без сомнения, любила Джонни и поэтому сердилась, когда на горизонте появлялась возможная соперница. Она почувствовала бы себя гораздо счастливее, если б могла осознать, что ее кузен точно так же отнесся бы к любому, кто попал в беду и нуждается в его помощи.

Кроме того, я не представляла для нее никакой опасности. Хотя мне Джонни очень нравился, он дал ясно понять, что я не принадлежу к тому типу женщин, который мог бы пробудить его эмоции.

У ворот раздался автомобильный гудок. Молодой человек поднялся.

— Ага, а вот и почтальон. Сейчас посмотрим, что там за новости. — Джонни посмотрел на меня, затем на Шину и вышел из комнаты.

Шина передала мне чашку кофе.

— Похоже, вы хорошо знаете Джонни, — заметила она, внимательно глядя на меня. — Странно, что он никогда не упоминал вашего имени раньше.

Я спросила у Шины, что именно ее кузен рассказывал ей обо мне. Но на самом деле меня это мало интересовало, и я почти не слушала объяснения собеседницы. Я с нетерпением ждала возвращения Джонни. Он должен был принести газеты, и из них я хоть что-то узнаю о смерти Эвана.

— Мы просто случайные знакомые, — вежливо уверяла я Шину. — Поэтому нет ничего удивительного в том, что он не упоминал обо мне. — Я с рассеянным видом снова помешала кофе.

— Вы познакомились в экспедиции? Вы тоже археолог? — продолжала расспрашивать кузина Джонни.

— Археолог? — переспросила я, стараясь сосредоточиться на нашем диалоге. Но напряжение, с которым я ожидала Джонни, мешало мне это сделать. К тому же он задерживался, и я начинала волноваться еще сильнее. — Что вы, я вовсе не археолог. Я работаю журналистом.

— Журналистом! — В тоне Шины проскользнуло пренебрежение. — У Джонни совершенно нет времени для женщин-журналисток. Он считает их назойливыми сплетницами! — Она поднесла чашку кофе к губам и сделала глоток, но ее глаза при этом по-прежнему пристально наблюдали за мной. — Когда-то давно он был помолвлен с одной из них, но тогда я еще не общалась с ним так близко.

Если это и не являлось предупреждением «руки прочь от Джонни», то очень сильно напоминало его!

— Я хорошо знаю мнение Джонни о моих коллегах, — уверила я Шину. — Он сразу же мне об этом сказал. И, думаю, если бы не несчастный случай, вряд ли бы он стал со мной общаться.

— Прошлым вечером вы не собирались встречаться с Джонни? — с подозрением спросила девушка.

— Я даже не знала, что он здесь живет, — честно призналась я и очень обрадовалась, когда предмет нашего диалога наконец вошел в комнату, чем и прекратил эту не совсем приятную дискуссию.

Я с нетерпением посмотрела на него, но в руках у Джонни оказались только письма.

— Почтальон рассказал мне о том, что сегодня ночью наделал ураган, — объяснил молодой человек свою задержку. — Дорога отсюда до Перта заблокирована в нескольких местах упавшими деревьями.

Он быстро проглядел почту.

— Похоже, сегодня будет много работы, Шина, — сказал Джонни, и его слова удивили меня. — Может, ты займешься всем этим сама? А статьи мы пока отложим.

Потом повернулся ко мне и объяснил:

— Я не говорил тебе, Дина, но Шина не только моя кузина, она также работает моим секретарем, и вообще она — моя правая рука. Шина принимала участие в моих двух последних экспедициях, и если она только захочет, то станет отличным археологом.

Девушка победоносно взглянула на меня.

— Нам просто необходимо заняться сегодня статьями, Джонни, дорогой, — официальным тоном проговорила она. — Там еще много работы, а кроме того, нам надо продолжить подготовку к нашей поездке в Северную Африку в сентябре. — Она забрала у него письма.

— Мы продолжим со статьями, когда я вернусь из Глазго! — Тембр его голоса сделался еще ниже, и заметнее стал шотландский акцент.

— Глазго? — чуть не задохнулась Шина. — Когда ты собираешься в Глазго? Ты ничего раньше не говорил о поездке в Глазго!

— Я только сейчас принял такое решение, Шина. Когда ты делала кофе, Дина решила немедленно вернуться домой. Но ведь очевидно, что с такой распухшей лодыжкой нельзя вести автомобиль, поэтому я намереваюсь отвезти Дину в Глазго в своей машине.

— О! — одновременно воскликнули Шина и я.

— Да, Шина, дорогая, — Джонни как будто не замечал нашего удивления, — ты постарайся выполнить одна как можно больше работы, а Дина, — он как-то очень странно на меня посмотрел, — упакует свои вещи, пока я подгоню машину к крыльцу.

— Ты можешь довезти меня только до Перта, а там я сяду на поезд, — предложила я.

— Я довезу тебя до дома, — резко сказал Джонни. — Кроме того, у меня в Глазго есть кое-какие дела.

— Почтальон говорил, что дорога до Перта заблокирована, — вставила Шина.

— Но можно добраться по окружной дороге. Мы так и сделаем, — возразил Джонни. — Если ты в чем-то будешь сомневаться, Шина, оставь это до моего возвращения.

— А ты сегодня приедешь? — спросила она.

— Надеюсь, что да. Дина, допей сначала кофе, а потом соберешься. Я сейчас принесу вниз твои чемоданы.

Я видела, что Шине не очень-то понравилась затея Джонни. Она положила письма на стол и стала нетерпеливо барабанить пальцами по спинке стула. Потом открыла рот, чтобы сказать что-то, но передумала и принялась быстро просматривать письма.

Я поставила чашку на поднос и отнесла все это на кухню. Там, напротив старой плиты, были разложены мои вещи, которые, по всей видимости, уже высохли. Но тем не менее надеть их я не могла, так как куртка, свитер и брюки затвердели от грязи, и в некоторых местах на них оказались бурые пятна — запекшаяся кровь.

Взглянув с отвращением на одежду, я взяла старую газету, лежавшую в стопке на плите, и завернула в нее вещи.

Затем посмотрела в окно и увидела, что машина уже ждет меня около дома. Захватив сверток, я вышла на улицу и положила его в багажник. Потом снова вернулась в гостиную и забрала свою сумочку. В это время Джонни спустился со второго этажа, неся чемоданы и верблюжье пальто.

Он поставил чемоданы на пол и помог мне надеть пальто. Я попрощалась с Шиной и направилась к машине. Джонни задержался на несколько минут в доме. Затем, садясь за руль, он протянул мне утренние газеты.

— Лучше будет, если ты сначала на это посмотришь! — проговорил он и завел мотор. — Я рад, что Шина не видела этого, а иначе она могла бы по-своему все истолковать!