Игровая площадка для грешников - Кэролайн Пекхам

Я знаю, что она была похожа на мечту, завернутую в желание, обмакнутое в растопленный шоколад, но то, что мы трахаем ее, не может означать, что мы не трахаем никого другого. Просто не может.

Ничего. Мой член мертвым грузом лежал у меня между бедер, выражая молчаливый протест в попытке заставить меня согласиться. Но у меня не было выбора. Разве он этого не понимал? Он был мне буквально необходим для работы. Стриптиз мог принести неплохой доход в хорошую ночь, но он никогда не принесет таких больших денег, как эскорт.

Отлично, можешь только сегодня вечером устроить себе бойкот угрюмой сучки, и все. Но завтра мы возвращаемся к работе.

Я привлек внимание Эстель через стойку бара, подзывая ее поближе.

— Все в порядке, любовь моя? — спросила она, и я наклонился, чтобы прошептать ей на ухо.

— Не могла бы ты отменить мою следующую встречу сегодня вечером? Я что-то неважно себя чувствую.

— О нет, все в порядке? — спросила она.

— У меня хлопок, — выпалил я. Опять.

Она серьезно кивнула, похлопав меня по плечу. — Хорошо, я со всем разберусь, а ты просто делай то, что тебе нужно.

— Спасибо, — сказал я со вздохом, а затем отстранился от нее и направился через клуб в гримерку, воспользовавшись задним выходом на парковку. Я просто отправлюсь домой, подрочу в душе и хорошенько поговорю со своим членом о моногамии по отношению к киске, на которую он запал, а завтра все будет улажено. Не то чтобы я не мог продолжать трахать Роуг, если она этого хотела, но я не мог отказаться от клиенток из-за одной девушки. Даже если она была той самой.

Я ехал домой с опущенными окнами, морской воздух гулял по машине и прояснял мою голову. Я задавался вопросом, была ли Роуг в своей комнате и смогу ли я прокрасться туда, пока Фокс и Чейз были заняты и… черт. Я был в заднице. Я уже жаждал ее, как конфету, обмакнутую в экстази. Мне нужно было больше. И мне нужно было получить ее прямо сейчас. К черту все, я не собирался дрочить под песню Taylor Swift, плача в душе, я собирался провести целую ночь, уничтожая ее для других мужчин и исполняя желания, которые у меня были относительно нее на протяжении бесконечных лет. Почему я не должен этого делать? Я хотел ее, она хотела меня. Это была простая математика.

Мой член подпрыгивал в штанах, как возбужденный щенок, и я, вероятно, должен был понять, что мне конец, в тот момент, когда Джесси вошла в мой кабинет и мой член попытался спрятаться за моими яйцами.

Я надавил на педаль газа, выезжая к воротам, но снова притормозил, когда мое внимание привлек темный ком на земле. Мое сердце бешено заколотилось, когда я ударил по тормозам, и мои фары осветили ворота, кровь, и гребаное шоу ужасов, ожидавшее меня там. Родригес и Пистон лежали на земле мертвые, их головы были отрезаны, а глаза закатились обратно в глазницы. Поперек ворот кровью было написано одно пылающее красное слово. ВОЙНА.

Я выскочил из машины, набрал код, чтобы открыть ворота, и, чертыхаясь, затащил их окровавленные тела и головы внутрь, прежде чем подъехать на своем GT к дому с ревущим двигателем. Я заехал в гараж, вытирая кровь с рук о рубашку и вбегая в дом. Нам придется замять это дерьмо позже, чтобы не вмешивать копов, но сейчас мне просто нужно было знать, что со всеми остальными все в порядке.

— Фокс! Чейз! — заорал я, и они вбежали со двора, когда я добрался до кухни.

Фокс бросил быстрый взгляд на кровь, покрывавшую меня, и его глаза вспыхнули от страха. — Что случилось?

— Где Роуг? — Потребовал я ответа, потому что паника сжала мое сердце.

— Она наверху, — сказал Чейз, и облегчение наполнило меня, хотя я все еще хотел увидеть ее сам, чтобы убедиться.

— Что, блядь, происходит? — спросил Фокс.

— Наши люди, блядь, мертвы, — прорычал я, ярость клокотала во мне. — Родригес и Пистон. Какой-то мудак отрезал им головы и написал «война» на главных воротах.

— Маверик, — выплюнул Чейз, и я кивнул, крепко стиснув зубы.

— Этому гребаному мудаку это с рук не сойдет, — прошипел Фокс.

— Что происходит? — В дверях появилась Роуг, за ней по пятам следовал Дворняга, и мне пришлось побороть желание заключить ее в объятия и убедиться, что с ней действительно все в порядке.

— Возвращайся в свою комнату! — Рявкнул Фокс, и она нахмурилась, глядя на меня в ожидании объяснений.

— Джей-Джей, в чем дело? — Она посмотрела на меня, покрытого кровью, с беспокойством во взгляде.

— Наши люди были убиты у ворот, — сказал я, и ее глаза расширились.

Фокс достал свой телефон и начал звонить, вызывая членов нашей команды домой, а не в «Оазис». Я предполагаю, что он не хотел рисковать, оставляя Роуг здесь одну прямо сейчас.

— Отведи ее наверх, — бросил он мне, и я кивнул, поймав ее за руку и потащив за собой из комнаты.

— На этот раз мы должны нанести сильный удар, — начал говорить Чейз Фоксу, когда мы уходили. — Мы должны одержать верх.

Роуг попыталась высвободить свои пальцы из моей хватки. — Отпусти. Я не позволю, чтобы меня отправляли в мою комнату, как непослушного гребаного ребенка.

Я наклонился, поднял ее и перекинул через плечо, и Дворняга сердито залаял. Я побежал наверх, пока она била меня по спине, зашел в ее комнату и бросил ее на кровать. Она сердито посмотрела на меня, но мне было все равно, я снял рубашку и отбросил окровавленный материал в сторону, прежде чем наклониться и поцеловать ее. Я обхватил ее щеки, и она ахнула напротив моих губ, когда я украл быстрый и отчаянный поцелуй с ее губ, прежде чем отстраниться. — Прости, красотка. Ты должна остаться здесь. Это дело команды. Я зайду к тебе позже.

— Я не твоя шлюха, Джей-Джей, — прорычала она, и я остановился в дверях, пока она хмуро смотрела на меня.

— Я знаю, сладкая. На свете нет такой цены, которой хватило бы, чтобы заплатить на такую девушку, как ты.

Черты ее лица смягчились как раз перед тем, как я закрыл дверь между нами и направился в свою комнату, отмывать руки от крови и надевать другую рубашку.

Я сбежал вниз трусцой, обнаружив, что члены команды уже стекаются в дом, и прошло совсем немного времени, прежде чем все они собрались.

Мы спустились в подвал после того, как Фокс отправил нескольких наших людей разобраться с