Игра в невесту - Hellic

— Ну и правильно. Ты же ему не изменяла, в отличие от Стаса… — вздохнула я.

— Алиса, не смей из-за него даже слезинку проливать! — бодро сказала Карина, — Любовь пройдет. А любви к такому, как Гордеев вообще не должно быть. Он же даже не знает, что это такое. Гордеев только и умеет, что причинять боль.

Я согласно кивнула, и мы с Кариной наконец вышли из кухни. В гостиной за накрытым столом сидели все и только ожидали виновницу торжества.

— Кариночка, мы тебя заждались, — сказала мама Карины, когда её дочка села за стол.

— Прости, мам. Нам с Алисой нужно было поговорить, — бросая косой взгляд на Стаса, который сидел рядом с Давидом, ответила Карина.

День пролетел незаметно, и все разъехались по домам. На парковке меня догнал Стас. Он настойчиво попытался усадить меня к себе в машину, чтобы поговорить, но я очень стойко стояла на своём и в итоге уехала домой к тёте на такси.

Молодые родители наконец остались наедине друг с другом и со своим новорожденным сыном.

— Давид, сделаю нам чаю, — попросила Карина, держа на руках младенца, — А я пока уложу Лёшку спать.

— Лёшке тоже чай сделать? — усмехнулся Давид, но Карина окинула его уставшим взглядом.

— Нам, Давид, это тебе и мне. Лёшка выпил моего молока и сейчас будет спать.

— Ладно. Я сейчас, — Давид прикрыл дверь в детскую и убежал на кухню.

Карина тем временем, не желая упустить такой момент, положила сына в детскую кроватку и тихонько на цыпочках зашла в спальню. Там в изголовье кровати лежал гребень Давида, на котором Карина заметила несколько мужских тёмных волос. Аккуратно сложив их в маленький пакетик, Карина спрятала его в свою сумку и убежала на кухню.

— О! Ты уже уложила Лёшку? — улыбнулся Давид, увидев жену.

— Мг, — кивнула Карина, скрывая своё волнение за улыбкой.

Давид широко расставил руки, впуская Карину в свои объятия.

— Ты горячая… — встревоженно сказал мужчина, касаясь лба жены губами, — Карин, ты не заболела?

— Нет-нет, — помотала головой девушка, отходя назад, — Просто устала за сегодняшний день.

— Тогда чай пить не будем?

— Давай просто немного посидим за столом.

— Ладно, давай, — Давид сел на кухонную скамью, Карина расположилась рядом. Обняв горячую кружку ладонями, она опустила голову.

— Давид, а что говорит Гордеев насчёт случившегося?

— Насчёт их расставания? — уточнил мужчина.

— Да. Вы ведь готовили об этом?

— Говорили. Стас сожалеет о том, что Алиса потеряла их общего ребёнка.

— Разумеется! — голос Карины повышается, и она с презрением смотрит на мужа, — Он же сам в этом виноват!

— Стас виноват только в том, что заставил Алису волноваться, — в защиту друга сказал Давид.

— А в том, что предал не виноват?

— Стас не предавал Алису, — покачал головой Давид, — Это она всё не так поняла.

— Это он тебе так сказал?

— Да. Лиза сказала ложную информацию, которую случайно услышала Алиса. Она разволновалась, вот роды и начались раньше срока.

Карина закатила глаза и отвернула голову к окну.

— Ты на стороне своего дружка-предателя. Я уже это поняла.

— Я на стороне правды. Стас сам мне сказал, что дорожит Алисой и хочет её вернуть.

— Не знаю, чего он там хочет, но я точно знаю, что Гордеев любит только самого себя и своё эго. Он эгоист. Э-го-ист!

— Карина, это не так, — со вздохом произнёс Давид и взял жену за плечи, принуждая наконец посмотреть ему в глаза, — Я никогда раньше не видел Стаса таким. Он влюбился. Стас стал другим, он изменился и смог по-настоящему привязаться к девушке. Я верю, а вернее точно знаю, что ему нужна Алиса. Она смогла изменить его.

Слова мужа заставили Карину задуматься, и на сей раз она ничего не сказала в защиту подруги.

— Он сказал тебе, что хочет вернуть Алису? — раздумывая каждое слово Давида, спросила Карина. Он закивал головой.

— Стас стал другим. Любовь в корне меняет людей.

— Сомневаюсь, что Гордеев относится к этим людям.

— Стас тоже человек.

— Сомневаюсь! — скептическим голосом ответила Карина, скрещивая на груди руки.

— Карина! — Давид прищурился и поджал губы.

— Что, Давид? — в ответ прищурила глаза Карина.

— Вместо того, чтобы помочь своей подруге и моему другу, ты обсираешь Стаса.

— А что я должна ещё сделать? — развела руками Карина, — Он предатель и обманщик. Я люблю свою подругу и встану за неё горой.

— Я понимаю. Но раз ты любишь свою подругу, то должна хотеть ей счастья.

— Логично, Давид, логично, — монотонным голосом ответила Карина, — Но Гордеев и счастье — это две несовместимые вещи.

— Карина… — с тяжёлым вздохом произнёс Давид, устало смотря на жену.

— Что «Карина»? Вот что «Карина»? Разве я не правду говорю? Алиса пыталась построить отношения вместе с ним, и что же вышло? Горькие слёзы Алисы, разрушенное будущее, которого у них вместе нет и не будет, и ещё бедный сынок, который погиб из-за вранья Гордеева… Ещё вопросы?

Давид сглотнул. Никаких ответов и возражений у него больше не было. В словах Карины был здравый смысл, но ведь она не знала всей правды, о которой поведал другу Стас.

Мнения разошлись, и на этой ноте Карина и Давид закончили свою дискуссию.

Я вышла из такси и на ватных ногах дошла до дома. Руки тряслись, и мне еле удалось открыть входную дверь ключом.

— Лиса, это ты? — крикнула тётя, услышав хлопок двери. Не получив ответа, она вышла в коридор и встретилась с моим утомленным взглядом, — Ты такая бледная…

Я сбросила кроссовки в угол и, сев на пуфик, закрыла глаза. Тётя Оля вздохнула и опустилась на корточки передо мной.

— Это из-за Гордеева?

Я медленно покачала головой и немного приоткрыла глаза.

— Хотя и из-за него тоже, — призналась я, — Я была у Карины с Давидом. Мы забрали её из роддома, а потом поехали к ним домой.

— И он там был?

— Да, тётя. Стас — друг Давида. Конечно же он приехал его поздравить.

— И что произошло? Он тебе угрожал?

— Да какое там? — отмахнулась я и нахмурила лоб, — Стас просто просил поговорить. Не больше.

— Надеюсь, ты не согласилась.

Я мотнула головой и устало посмотрела на тётю Олю.

— Нет, конечно. Я видеть его не могу. Не то, что слышать. Когда я вижу его лицо, то слёзы наворачиваются на глаза, и я уже не могу себя сдерживать.

— Ох, бедная моя девочка… — со вздохом произнесла тётя и, подсев, обняла меня, — Как же тебе сейчас тяжело…

— Тётя, у Карины такой красивый сынок… Такой маленький… — я слабо улыбнулась, вспоминая Лёшку, которого Карина