Я люблю! - Анна Летняя

— Приведите лорда Элерта, мы объявим наше решение, — поспешил громко подвести итог король Вильф, решив пользоваться случаем и слушать малышку, возомнившую себя взрослой и самостоятельной.

Стоит потом натравить на него Грольдона, чтобы пообщаться о сумме полагающихся ей компенсаций. Пусть поторгуется ради той, кто ему нравится, пока она сама себя не пустила по миру.

В кабинет вошел немолодой мужчина с посеребренными висками. Я бы ему дала лет так триста, а может, и больше. Та же королева выглядела намного моложе своего друга детства. Если вспомнить всю прозвучавшую здесь сегодня трагическую судьбу Элерта, то становится понятно, почему он смог перебороть привязку к любимой жене и переключиться на детей. Ему помог опыт прожитых лет и неблагоприятная атмосфера в доме, сложившаяся явно не в один момент.

Он остался стоять на середине кабинета, со скованными перед собой руками и спокойным взглядом. Два стража остались рядом, явно для нашей защиты.

— Как твой король, я готов озвучить решение, принятое совместно с Его Высочеством Грольдоном и бывшей принцессой Кристаль. Рассмотрев необычную ситуацию, мы постановили. Ты обязан отринуть имя рода, разорвав в храме узы брака и родства со всеми ныне живущими и уже почившими Сертас. Принести покаяние в храме в присутствии не менее сотни свидетелей о том, что происходило в твоем бывшем доме и о чем ты молчал ранее. Только после этого тебе позволят причислить всех невиновных детей к своей семье и отпустят в твой дом. Все земли, на которых творилось беззаконие, возвращаются короне. Все права на трон дети твоей покойной супруги утратили навечно, но никто им не запрещает служить короне, поднимаясь с низов, как и положено титулу твоего родного отца маркиза. Ты понял меня, Элерт?

— Да Ваше Величество. Благодарю вас, — опустившись на одно колено, мужчина склонил голову.

— Не стоит. Ты еще не понимаешь, как непросто тебе будет теперь жить. Сколько недовольства на тебя и детей выльют окружающие. Еще станешь роптать на меня, что не позволил сбежать. Но я не хочу, чтобы о моих кровных родственниках говорили, как о трусах. Поэтому уезжать тебе или детям из этой страны я запрещаю на два поколения. На этом все. Остальные подробности ты узнаешь у моих советников. Советую следовать их правде, и от себя ничего не добавлять. Помни, что отныне ты последний, кто может позаботиться о твоих детях.

Покинув кабинет, еще несколько часов я размышляла, спас ли Вильф своего родственника или покарал подобным приказом. Тяжело жить там, где на них будут коситься, но и оказаться изгоями не просто. Возможно, в другой стране было бы проще начать все сначала. Хотя… Та же королева станет тревожиться, если друг детства уедет. Думал ли Вильф о ней? Повлияла ли на его решение любовь, как на наше — грустная история?

Впрочем, не важно. Мы и так остаемся в выигрышном положении, как не посмотри. Грольдон увозит с собой понравившуюся девушку, а вместе с ней благодарность короля и королевы целой страны. Может быть, позже это поможет и нашей стране. Выживем — узнаем.

Глава 33

Благодаря расписанию мероприятий, я знала куда и когда мы отправимся. Конечно, отклонения от графика случались, но были всегда в пределах допустимых рамок. Мы не срывались с места, пока не сообщали следующей стране, что готовы выехать к ним. Далее следовал положительный ответ с той стороны, и только после этого мы принимались складывать свои вещи. Примерно рассчитав, когда произойдет отправление дальше, я написала письмо бабушке. Хотелось, наконец, познакомиться с маминой мамой лично.

При том, что у нас огромная семья, общалась я, хорошо, если с половиной родственников. Да и то лишь с теми, что проживали в нашей стране. Бабушка Равиана была исключением из этого списка. Конечно, родители, а вместе с ними и я, получали письма на праздники и дни имени от многих родственников, если не от всех. Но, по существу, подобное было лишь знаком внимания, как и те письма и подарки, что мы отсылали родным в ответ.

Я знала, где живут несколько из моих двоюродных родичей. В тех странах, в которых я уже успела побывать, мы с мужьями встречались с ними на балу, и даже пару раз посещали их дома. Обменивались подарками и новостями. Однако, общение шло не очень гладко. Со скрипом, как и бывает, если вы далеки друг от друга, словно случайные знакомые. И поэтому, я была рада, наконец, увидеться лично с бабушкой, которой всегда могла написать письмо, полное своих настоящих переживаний. Знала, что мудрая женщина ответит на них не просто парой отстраненных фраз, а поделится дельным советом, исходя из своего жизненного опыта.

Как только она сообщила, что уже приготовила нам с мужьями и Кристаль комнаты в ее доме, первым делом я оповестила Грольдона. Не хотела недопонимания друга, почувствовавшего себя обиженным и брошенным сироткой.

— Мы разместимся в доме моей родни, а ты езжай во дворец. Хочу отдохнуть в теплом семейном кругу, а не приспосабливаться к очередному высшему свету.

— Ты меня бросаешь? — неожиданно удивленно спросил друг.

Дела мы закончили, и он сидел в отведенном ему кабинете, лениво покачиваясь на стуле. Считай, прятался под благовидным предлогом от местных леди.

— Можно сказать и так, — я безразлично пожала плечами, решив не реагировать на его обиженное лицо.

И не такое возмущение в его исполнении видела. Я устроилась на стуле напротив него, приняв расслабленную позу.

— Но с делами-то вы помогать будете? — насупился Грольдон, решив на этот раз не паясничать. Или, может, он преследовал иные, пока не озвученные темы. — Договора сами себя не подпишут, а без них мы не уедем. Тебя-то подобное устроит, а вот остальных из нашей делегации — нет.

— Вот только не нужно мне говорить про то, что кроме нашей семьи никто вообще не работает с тобой. Ты просто вредничаешь, как маленький, и не можешь позволить отдыхать нам, пока сам обязан трудиться. Но разве мы не заслужили немного покоя в кругу моей семьи? По крайней мере, Зефт в этот раз мотался, как заведенный, по всей стране со стражами, что были задействованы в расследовании.

— Хорошо. Если ваша помощь не потребуется, я не стану вас тревожить на этот раз. Но и вы будете столь любезны,