Ключ любви - Барбара Картленд

Тони Линвуд, новый друг графа, не отходил от нее.

Прошлой ночью, когда Изабелла танцевала под щелканье кастаньет, граф заметил, что эта парочка ускользнула наверх раньше всех остальных.

— Прошу вас, Воган, пригласите меня на следующий праздник, который устроите! Пусть он будет таким же прекрасным, как этот!

— Я обещаю, что ваше имя будет стоять первым в списке приглашенных, — согласился граф.

Леди Дженет улыбнулась ему, и по выражению в ее глазах граф понял, что она надеется на нечто большее, чем уже случившееся.

Она была очень красива, и он довольно холодно прикинул, стоит ли ему заняться этой красотой.

В салон вошла маркиза.

Она была одета в ярко-розовое платье, удачно оттенявшее ее белоснежную кожу и темные волосы.

Еще в дверях она заметила, что леди Дженет повернулась к графу, а тот рассматривает ее откровенно собственническим взглядом.

В глазах Изабеллы загорелся огонь, ничуть не похожий на тот, который пылал в них весь день.

Она подошла к чайному столику, положила свою руку на локоть графа и осведомилась:

— Я ведь не слишком задержалась, Воган, но надеюсь, вы по мне скучали?

Говоря так, она бросила в сторону леди Дженет взгляд, испепеливший бы любую менее искушенную в женских колкостях особу.

— О, разумеется, он скучал, — елейным голоском подтвердила леди Дженет. — Однако позвольте мне посоветовать вашей светлости не оставлять без присмотра ничего ценного, потому что его могут украсть.

— Тот, кто украдет у меня что-нибудь, пожалеет об этом, — ответила маркиза с неприкрытой угрозой в голосе.

Перепалка женщин очень напомнила графу бой двух тигриц.

Он уже начал придумывать способ развести их, потому что вид ссорящихся из-за него женщин наводил на него скуку, когда дверь внезапно открылась.

Дворецкий объявил:

— Его светлость маркиз Жуан Алькала, милорд!

Потрясенный этими словами граф застыл на месте, а Изабелла, казалось, превратилась в камень.

Посол, еще не снявший дорожной одежды и мягкого плаща, летевшего за ним подобно черным крыльям, вошел в салон.

Изабелла издала крик, эхом отдавшийся по комнате, и подбежала к мужу.

Гости увидели, как она бросилась к нему в объятия, несколько несвязно говоря:

— Ты здесь! Какой сюрприз! Но как же ты узнал, где меня искать?

— Когда я неожиданно вернулся в Лондон, — ответил посол, — я понял, что если ты уехала за город, Изабелла, то, несомненно, хотела бы, чтобы с тобой был я.

Что-то в его тоне показалось присутствующим зловещим.

Джентльмены, осознав, что происходит нечто неподобающее, последовали за графом.

Тот подошел к послу с протянутой рукой и произнес:

— Как мне приятно видеть вас! Я был невероятно разочарован, когда узнал, что вы уехали в Испанию и не смогли присоединиться к нам. Теперь же я рад сказать вам «добро пожаловать». Кстати, мы все еще не решили, когда вернемся в Лондон.

Посол не ответил, и присутствующим стало ясно, что особым умом он не отличается.

К облегчению остальных гостей, он заявил, что хотел бы отдохнуть после путешествия, и удалился наверх, взяв с собой жену.

— Вот это сюрприз! — сказал графу один из друзей, когда маркиз уже не мог их слышать. — Как по-вашему, у него и в самом деле была причина вернуться раньше?

— Почему вы в этом сомневаетесь? — несколько сухо спросил граф.

С этими словами он отошел в сторону, и его друг заговорил с Тони:

— Если вам интересно мое мнение, то мы можем нарваться на неприятности. Этим иностранцам нельзя доверять — а тем более испанцам, которые чертовски пекутся о своей чести!

Тони, пытавшийся не показать собственных переживаний, пробормотал нечто, означавшее согласие.

Однако позже, поднимаясь наверх, чтобы переодеться к ужину, он вспомнил, что ни маркиза, ни ее муж так и не вернулись в салон.

Из-за прибытия посла гостей оказалось нечетное число.

Как самого молодого и наименее важного из приглашенных Тони усадили рядом с мужчиной, а не с женщиной.

По другую руку его соседа сидела леди Дженет.

Хотя ужин и был ничуть не хуже предыдущего, а вино оказалось просто великолепным, Тони все же заметил, что праздник потускнел.

Он был уверен, что виной тому приезд посла.

Жуан Алькала вел милый разговор с двумя своими соседками.

Казалось, от него исходила некая аура, заставлявшая остальных гостей терзаться дурными предчувствиями.

Беспечный смех стих. Не хватало и остроумных шуточек, которыми обычно перебрасывались за карточными столами.

За столом то и дело воцарялось молчание.

В эти моменты голос маркизы казался ненатурально громким и пронзительным — она пыталась убедить своего мужа в том, что очень рада его видеть.

По непроницаемому лицу испанца трудно было угадать его мысли.

Крупные, породистые черты лица говорили о древнем роде, которым он невероятно гордился.

Речь посла была весьма высокопарной — этому специально обучали дипломатов.

Однако Тони чувствовал в нем некую двусмысленность, которая тяготила окружающих.

Тони совсем не хотелось играть, и он пригласил леди Дженет, с которой не расставался со дня приезда, посидеть с ним в салоне.

Опустившись на диван, скрытый цветами и зеленью, леди спросила:

— Что случилось? Чем вы так расстроены?

— Ничего особенного, — покривил душой Тони. — Просто мне показалось, что сегодня все какие-то хмурые.

— Вас это удивляет? — улыбнулась леди Дженет. — Наш хозяин мог поздравить себя с тем, что весьма умно умыкнул прекрасную Изабеллу из Лондона, пока она оставалась без мужа. Но тут — вот сюрприз! — муж по какой-то причине появился именно тогда, когда его меньше всего ожидали!

— Как вы думаете, что он сделает? — спросил Тони. — Он же не может вызвать графа на дуэль, разве что найдет для этого причину.

— Если захочет, то найдет, — был загадочный ответ.

Тони с тревогой посмотрел в другой конец комнаты, но игравший в карты граф, похоже, был спокоен.

Затем, словно услышав разговор о себе, к Тони и леди Грейсон подошел посол.

— Какой красивый дом! — обратился он к леди Дженет. — Вы уже бывали здесь прежде?

— Нет, ваша светлость, — ответила она. — Так получилось, что даже наш хозяин попал сюда впервые, потому что унаследовал его совсем недавно.

— Ему повезло, — произнес посол.