Страсти по Адели - Татьяна Тронина

– Да, как я не подумала… У меня накоплений особых нет, но квартира… Она должна принадлежать только Максу! Максим – это мой сын.

– Ну вот видите, как мы похоже мыслим! – обрадовался Роман. – Все эти вопросы мы должны решить до брака, чтобы потом не было никаких неожиданностей и случайностей.

– Отлично! – энергично кивнув, тряхнула своим хвостом Мусатова. – Но можно поступить проще и не заключать официальный брак. Жить в гражданском.

– Да, пожалуй. И вообще не будем торопиться, приглядимся друг к другу. Говорят, иногда люди не могут сойтись лишь на том основании, что один из них жаворонок, а другой – сова.

Мусатова слушала Романа с блестящими глазами и снова одобрительно кивнула. Потом достала кошелек, из него – фото ярко-рыжего юноши:

– Это Максим, мой сын. Никому его не показываю и в социальных сетях не выставляю…

– Ого! Вот он – настоящий рыжий, – засмеялся Роман. Он растрогался – понял, что сейчас ему оказывают доверие. – Замечательный сын. А у вас, Алиса Николаевна, только намек на рыжину… Знаете, мне кажется, вам бы очень пошел именно этот яркий оттенок… Ну, мне так кажется, – спохватившись, добавил он.

Мусатова, похоже, смутилась и пожала плечами.

Остаток вечера они болтали непринужденно, уже о каких-то отвлеченных вещах – кино, погоде…

Давно стемнело. Расставаясь около шести вечера, они встали рядом с кофейней.

– Созвонимся еще. Вас проводить, Алиса Николаевна?

– Нет-нет, ни к чему! – замахала руками та и исчезла за пеленой снегопада.

Роман вернулся к себе домой в странном, неопределенном состоянии. С одной стороны, все вроде бы складывалось более-менее удачно. Алиса, если можно так выразиться, подходила по многим параметрам. Но с другой стороны – это же все бред. Бред, бред, бред!

Зачем он это затеял… Всю жизнь жил один, и тут здрасте – точно петух ему куда клюнул. Приспичило! Старости и болезней испугался… Да до них, настоящих тяжких возрастных изменений, еще плыть и плыть по течению жизни!

Уснул Роман с твердым решением, что ни с кем связываться не станет. А среди ночи вдруг проснулся весь в поту, с колотящимся от ужаса сердцем. Он один! Темнота давила на него. В тишине отчетливо слышался бешеный стук сердца. Может быть, вызвать «Скорую»?

«Это просто паническая атака… – попытался Роман воззвать к своему разуму. – Ничего страшного не происходит!» Он лежал так без сна часа два, потом все же уснул.

Проснулся разбитый, вялый, работать не смог – просто валялся перед телевизором. Схватился за телефон:

– Алиса Николаевна? А давайте в кино сходим, что ли?

На заднем фоне что-то гудело и жужжало, раздавались чьи-то голоса. Мусатова явно находилась вне дома.

– Если только завтра, Роман Петрович. Я до двух работаю, а потом совершенно свободна.

– Ладно, завтра так завтра, – вздохнув, был вынужден согласиться Роман.

Они встретились в понедельник, снова около четырех, на площадке возле большого торгового центра, в котором располагался кинотеатр.

Мусатова оказалась на месте чуть раньше, она с задумчивым видом бродила в сиренево-синих сумерках вокруг большой елки, украшенной светящимися гирляндами и шарами.

– Извините, я опоздал…

– Ничего, это я пришла раньше. Хожу тут, любуюсь. У вас есть новогоднее настроение? – вдруг спросила она.

– Что? Да вроде… даже не думал! – засмеялся Роман и, глядя на счастливое востроносое личико Мусатовой – та, задрав голову, разглядывала елку, – почувствовал нечто похожее на радость. Или он этой женщине так обрадовался?..

Вошли в торговый центр сквозь крутящиеся двери. Мусатова откинула капюшон назад, и Роман ахнул. Ее волосы… Они были насыщенного медно-красного цвета!

Настоящие рыжие волосы.

– Я вас не узнаю… Вы ли это? – Роман, не владея собой, довольно бесцеремонно развернул женщину к себе.

– Это я. Сходила вчера в парикмахерскую. Сама не решилась, не умею… А там меня покрасили и укладку сделали. Не то? – с тревогой спросила она.

– То, очень даже то! – засмеялся он. – Вы словно услышали мои мысли. Я вот прямо такой и видел вас на самом деле…

Роман купил билеты заранее, по Интернету. Было довольно тепло. Он скинул с себя куртку, а Мусатова – свое колючее пальто. И оказалась в темно-зеленом узком платье. «Вот так красавица!» – мысленно ахнул Роман, молча прижав к себе ее пальто.

В темном кинозале тоже сидели молча, ни разу не повернувшись друг к другу. На широком экране мелькали кадры боевика – довольно проходной фильм… Не самый подходящий для совместного просмотра, но и не самый худший.

После сеанса Роман пригласил Алису в ближайшее кафе, вернее, ресторанчик с японской кухней – он находился рядом, на той же линии торгового центра.

Первые несколько минут они сидели притихшие, лишь перебрасывались короткими фразами – что заказать. На Мусатову поглядывали другие посетители, и она это чувствовала, явно смущаясь. Пусть она и не превратилась в красавицу, но с новым цветом волос стала очень яркой, эффектной женщиной.

– Вам не по себе, да? – спросил Роман.

– Да, – быстро, даже не раздумывая, ответила она. – Как будто я не я. Что я делаю – с собой, со своей жизнью?

– Пока ничего плохого. Вы были такой веселой в первые минуты нашей встречи сегодня… А сейчас потухли.

– Мне кажется, я слишком тороплюсь и слишком стараюсь, а это неправильно, – неожиданно строго, «медицинским» голосом произнесла она.

– Ерунда какая. Наоборот, я очень оценил ваше отношение ко мне, к нашим планам… Я вас понял – вы боитесь быть красивой, боитесь быть в центре внимания.

– Да, все так.

– Но это же неправильно, – с раздражением произнес Роман. – И потом, вы сейчас не с окружающими, а со мной. Меня все в вас устраивает, я всем доволен. Вы, оказывается, ко всем своим прочим достоинствам еще и очень эффектная женщина, о таком я даже мечтать не мог, особо не загадывал в поисках своей будущей половинки. И если кто и должен сейчас трепетать и бояться, то это я. Я боюсь.

– Боитесь? Меня? – Мусатова широко отрыла глаза.

– Не вас. А того, что я вам не понравлюсь. Скажите мне теперь, что я должен сделать, чтобы соответствовать вашим ожиданиям, Алиса Николаевна?

Она замолчала, задумалась. Долго смотрела на Романа. Потом изрекла:

– Не знаю. Ничего в голову не приходит, – и вдруг засмеялась. – А расскажите немного о себе, Роман Петрович. Что за профессия у вас такая интересная?

– А давайте для начала перейдем на «ты»? И по имени…

– Давайте, – легко согласилась Мусатова, и тут же, словно желая обновить это обращение, повторила свой вопрос: – Роман, расскажи о себе.