Миля над землей - Лиз Томфорд

Элла забирается отцу на спину, чтобы помахать толпе внизу. Линдси фотографирует все это, а я поднимаю тридцатикилограммовую Рози, чтобы показать свою девочку фанатам.

Мой папа присоединяется к нам, обнимая меня за плечи, но он не смотрит вниз на фанатов под нами. Краем глаза я вижу, что его взгляд сосредоточен на мне, в его серых глазах светится гордость. Не могу представить, чтобы он это пропустил. Если бы я не был таким слепым и упрямым последние двенадцать лет, когда мы пропустили так много времени вместе.

Мне хочется думать, что я живу без сожалений, потому что все происходит по какой-то причине. Двенадцать лет напряженных отношений с отцом научили меня ценить его любовь и поддержку гораздо больше, чем я мог себе представить. То, что я позволил матери вызывать у меня панику и гнев, сделало свободу от нее еще более раскрепощающей. То, как угнетал меня Рич в роли моего агента, сделало его увольнение еще более оправданным.

Но я сожалею о разрыве со Стиви. Конечно, я высказал все в лицо своей матери, уволил Рича и помирился с отцом, но я оттолкнул первого человека, который по-настоящему меня полюбил, и это стало самой большой ошибкой в моей жизни.

Я продолжаю махать, нацепив на лицо самую широкую улыбку знаменитости, пытаясь сосредоточиться и жить настоящим моментом, но как только автобус сворачивает за угол на соседнюю улицу, Рози начинает теребить меня за ногу, требуя моего внимания.

Парад движется всего со скоростью пару миль в час, но я не понимаю, где мы находимся. Бесконечное море фанатов в черно-красной одежде отвлекло меня от нашего местоположения. Мы находимся недалеко от моей квартиры, но, что более важно, мы в нескольких зданиях от приюта «Пожилые собаки Чикаго».

– Стоп.

Все взгляды поворачиваются ко мне, совершенно сбитые с толку.

– Стоп. Остановите машину!

– Зи, ты в порядке? – в замешательстве спрашивает Мэддисон, но я проскакиваю мимо него в переднюю часть автобуса.

Мне нужно ее увидеть.

– Остановите машину! – отчаянно и настойчиво кричу я водителю, но он меня не слышит.

Возбужденная толпа заглушает мою просьбу, но Логан замечает происходящее и мчится вниз по внутренней лестнице, заставляя автобус быстро остановиться.

Рози тоже на полной скорости спускается по ступенькам, и я следую за ней. Позади меня раздается бесконечный визг автобусных тормозов, шествие полностью встает, но мне все равно. Все остальные могут подождать.

Логан стоит внизу, на ее лице понимающая и гордая улыбка.

– Иди и приведи ее, – подбадривает она, сжимая мое плечо.

Толпа волнуется, заметив, что я выхожу из автобуса, но я отчаянно пробираюсь сквозь толпу фанатов, направляясь к небольшому обветшалому зданию.

Они пытаются остановить меня, хотят сфотографироваться или получить автографы, но я продолжаю двигаться.

Мне нужно ее увидеть.

Пусть она не пришла на мою игру, и, возможно, она разочаровалась в нас, но ей нужно узнать, как сильно я ее люблю. Даже если она больше не чувствует того же, она заслуживает того, чтобы это узнать.

Множество операторов следят за мной, и я рад, что они это делают. После всего, через что я заставил пройти Стиви, самое меньшее, что я могу сделать, – это убедиться, что весь мир знает, как сильно я люблю эту девушку.

55. Стиви

Прошлой ночью я почти не спала. Прождав в коридоре Зандерса до двух часов ночи, я побрела обратно к себе, чтобы немного отдохнуть, но у меня было всего несколько часов до того, как мне нужно было вставать. Я хотела этим утром пораньше попасть в приют, чтобы проведать собак.

С шести утра фанаты толпились на тротуаре перед нашим маленьким захудалым приютом. Они такие громкие, а для многих собак крики, аплодисменты и ревущая музыка могут быть пугающими, особенно если они находятся в новом месте, а не в доме, к которому привыкли.

К счастью, на нашу группу взрослых собак внешний шум в основном не повлиял, но я все равно рада провести здесь день. Это хороший способ отвлечься от того факта, что я так и не смогла увидеть Зандерса.

Мы с Шерил не планировали сегодня заниматься делами. Просто зашли проведать собак. На тротуарах слишком людно, к тому же во всем городе перекрыто движение, празднуют победу парней.

Над дверью впервые за весь день звенит колокольчик, но когда я обхожу перегородку, чтобы поприветствовать вошедших, Рози врывается в свой старый дом, трется всем телом о мои голени и тихо поскуливает, требуя моего внимания.

Я не позволяла себе думать о том, как сильно я по ней скучаю, но теперь, когда она здесь, я не могу с этим справиться. Когда Зандерс расстался со мной, я потеряла не только его, но и ее тоже.

Я наклоняюсь, чтобы оказаться на одном уровне с Рози, почесываю ее за ушами и делюсь всей любовью, которую не могла ей дать последние несколько недель.

– Рози, что ты здесь делаешь? – риторически спрашиваю я. И тут меня осеняет.

Я поднимаю глаза и вижу его, стоящего в дверном проеме.

Глядя на него, но не веря, что он здесь, медленно встаю. Он, как всегда, красив: свежая светлая стрижка, золотые украшения и идеально сидящая одежда. Карие глаза впились в мои, глядят на меня с другого конца комнаты, и моя грудь трепещет от этого непреклонного взгляда.

Толпа снаружи неистовствует, уровень шума почти оглушает. Камеры местных новостных станций работают, парочке из них удается проскользнуть вслед за Зандерсом внутрь, но я не замечаю никого, кроме Зандерса.

Я не могу поверить, что он сейчас здесь.

Шерил выскальзывает мимо меня из комнаты, а я продолжаю бездумно почесывать голову сидящей рядом Рози.

Мы с Зандерсом замираем, слишком долго смотрим друг другу в глаза, между нами повисает тишина.

Я сглатываю:

– Ты следишь за мной?

По его телу пробегает легкий смешок.

– Стиви, детка, ты даже не представляешь, как внимательно.

Наши одинаковые улыбки снимают напряжение в комнате, но тут его брови беспокойно хмурятся, а глаза умоляюще смотрят в мои.

– Ты меня любишь?

Вопрос застает меня врасплох настолько, что я лишаюсь дара речи. Он знает, что я люблю его, но я не ожидала, что он спросит настолько прямо. Хотя это Зандерс. Я всегда должна ожидать прямоты.

– Потому что я люблю тебя, Стиви.

Что?

– Я всегда любил тебя. В то время я просто не знал, что это так. Я никогда никого не любил, и никто никогда не любил меня так, как ты. – Он делает паузу, чтобы глубоко вздохнуть. – Возможно, ты отказалась от меня, Ви, и если это так, я тебя не виню, но я не могу позволить этому закончиться, не сказав тебе, как сильно я, черт возьми, люблю тебя.

Это