Грехи людские - Маргарет Пембертон

– Ни черта не видно! – яростно прошептал Холлис. – А не лучше ли тихонько просидеть здесь до рассвета?

– А когда рассветет, обнаружить рядом завтракающих япошек? – резко ответил Адам. – Нет, это было бы слишком глупо! Нам приказали добраться до ущелья. Это мы и обязаны сделать.

Холлис тяжело вздохнул. Ему вовсе Не улыбалось провести ночь в незнакомой местности в двух шагах от врага.

– Ладно, сэр, иду с вами, – сказал он без особого энтузиазма. – Показывайте дорогу.

Адам шел первым. Медленно и осторожно они проскочили каменистую осыпь. Темноту усиливал густой предутренний туман, наползавший с моря, видимость была отвратительная. Наконец, измученные многочисленными падениями, они вышли на дорогу, оказавшись в какой-нибудь сотне ярдов от места, где взорвался грузовик.

– Нельзя же вот так запросто шагать по шоссе, мы не на воскресной прогулке, – прошептал Холлис. – Вы что намерены предпринять?

– Что я не намерен – так это позволить японцам подстрелить себя, – живо откликнулся Адам. – Надо подняться повыше, прячась за деревьями и кустами, но продолжать наблюдать за шоссе.

С винтовками наперевес, низко пригнувшись, они пересекли дорогу и скрылись в росших у обочины кустах.

– Слышу звук автомобиля, – внезапно сказал Холлис. – Он движется со стороны ущелья. Как думаете, это наша машина или вражеская?

Адам прислушался.

– Наша! – с неожиданной уверенностью в голосе произнес он. – По звуку это «бедфорд», я уверен!

Как только показался грузовик и Адам сумел разглядеть знакомый капот, он немедленно выбежал из кустов и замахал рукой.

Грузовик затормозил, шофер высунулся из окна кабины и закричал:

– Не ходите туда, ущелье кишит японцами!

– Так ведь они и там, куда ты едешь, – ответил Адам. – Над дорогой их пулеметное гнездо!

– Вот черт! Куда же теперь мне податься? – с отчаянием спросил шофер.

– Езжай назад, – сказал Адам, у которого вызвало отвращение явное желание шофера спастись бегством. – Можешь подбросить меня и капрала.

Шофер пару раз вхолостую нажал на газ.

– Ладно, не время дрейфить, – через силу бодрясь, сказал он. – Но и назад не попрусь, в эту чертову дыру! Там все сейчас бегут. Только один взвод и пытается сопротивляться, стараясь пробиться к штабу. Во главе его какой-то псих! Они сейчас в ярдах пятидесяти отсюда. – С этими словами он дал газа и был таков.

– Вы предупредили его, что там засада? – спросил Холлис, когда Адам вернулся в кусты.

– Кажется, он предпочел попасть в засаду, чем вернуться туда, откуда только что удрал.

– Интересно, что же происходит в ущелье? – спросил Холлис, прекрасно понимая, что скоро все станет ясно. Если бы знать, что задумал Адам, он бы удрал с только что уехавшим грузовиком.

– Судя по шуму, там вовсю идет рукопашная, – сказал Адам и, пригнув голову, побежал туда, где шел бой. – Только один взвод пытается прорваться!

– А мы как же? Присоединимся к ним? – поинтересовался Холлис, еле поспевая за Адамом.

– Да, – твердо ответил Адам, которого сейчас интересовало, как долго он сможет бежать по пересеченной местности. – Именно это мы и делаем, черт побери!

Звуки боя были уже совсем рядом. Понемногу рассвело. Бледно-золотистый свет озарял горизонт, и стало проще определять, где свои, а где противник.

– Иисус и святые угодники! – воскликнул Холлис, когда им пришлось, наверное, в двадцатый раз свалиться ничком на землю. – Эти сволочи, похоже, со всех сторон окружают ущелье! Едва ли кто сумеет выбраться оттуда!

Послышался звук мчащегося грузовика: машина ехала в их сторону, но по соседней, расположенной чуть выше по склону дороге. Они осторожно подняли головы и увидели, что британский грузовик выехал на открытое пространство и по нему сразу открыли огонь. Завизжали тормоза, машина неожиданно упала на бок и тотчас же загорелась. Вновь прозвучала длинная очередь, пули, вздымая пыль, прошили асфальт. Из горевшей машины никто не выбрался. Грузовик как упал, так и лежал, объятый пламенем. Стрельба стихла.

– Не повезло беднягам, – со вздохом сказал Холлис. – Они так гнали! Хотя какой в этом смысл? Япошки уже захватили весь район, прилегающий к ущелью. Думаю, самое лучшее для нас – повернуть назад.

Адам плотно сжал губы. Он вовсе не для того столько лет ждал возможности повоевать, чтобы до встречи лицом к лицу с врагом спастись бегством.

– Нет! – упрямо сказал он. – Если наш взвод впереди бьется с японцами, мы не отступим. Пробьемся к ним и будем вместе сражаться.

Чуть левее того места, где находились Адам и Холлис, раздался сильный взрыв, их обсыпало землей.

– Но это же бессмысленно! – сказал Холлис, убедившись, что цел и невредим. – Даже если мы и доберемся до штаба бригады, то никогда не выйдем оттуда живыми! Ведь штаб окружен!

Бледно-золотистое небо на востоке порозовело. Адам, лежа на земле, чуть приподнял голову и огляделся. Они находились над ущельем. Рассекавшие склоны ближайших гор лощины и овраги были заполнены японцами. Штаб бригады находился в каких-нибудь ста ярдах к западу от дороги, выходящей из ущелья. Адам различал временные полевые склады и оборонительные сооружения, закамуфлированные под горный склон.

Вокруг тесным кольцом сомкнулись японские войска, которым еще не удалось полностью смять защиту англичан. Всюду шли ожесточенные схватки, ближайшая – в десятке шагов от Адама.

Он крепче сжал винтовку. Несколько человек – все, за исключением офицера, в форме добровольцев, – используя естественные прикрытия, пытались подобраться к японскому пулемету. Адам не стал ждать, что произойдет, когда они подойдут на расстояние прямого выстрела.

– Бежим! – приказал он Холлису. – Там как раз может пригодиться наша помощь. Живее, ну!

Не обращая внимания на разрывы снарядов и прицельный огонь, они помчались по изрытой земле.

– Черт, не знаю, что за парни там бьются, но схватка идет жаркая, это и отсюда видно! – заметил Холлис, следуя за Адамом и старательно обегая при этом тела искромсанных японцев. – Не пойму, чем это наши сражаются – мясницкими ножами, что ли?

Адам не ответил. Его сердце отчаянно ухало в груди, кровь шумела в ушах. «Боже, не дай мне упасть!» – молился он, продолжая бежать по изрытой снарядами местности и стараясь поскорее прийти на помощь добровольцам. Как только те открыли огонь по японскому пулеметному гнезду, Адам тоже принялся стрелять. Не вполне отдавая себе в том отчета, Адам мысленно произносил сейчас ту же молитву, с которой обращались к Всевышнему английские воины триста лет назад: «О Господи, Ты знаешь, у меня сегодня трудный день. И если я вдруг забуду о Тебе, не забудь обо мне, Господи!»

Подобно разъяренным осам, над головой свистели пули. Вокруг рвались снаряды, разлеталась во все стороны шрапнель. Одному солдату неподалеку от Адама шрапнель угодила в горло: он упал на колени, захлебнувшись собственной кровью.