Найди меня - Лора Эллиот

– Ну чего вы там застряли, как две глупые, любопытные вороны! – послышался из хижины скрипучий старческий голос. – Заходите, раз уж пришли!

У Мелин по позвоночнику пробежал холодок. Она вцепилась в плечо Ананда. Голос – непонятно, женский или мужской, – проговорил эту не слишком приветливую фразу на чистом британском английском языке, и хотя его хозяина или хозяйки видно не было, у Мелин внезапно пропало всякое желание удовлетворить свое любопытство.

Она испуганно заглянула в глаза Ананда и тут же почувствовала на плече его руку. Он был абсолютно спокоен и, прижимая ее к себе, казалось, пытался молча заверить ее, что бояться нечего. И все же Мелин чувствовала странную тревогу: откуда человеку в хижине известно о том, что они здесь?

Из хижины внезапно вывалил клуб черного дыма, а за ним послышался раскатистый кашель.

– Вы что там, остолбенели, что ли? Сколько можно вас ждать? Думаете, у меня много времени? – снова проскрежетал голос из хижины. – Уж конечно… вечность…

Послышался хриплый смех, и еще один клуб дыма, только теперь абсолютно белого, вывалил из дверей хижины

Ананд легонько потряс Мелин за плечо.

– Пойдем, нас ждут.

– Не уверена, что горю желанием, – ответила она.

– Пойдем, доверься мне. Если нам сказали, что нас ждут, то это неспроста. Нам предстоит интересная встреча. Уверяю, ты не пожалеешь.

– Мне страшно, – тихо призналась она.

– Отчего? Ты ведь еще даже не увидела то, чего боишься?

– Этот голос… – Она вздрогнула. – От него мурашки бегут по коже.

– Пойдем. – Он взял ее за руку и решительно зашагал к хижине, таща ее за собой.

Как только они приблизились, из хижины, прямо им в лица, вывалил очередной клуб дыма. Он был оранжевого цвета, с едким запахом. Они закашлялись, на глазах выступили слезы.

– С таким гостеприимством мне еще не приходилось сталкиваться, – пробурчала Мелин, растирая слезящиеся глаза кулачком.

Из хижины послышался раскатистый хохоток.

– И кого-то это очень забавляет, – обиженно добавила Мелин.

Пригнувшись, следом за Анандом она вошла в хижину. Дым быстро рассеялся, и у маленького квадратного глиняного очага посреди хижины появилась фигурка старухи, которая, не отрывая глаз от огня, жестом показала им, чтобы они сели. Ананд взял Мелин за руку и потянул вниз, заставив опуститься на соломенную циновку. Оба уставились на старуху, которая продолжала смотреть на огонь.

Старуха сидела на корточках, широко расставив колени, и казалась скелетом, обтянутым кожей. На ней был черный балахон, с морщинистой длинной шеи до самого пола свисало ожерелье из костей. Длинные черные нечесаные волосы, пересыпанные сединой, клубились по плечам. Освещенное огнем лицо с глубокими бороздами морщин было спокойным и, похоже, когда-то очень красивым: с ровным носом и большими черными глазами, которые блестели и были удивительно живыми.

Мелин опасливо оглядела хижину и содрогнулась, увидев развешанные по стенам человеческие черепа.

– Пойдем отсюда, Ананд, – испуганно прошептала она ему на ухо. – Эта старуха – ведьма.

– Не бойся, Мелин, она не ведьма, она йогини, – ответил он, склонившись к ее уху. – И она хочет нам что-то сказать.

– Но ведь она совсем не знает нас? – удивилась Мелин.

– Она знает о нас больше, чем мы сами о себе знаем. Поверь мне. Мы не зря сегодня забрели сюда. Не бойся ее, а лучше наберись терпения. Посмотрим, что она нам скажет.

– А эти черепа? И кости у нее на шее? – продолжала, испуганно поведя глазами, Мелин.

– Я потом объясню тебе, – ответил Ананд. – Успокойся, она ничего дурного нам не сделает. Наоборот, может помочь в чем-то…

– В чем? – не унималась заинтригованная Мелин.

Старуха, казалось, была абсолютно безучастна к ним и к их разговорам. Продолжая сосредоточенно смотреть на огонь, она взяла с серебряного блюда, стоявшего рядом с очагом, горсть каких-то корешков и трав и бросила в огонь. В очаге послышался веселый треск, и по хижине распространился приятный сладкий аромат. Мелин с наслаждением вдохнула и вдруг почувствовала, как по ее лицу растекается блаженная улыбка.

– Ах! – невольно воскликнула она. – Этот аромат! Напоминает запах сада. Очень знакомого. Только не помню, какого…

От наслаждения она прикрыла глаза. Старуха что-то забормотала на непонятном ей языке, и по хижине разлилась новая волна ароматов. Погружаясь в приятное забытье, Мелин невольно прислонилась плечом к Ананду и вдруг почувствовала, как по ее телу заструились волнующие ручейки. Ее сердце затопила любовь. На языке вертелось имя: очень знакомое, любимое, родное, которое она никак не могла вспомнить, но ей хотелось говорить, кричать, шептать, бормотать о любви, повторяя это имя.