Солнце - Анна Джейн

Бен же не обратил на это внимания - запирая их, он не воспользовался ключом, а просто повернул ручку с той стороны.

Можно ли это назвать везением?

- Эй, - дрожащим голосом прошептала Лилит, вслушиваясь в темноту. - Саша. Ты меня слышишь?

- Слышу, - с трудом проговорила та. Кажется, от пережитого она была еще в большем шоке, чем Лилит.

- Кажется, у него упал ключ. Ты можешь до него дотянуться?

Это был глупый вопрос. Ключ упал где-то около двери. А обе девушки были пристегнуты к изголовьям своих железных кроватей. Кроватей, которые могли стать для них гробами. Они обе понимали это.

- Нам надо добраться до двери, - сказала Лилит, дергая наручники - кажется, когда Бен снова надевал их на ее запястье, он не так сильно затянул браслет. Металл больше не впивался в руку.

- Мы не сможем этого сделать, - глухо ответила Саша. И Лилит вдруг поняла, что в ее голове звучит покорность. - Мы обречены.

- Нет, - возразила Лилит, свободной рукой пытаясь содрать наручник.

- Как думаешь, нас найдут... найдут до того, как он... - голос Саши дрогнул. Лилит поняла, что та имеет в виду, и кожа на ее руках покрылась мурашками.

- Найдут, - сказала она. - Должны. Мои друзья обратятся в полицию. И твои близкие - тоже.

- В Нью-Корвене у меня никого нет, - прошептала Саша. - Я недавно приехала. Снимаю квартиру и ищу работу. Господи, за что?..

Она снова расплакалась. И в каждом ее всхлипе было столько отчаяния, что на глазах Лилит появились слезы. Она наскоро утерла их тыльной стороной ладони.

- Перестань, - сказала она. - Перестань. Мы выберемся. Поняла меня? Саша. Ты меня слышишь?

- Я не выдержу, если он... если он снова это сделает, - плакала Саша. - Почему я, почему? За что?

Огромных усилий Лилит стоило успокоить Сашу. Она слишком боялась, что у той начнется истерика, и Бен вернется, услышав ее рыдания.

- Перестань, - повторяла она, - я нас спасу. Освобожу руку и спасу - он не так крепко затянул мне ее. Поняла? Если он уронил ключ, мы сможем выбраться отсюда.

В какой-то момент Саша все-таки затихла, а Лилит возобновила свои попытки вытащить руку из наручников. Кисть у нее была тонкая, изящная, с хрупкими костями. И чисто теоретически могла вылезти из браслета - но мешал сустав большого пальца. Лилит слышала раньше, что в подобных ситуациях, когда нужно освободиться от наручников, люди выбивали себе сустав. Но как это сделать, она понятия не имела. И до боли прижимала палец к ладони, пытаясь высвободиться. Она ободрала руку до крови, но даже когда на нее накатывало отчаяние, Лилит не прекращала бороться за их спасение.

- Ты не сможешь, - спустя несколько часов сказала Саша. Теперь ее состояние было не истеричным, а пугающе спокойным - как у человека, которому на все наплевать. - В этом нет смысла. Он скоро вернется и убьет нас.

Лилит не отвечала - со злыми слезами и болезненным упорством она все пыталась, пыталась, и пыталась освободиться. Беззвучно крича. Прося помощи и проклиная мир - тоже без слов.

Ничего не получалось. И в углу все так же падали капли. Кап. Кап. Кап.

В какой-то момент силы покинули ее, и она вдруг вспомнила мать - та всегда говорила, что большой город полон больших опасностей. Она не хотела отпускать Лилит в Нью-Корвен. И не верила, что та станет актрисой. В тот день, когда Лилит уезжала, они поругались с самого утра, но напоследок мама все же обняла ее - крепко, бережно. И сказала: «Лучше бы ты стала учительницей. Я против твоей идеи стать актрисой. Но знай, дома тебя всегда ждут».

Вспоминая мать, Лилит закрыла глаза, не чувствуя, как по окровавленному лицу бегут слезы. Знала ли та, что с ней сейчас происходит? Хоть она и была строга, но для этого ли растила Лилит - чтобы ты сгнила в подвале у психопата? И что будет с матерью, когда ей скажут, что дочь убили? Она же с ума сойдет от горя...

Эти мысли почему-то придали ей сил. Она. Должна. Выжить. Любым способом. К черту боль и страх.

Лилит решительно распахнула глаза, заставляя себя снова и снова дергать наручник и твердя про себя, что у нее все получится. Сколько это продолжалось, она не знала. Но в какой-то момент ее окровавленная рука смогла выскользнуть из браслета.

Лилит замерла, не веря в свое счастье.

- Получилось, - прошептала она, приблизив руку к лицу и дотрагиваясь до ноющего запястья. - Получилось...

Лилит вскочила и бросилась было к двери, где ее ждал ключ.

- Не оставляй меня, - вдруг вцепилась в ее разорванное платье Саша. - Умоляю, не оставляй! Я прошу тебя!

- Тихо, пожалуйста, - Лилит закрыла ей рот ладонью, от которой пахло кровью, но они обе не обращали на это внимания. Она села рядом с Сашей и обняла. - Я тебя не оставлю. Я выберусь из дома и позову на помощь.

- Обещаешь? - тихо спросила та.

- Обещаю, - погладила ее Лилит по спутанным волосам. Она беззвучно приблизилась к двери, пошарила рукой по полу и почти тут же нашла ключ.

Дрожащими пальцами Лилит вставила ключ в замочную скважину - почти наощупь. И попыталась повернуть его - но тщетно. Ничего не выходило, сколько бы Лилит ни старалась. Наверное, это был не тот ключ, не от этой дверей, а от какой-то другой.

В голове Лилит вдруг даже промелькнуло, что Бен специально подбросил им не тот ключ, чтобы поиздеваться. Вдруг в подвале у него есть камеры, и сейчас он сморит в монитор где-нибудь на кухне и веселится, глядя на отчаянное лицо Лилит. А спустя пару минут вернется и...

Думать о том, что может сделать с ними этот ненормальный, девушке не хотелось. Она с трудом вытащила ключ и наудачу вставила его в скважину другой стороной. Несколько поворотов и... дверь открылась.

Сердце Лилит забилось в груди так, что девушка начала задыхаться.

Получилось.

У нее получилось.

- Лилит, - прошептала прикованная Саша. - Что там?

- Все хорошо, - тихо-тихо ответила та. - Я вернусь с помощью. Скоро.

И она выскользнула за тяжелую дверь.

- Пожалуйста... - долетели до нее последние слова Саши.

Перед Лилит высилась лестница, ведущая к двери, из-под которой пробивался слабый свет. И девушка с опаской, боясь споткнуться во тьме, пошла наверх. Она осторожно приоткрыла дверь, молясь, чтобы та не скрипела. Ее нервы были на пределе, и происходящее вновь казалось страшным сном, однако тело на удивление чутко на все реагировало. В Лилит словно открылись какие-то до этого спрятанные резервы. Появились силы и решимость, что у нее получится сбежать.

Дверь вела на цокольный этаж - что-то вроде первого уровня подвала, заставленного какими-то коробками и ящиками, а еще вешалками с театральными костюмами и реквизитом. Из узких окон под самым потолком в помещение падал тусклый свет - на улице было раннее утро. И солнце еще только-только поднималось