Лентa любви - Анастасия Кузьмина

Томас смотрел на Хайдена со злобной усмешкой, уверенно зная, что он ничего не сможет сделать. Но не тут-то было. Хайден с резкой неожиданностью так врезал Саферсону в морду, что тот отключился и, соответственно, упал. Ко мне уже на то время пошла какая-то девушка и помогла встать. Когда я увидела это зрелище, внутри что-то дернулось. Первый раз я вижу своими глазами удар в лицо. Я мысленно гордилась своим лучшим другом. Люди вокруг начали ахать. К Саферсону сразу подбежали его дружки, чтобы помочь встать, и тихо отстранялись от Хайдена. По их глазам было видно, что они боятся. Не только они, но и все вокруг испугались свирепого взгляда и поступка Хайдена.

– Идем, тебе надо в больницу.

Я была в легком шоке и сначала не поняла, что Хайден говорит со мной.

– Гризл, твоя рука…она, похоже, сломана. Пошли!

Он был прав, рука так сильно сводила ужасной болью, что мне было не по себе от этого. Я несколько раз кивнула, еще не совсем отойдя от шока.

Сомнения подтвердились, когда в больнице рентген показал перелом руки. Хайден был неразговорчив, и я понимала, что он не мог уложить в голове происходящее. Лицо его все также искажалось от боли, когда он смотрел на меня.

Отец был бешеный, когда узнал, что меня толкнул Томас Саферсон. Он уже хотел звонить его родителям и отчитать их сына по полной, но я не допустила этого. Ну уж нет. Я и так славюсь в школе, как беззащитная, невидимая и недалекая от мира, а тут еще жаловаться родителям на то, что меня толкнули? Нет, спасибо.

Мама была тоже в непонимании, что произошло, но держалась вполне спокойно и естественно. Я успокаивала их: «Подумаешь рука. Я жива и всё хорошо».

Хайден был также задумчив. Вечером я решила с ним поговорить, когда он находился у меня дома.

– Ты чего? Со мной все в порядке! – ободряющим голосом произнесла я.

– Нет, Гризл, не в порядке. Ты упала из-за меня. Ты сломала руку из-за меня! Я виноват в этом. Если бы в тот раз я придержал язык за зубами, то ничего бы и не произошло… – он сказал это с невыносимой злобой на себя.

– Хайден, прекрати! Ну причем тут ты? – начала настаивать я. – Ты единственной, кто по-настоящему смог сказать Клэр правду. Ты единственный, кто врезал в морду ее парню. Ты лучший!

– Это ничего не меняет. Популярность меня не волнует, а вот близкий человек, как ты, твое здоровье мне куда важнее.

– Но я… рядом! Рука скоро заживет, и через какое-то время мы забудем о том, что произошло. Хайден, знаешь, я не смотря ни на что, очень благодарна тебе. Без тебя не было бы тех событий, какие случились в школе, не было бы веселых уроков, обедов в столовой, поездок на велосипеде, разговоров в парке, по телефону, не было бы катка… Я думаю, ты догадываешься, как я до этого жила. А с тобой… я стала частью чего-то очень сильного, важного, понимаешь? Я не чувствую себя настолько одиноко, как прежде.

Хайден повернулся ко мне и посмотрел таким взглядом, что у меня перехватило дыхание. Именно в этот момент он тихо спросил:

– Можно я…просто тебя обниму?

Я заморгала от неожиданности.

– Да, конечно, – быстро проговорила я, и мы обнялись крепко и с такой искренностью, что вызвало во мне бурю неоднозначных чувств. Но они мне определенно нравились.