Запретный плод - Вера и Марина Воробей

– Я свой долг выполнила, – ответила Туся. – Ядва раза ее предупреждала о том, что она с ним не одного поля ягоды. Но ты ведьзнаешь, как она отнеслась к моим словам.

Лиза вздохнула:

– Мне кажется, что она теперь сама это поняла,но признаться не хочет – гордая слишком.

– Не гордая, а самолюбивая, – нравоучительноизрекла Туся, – а гордость и самолюбие разные вещи. Мне, например, еенисколечко не жалко.

– А мне жалко, – ответила Лиза задумчиво.

Света в это время брела по улице, не замечаямногочисленных луж и не обращая внимания на бушевание ранней весны. У нее насердце стояла поздняя осень. Вокруг не было ни одного человека, с которым онамогла бы поделиться своими печалями. А их, печалей, в последнее времянакопилась целая куча.

Во-первых, Сергей теперь звонил ей очень редко– не больше одного раза в неделю. Теперь их встречи стали какими-тоскомканными. После того злополучного похода в кино Сергей перестал водить ее покафе и барам, а сразу отправлялся к себе домой. Наверное, Сергей считал, что большене должен придавать их свиданиям романтической окраски. Исчезли свечи, незвучала музыка, он перестал дарить Свете подарки. Но самым пугающим было дажене это. В последнее время Сергей почти не разговаривал с ней. То есть, конечно,он отвечал на ее вопросы, спрашивал, как у нее дела, но чувствовалось, что этоделается для проформы, а совсем не от души .

Света с тоской вспоминала, что когда-то Сергеймог подолгу рассказывать ей случаи из своей жизни, высказывать свое мнение омузыке, машинах и фильмах. Теперь же этого не было. Сергей вел себя. как-тоторопливо, деловито, часто допускал бестактности и сам не замечал, что то идело обижает Свету. А если она решал ась высказать ему свое недовольство, то онстановился раздраженным и повторял ей, что она должна принимать его таким,какой он есть. И Света умолкала.

Ни Аня Малышева, ни Ваня Волков ни разу ненапомнили ей о происшедшем в кинотеатре. Но Света нередко ловила на себе ихсочувствующие взгляды, и это выводило ее из себя. Еще не хватало чтобы какая-то Малышева жалела ее, Свету Красовскую! И Света изо всех сил стараласьдержаться высокомерно, не позволяя Ане заговорить с собой.

Вдобавок ко всему перед каникулами Света сталаневажно себя чувствовать. Мама как -то сказала за завтраком: «Что-то ты у менякакая-то бледненькая стала, авитаминоз, наверное. Тебе нужно лучше· питаться».Но у Светы совсем не было аппетита. Улучив момент, когда мама выходила изкухни, Света поспешно выбрасывала все из тарелки в мусор. Она знала, что, еслипросто откажется от еды, мама не даст ей покоя. Поэтому приходилось идти натакой шаг. Заметив, что Света не стала выглядеть лучше, мама начала пичкать еевитаминами.

– Нужно зайти в поликлинику, сдать кровь. Мнекажется, у тебя понизился гемоглобин, – тревожно сказала мама.

Но Света все отнекивалась.

– Просто я переутомилась, все-таки самаядлинная четверть была. К тому же я скучаю по папе.

По маминому лицу пробежала тень.

– Он скоро приедет, – сказала она, утешая идочь, и себя.

– Я знаю, – ответила Света, – вот тогда исамочувствие у меня станет лучше.

Подходя к своему дому, Света почувствовалалегкое головокружение.

«Наверное, у меня и вправду авитаминоз», –подумала она.

Ей вдруг расхотелось подниматься к себе домой.

Мама увидит, какая она подавленная, и сновазаставит глотать витамины, а они ей совсем не помогают. У подъезда стоялилавочки. За зиму краска на них немного облупилась, но это не мешало старушкамсидеть на них каждый день, греясь на солнышке. Как ни странно, в этот часскамейки оказались свободными, и Света присела На одну из них, погрузившись всвои невеселые мысли. Она не сразу услышала, как кто-то окликает ее по имени.

– Света! – громко сказал кто-то над самым ееухом.

Она подняла глаза и увидела свою соседку,Веронику, живущую этажом выше.

– Что это ты такая рассеянная, не замечаешьникого? – спросила Вероника.

Это была семнадцатилетняя девица с вечносальными волосами, прыщавая и сутулая. Света никогда с ней не общалась, толькоздоровалась, если встречалась в лифте. Она знала, что Вероника, несмотря насвою молодость, ничем не отличается от бабушек, собирающих всевозможныесплетни. А Свету совершенно не интересовало, кто и за кого собирается выходитьзамуж или кто с кем разводится. Она захотела встать и немедленно уйти, ноВероника оживленно затараторила:

– Слышала новость? – Света покачала головой.

– Лешка Голубев из пятьдесят восьмой СПИДомзаразился.

– Надо говорить ВИЧ-инфекцией... – машинальнопоправила соседку Света и только потом вникла в смысл ее слов. – Как, уГолубева СПИД?

– Вот-вот, – закивала сальной головойВероника, – мне теть Вера сказала.

Света неплохо знала Лешу Голубева из пятьдесятвосьмой квартиры. Это был парень лет восемнадцати – он в прошлом, году закончилшколу. Его отец тоже был военным. Про него говорили, что он связался с плохойкомпанией. На взгляд Светы, это была очень романтическая история. Голубевувлекся какой-то девчонкой не слишком приличного поведения и пошел наперекорсвоим родителям, которые запрещали ему эти отношения. И вот чем всезакончилось.

Света хорошо помнила, что Леша помогал еесемье перетаскивать вещи, когда они въезжали в этот дом. А когда папа предложилему денег, наотрез отказался. Они всегда здоровались с Голубевым как старыезнакомые. В голове не укладывалось, что с этим добродушным парнем моглапроизойти такая беда.

– Вот так вот, – продолжала Вероника. – Вовсех газетах пишут, на каждом щите вывешивают: «ПРЕДОХРАНЯЙТЕСЬ!!!», а этимдуракам – дела никакого нет. А теперь вот будет гнить на больничной койке... —Света не слушала дальше. Страшная мысль пронзила ее, заставив покрытьсяхолодным потом: Сергей никогда не предохранялся. В самом начале Света намекалаему об этом, но Сергей удивленно спросил:

– А ты что, разве не девственница? Светаответила утвердительно.

– Ну тогда нам нечего бояться. Я всегда оченьосторожно выбираю себе партнерш, так что со мной можешь быть совершенноспокойна.

Света поверила ему и успокоилась. Впрочем, такбыло всегда.

И вот теперь, после рассказа Вероники о беде,приключившейся с соседом, Света впала в самую настоящую панику. «Так вот почемуя плохо себя чувствую!» – с ужасом подумала Света.

Она медленно встала со скамьи и, не обращаявнимания на окликавшую ее Веронику, как загипнотизированная направилась ксвоему подъезду. Соседка покрутила у виска пальцем и пошла искать себе другихслушателей.

Придя домой, Света в изнеможении рухнула накровать. Хорошо, что мамы не оказалось дома. Но по мере того, как шло время,Светины мысли постепенно приходили в порядок. Через полчаса она уже почтисмеялась над своими предположениями.