Три сестры. Диана - Дина Сдобберг

— Пффф… Рано радуешься, — произнёс не оборачиваясь в ту сторону лорд Хьюго. — Вы мне оба должны по ящику вина двадцатилетней выдержки из карионского винограда. Интересно попробовать вино, с которым нас закладывали в один год.

— Так ещё не известно, Хюгге, сработало ли в отношении Мали, — вздохнул император выходя на свет. — Она девочка, а не участвовавший в десятках схем тайной стражи лорд. Ещё вечером я поздравлял её с совершеннолетием. Да у неё кроме танцев больше ничего в голове нет.

— Я ещё раз повторю, что такое ложное отношение к принцессе у вас старательно формировали по приказам вашей жены. Именно она пыталась сделать принцессу инфантильной, управляемой и безвольной. Поэтому и ограничивала круг знаний и интересов принцессы. Но я доподлинно знаю, что это бывшей императрице не удалось, — появился и второй голос, которым был лорд Николас. — Сын, поздравляю. Исключительно верный выбор, такие сокровища, как леди Анна в куче мусора не найдëшь.

— Это смотря как пинать, — ехидно посмотрела на уже мужа Анна.

— Я не знаю, на чëм основывается твоя уверенность, но буду рад проиграть этот спор. Я надеялся, что хотя бы возмущение от моего решения всколыхнëт Амалию, заставит начать решать и нести ответственность хотя бы за себя и свою судьбу! Но всё, чего я добился, это злое шипение и сердитые взгляды на Александра. И как я должен передать ей империю? — вздохнул сорр Илайс.

— А кстати, где сейчас принцесса Амалия? — спросил Александр. — В императорской часовне лорд Карл и леди Лидия.

— В своих покоях надо полагать. — Пожал плечами император. — В конце концов, у меня здесь руководство тайной службы в полном составе и имперский дознаватель! Вот и расскажите мне где и чем занята наследная принцесса империи?

— А пока ваша тайная служба и йерл Нудисл затрудняются ответить, могу я обратиться к вам с просьбой? — вдруг спросил Эжен.

— А что случилось? — удивился император.

— Да так вышло, что я тут вот всех поженил, а сам до сих пор хожу как последний идиот в ухажёрах. А в списке лиц, имеющих право свидетельствовать при обмене брачными клятвами первой строкой стоит император, — объяснил суть своей просьбы Эжен.

— Всех? Две пары это ещё не все. Или ты ещё кого-то поженил? — засмеялась Тося.

— Нас, — ответил ей… Мишка.

— Как поженил? Какие ещё брачные клятвы? — возмутилась я. — Ты же ещё ребёнок!

— Вот именно, мне до местного совершеннолетия ещё четыре года. А тут сейчас начнётся! И подумать, и подружка сказала, а что скажут, а я решила, и вообще вон тот калека танцевать приглашал. Нет уж! Вот как законная жена пусть и ждёт пока вырасту. Деваться-то теперь некуда, — заявил Мишка.

— Что-то память подводить стала, — задумчиво протянула леди Александра. — А по какой линии Пембруки в родстве с Весторанами?

— Нет такого родства, — засмеялся лорд Хьюго.

— Странно, почерк прямо хорошо узнаваемый. — Фыркнула ему в ответ жена.

Принцессу так и не нашли. С большим трудом выяснили, что она отплыла в неизведанные земли. Было предположение, что она решила заменить одного герцога на другого, Мардариана на Вепря. Но и в расположении ставки она не появилась. Принцесса вернулась три года спустя. Сошла с трапа корабля Эжена в сопровождении четырёх белоснежных беридианских кошек.

Может когда-то это и была девочка, которую интересовали только наряды и балы, но она мгновенно проявила себя как очень жёсткая правительница. Попытки оспорить её право на трон после трёх лет отсутствия на основании возможного неподобающего поведения и образа жизни захлебнулись сразу.

Её императорское высочество воспользовалась правом кронпринцессы и созвала большой имперский совет. Где и преподнесла первым лицам империи важнейшую информацию о главном сопернике империи не только в пограничных войнах и в спорах о влиянии в известной части мира, но и в пересечении интересов в освоении неизведанных земель. Кроме этого преподнесла на блюдечке знания о крупных месторождениях на уже давно завоёванных экспедиционным корпусом территориях.

— Лорд Александр, — подошла она к неизменно собирающейся рядом нашей компании на первом же балу, устроенным её отцом в честь её возвращения. — Помните, во время нашего последнего разговора, вы сказали, что жить возможно только ради своего сердца. А я вам ответила, что любовь это глупость и придумки юных леди, и что аристократ точно должен жить ради исполнения своего долга перед своим родом и короной?

— Я и сейчас готов повторить свои слова, принцесса, — чуть склонил голову Алекс.

— В этом нет необходимости. Признаю, я была не права. И благодарна вам, что вы тогда сделали правильный выбор и не дали мне совершить самую страшную ошибку в моей жизни, — ответила принцесса.

— Не хочешь чего-нибудь прохладненького выпить? — тихо спросил Генка, вырывая меня из воспоминаний.

— Если только помидорку. Помнишь как ты делал? С рассолом? — улыбнулась я. — И макарон бы, с сахаром.

Этот секрет я знала уже несколько дней, и всё ждала момента, чтобы сообщить. Четыре с половиной года после заговора для нас прошли суматошно. Мы строили, ремонтировали, учили и воспитывали. И вот, впереди нас ждала… Наверное награда за тот, пока ещё короткий, путь в этом мире.

— Мама, там что-то происходит, — позвала меня Микаэль, указывая на корабль Эжена.

Корабль не просто вошёл в порт, он пришвартовался к пирсу, трап с грохотом упал на камни. И почти сразу по нему сбежал Эжен. Пэнси повисла на его шее. А вот следом спустился настоящий гигант с непривычно синей кожей. На мощной груди лежало богатое ожерелье, даже голенища сапог были украшены золотом и драгоценными камнями. На плече он легко нёс сундук, который наверное едва бы смогли тащить двое обычных людей.

— Дворец там, — махнул рукой в сторону императорской резиденции Эжен.

— Это ещё кто? — прищурился лорд Николас.

— Я так полагаю, что один из виновников сегодняшнего торжества, — расплывался в довольной улыбке император.

Эпилог

Тервеснадан. 11 лет спустя.

Зима в Тервеснаданской империи была временем суровым и нелюбимым. Даже большая праздничная неделя не могла этого изменить. Не любили зиму одинаково и лорды, и фраи, и даже сорры раздражённо