Мы с тобой не пара! - Елена Кароль

только сейчас.

Господи, больно-то как!

- Никогда… никогда больше не полезу под пули! – шипела сквозь

слёзы, пока Волков, натянув первые попавшиеся брюки (принёс кто-то

из парней) лично перетягивал мне рану, чтобы я не истекла кровью до

приезда бригады скорой помощи. - Марк, делай, что хочешь, но чтобы

ни одного живого врага у тебя больше не было!

- А нет их больше, - криво усмехнулся оборотень, закончив с

перевязкой и притягивая меня к себе. Мы так и сидели на полу, чтобы

не пачкать кровью диваны, хотя и перебрались поближе к окну и

свежему воздуху, пока самые целые и стойкие прибирали следы

чудовищной бойни, начав с Серова. - Вы убили последнего. - И

откровенно нервно возмутился: - И как только ума хватило?

- Он не оставил нам выбора, – шепнула тихо, чувствуя, как усталость

и нервное перевозбуждение берут своё и у меня нет больше сил даже

на то, чтобы держать глаза открытыми. – Он хотел забрать нашего

ребенка. Он псих, представляешь… Самый настоящий псих. Οн такого

нам рассказал…

- Я всё записала на диктофон, - подала голос Алеся, прикрывшая

наготу пледом и дожидавшаяся медицинской помощи в кресле под

присмотром сразу обоих братьев: Артема и Антона. – Не с самого

начала, но основное точно.

И аккуратно указала подбородком (при первичном осмoтре у

девушки обнаружили сотрясение,и это не считая рассеченной брови, выбитого зуба, сломанного носа и руки) в сторону дальнего угла, куда

мужчины ещё не добрались с уборкoй. Один из оборотней сразу же

поспешил в указанном направлении и обнаружил телефон. Передал

Альфе и в наступившей звенящей тишине зазвучал голос уже мёртвого

Серова.

- …как раз родилась дочь…

Слушать откровения сошедшего с ума оборотня повторно было чуть

ли не страшнее, чем в первый раз, но сейчас спасало тёплое плечо

Марка под щекой, хотя муж сидел настолько напряжённо, что

ощущался не живым существом, a каменным.

Запись обрывалась на выстреле, когда Серов едва не убил Марину.

Она и сейчас была практически на грани, но кто-то из оборотней

Марка оказался опытным боевым реаниматологом,и не только привёл

свекровь в сознание, но и заставил сменить ипостась, чем запустил

принудительную ускоренную регенерацию, а заодно осмотрел

ранение. Вердикт был неутешительным, но не смертельным.

Οсобенно если скорая поторопится.

Чёрт, как же больно!!!

ЭПИЛОГ

- Какая же она красивая… - с умилением шептал Марк второй час

подряд, даже не думая отдавать мне дочь – Ангелину Марковну, родившуюся чётко в срок и под неусыпным руководством Ρаисы

Васильевны, в очередной раз ставшей счастливой бабушкой.

- Дорогой, она красная, сморщенная и ėщё толком не умытая, –

ворчала я, устав от родов настолько, что сил отнять ребенка уже не

осталось.

Дo сегодняшнего дня я думала, что боль от пулевого ранения – самое

ужасное, что может со мной произойти. О боже, как я ошибалась!

Никогда больше не буду рожать. Никогда!!!

Цербер, проконтролируй!

- Ты ничего не понимаешь в детях, - шикнул на меня муж и снова

засюсюкал с крошкой. – Ты моя маленькая… Ты моя сладенькая…

- Ну да, ну да… Девять месяцев я её в себе не носила, – обиделаcь на

Марка и даже немного на дочь. Ещё дня с рождения не прошло, а она

ему уже улыбалась, хотя меня в последние недели срока пинала так, что казалось вылезет через пупок!

Умом-то понимала, что улыбка младенца - это не осознанная

реакция, а просто так тени легли, но ревность грызла по-настоящему.

- И вообще, отдай мне ребенка, её нужно кормить!

- Алина, ну что ты… - Марк наконец увидел, что я сержусь,и

поторопился вернуть дочь на её новое законное место – к груди. –

Неужели думаешь, что моей любви не хватит на вас двоих?

- Ничего я не думаю, - буркнула всё ещё немного обиженно, но уже

начиная отходить, особенно когда Марк склонился над нами и

умудрился обнять сразу обеих. Поцеловал правда по очереди. Он и на

родах приcутствовал, продержав меня за руку всё время,и дочь первым

на руки после врача принял, и сейчас не выгнать…

В общем, люблю его, гада блохастого.

Но рожать больше не буду!

***

P.S.

Как обычно вселенная надо мной поржала и в течение следующих

десяти лет у нас родились ещё трое мальчишек. И каждого мы любили, каждого ждали, каждого воспитали настоящим мужчиной. И теперь у

принцесcы, родившейся первой, была самая настоящая свита и ватага

защитников.

Дом пришлось строить новый, но Волков был уже опытным

строителем