По всем вопросам обращайтесь в дракона! - Наталья Сергеевна Филимонова

— Зато представляешь, какая у Лельки охрана будет! — захихикала Лариса.

— Угу, — мрачно буркнула я. — Еще как представляю. Эта охрана уже сожрала половину моих туфель! А в оставшуюся половину напрудила. И все это, заметь, в первый же день! На второй день пришел черед ножек мебели. А потом… потом Тей залез ночью ко мне в окно. С цветами. Говорит, собирался оставить на подоконнике, чтобы я, значит, проснулась и увидела утром. Романтика вроде как!

— А ты?

— А я не спала! Я в засаде сидела! Потому что ему эти цветы на подоконник дочь моя и присоветовала, представляешь! Оч-чень громким шепотом советовала. Вот я и подстерегла! Уцепила за рубашку и втащила в комнату… чтобы придушить, само собой! За щенка, за туфли и за все хорошее! Ну и… душила-душила…

— Недодушила? — сочувственно уточнила Лариса.

— Что-то пошло не так… — я скромно потупилась. — Да. Утром пришлось выгонять обратно в окно, чтобы Лелька не видела — нечего меня перед дочерью компрометировать! Потом, правда, оказалось, что это я его скомпрометировала. Как он утром из моего окна вылезал, половина академии видела, как раз на занятия все шли… Там даже советы кто-то давал — куда ногу лучше ставить и все такое. Зато! Теперь я совершенно точно и официально не представляю интереса для клана серебряных. Такой скандал был, когда главе клана доложили, что листик-то мой на семейном древе того… старик Орнер опять академию штурмовать пытался. Не с какой-то целью, а так — со злости. А леди Тариус опять обернулась и навстречу вылетела, только драться на этот раз не стала… так, исполнила в воздухе небольшой победный танец. И, по-моему, даже какие-то не очень приличные жесты демонстрировала. Хвостом. И даже не спрашивай, как это — мне все равно не повторить. Леди была неподражаема!

Лариса рассмеялась, а потом как-то разом посерьезнела.

— Ты ведь понимаешь, что драконьи обычаи и законы надо менять?

Я вздохнула. Еще бы я этого не понимала! По большому счету, мой интерес — уже попросту шкурный. Потому что касается моих близких. В конце концов, у нас с Теем однажды тоже могут появиться дети, и они будут драконами. Думаю… сильными драконами. И я не хотела бы, чтобы они, как я, стали объектами чьей-то борьбы за власть.

И тройня моих родителей. Если среди этих детей будет хоть одна девочка… она точно, как я, станет сильной серебряной драконицей с иной кровью. И все повторится.

И все-таки мне совсем не хотелось примерять корону. Да и Тей, я знаю, любит свою работу в академии.

Идеи, как избежать короны, у меня были — даже не одна. А вот как изменить все… в конце концов, кто как не правитель может изменить законы?

Впрочем, Аллира дала мне одну подсказку… хотя пока это выглядит немного безумным. Или даже не немного.

* * *

— Мы собрались здесь, чтобы соединить этого мужчину и эту женщину… А также этого мужчину и эту женщину…

…Нет, они меня все с ума сведут!

— Знаешь, почему я приняла твое предложение? Знаешь? — цедила я сквозь зубы, стоя в храме и судорожно придерживая кружевную драпировку. — Просто хотела, чтобы ты познал на своей шкуре, что такое жить в одном доме с адской гончей!

Оснований злиться у меня было сколько угодно. Потому что сегодня утром я обнаружила, что мое многострадальное свадебное платье от госпожи Кири стало… несколько авангардным.

Наверняка все видели эти прекрасные наряды от очень модных дизайнеров — платья, которые смотрятся так, как будто их собаки драли.

Вот примерно так и выглядело мое платье, заботливо развешанное с вечера на манекене. То есть не выглядело. Его на самом деле собаки драли! Точнее, одна собаченька. Маленькая, зато адская. С совсем крохотными, зато бритвенно-острыми зубками. Весь низ подола буквально превратился в лохмотья. Выше песик просто не допрыгнул. Не дорос еще.

Как эта тварь пробралась в мою спальню, да еще ухитрилась меня не разбудить в процессе своего злодейства — понятия не имею!

Показывать это маме я не решилась, в ее положении нельзя переживать такие потрясения. Я просто послала Лельку за Крусей и попросила подругу-бытовичку очень быстро сделать что-нибудь.

Круся и сделала… как объяснила гоблинка, из ничего нельзя что-то создать, а выдранные куски ткани восстановлению не подлежали. Поэтому она решила попросту укоротить платье.

Причем укоротить его ровно тоже было невозможно — песик выгрызал, зараза, фигурно, а под конец, видимо, устал. Но самый верхний разрыв был на такой высоте, что никакой человеческой модой не оправдаться. И вообще Тей бы меня в таком виде из дома не выпустил. В общем, Круся сделала… собственно, креативный подол. Дизайнерский. То есть фигурно вырезанный. Зато непристойный не со всех сторон! Так… местами.

Потом пришла леди Тариус, вытаращила глаза, убежала и вернулась с длинным отрезом кружева, в который меня быстренько замотали поверх креативного подола. Результат получился все равно неприличный, но уже в меру.

Если бы еще это кружево на мне надежно держалось! Но Круся скрепляла его наспех и уже на бегу — нам пора было выходить. А потому я на всякий случай придерживала всю эту конструкцию руками. И источала яд, щедро делясь им с ненаглядным женихом, пока жрец в знакомом и совершенно уже привычном храме — том самом, где давали клятвы — бубнил свою стандартную речь.

— … Пусть говорит сейчас или молчит вечно…

Собравшиеся, разумеется, молчали.

Здесь были действительно все — мама расстаралась с приглашениями. И мои сокурсницы из «института невест», и соседи по имению — включая мрачного Викаса с матерью, и преподаватели из академии, и некоторые студенты — например, все мои соученики с факультатива по зельям. Были здесь и Лариса со своим парнем — их позвала я сама. И множество девиц, которых вовсе не приглашали — эти всхлипывали и бросали на меня злые взгляды. А бывший жених перед самой церемонией торжественно сообщил мне, что я все еще могу передумать и он даже готов все простить. Правда, на Тея при этом косился опасливо.

Не менее скорбный вид был и у воздушника Райана, стоявшего рядом с дознавателем Фантином. Не