Двор Ледяных Сердец - Элис Нокс

Сердце пропустило удар.

– Шесть меток, что ты носишь… они исчезнут. Как только пересечёшь границу и вернёшься в свой мир. Вместе с ними уйдут и воспоминания. Ты забудешь. Всё. Меня. Подгорье. Эту неделю. Словно её не было.

Пауза. Голос стал тише.

– Ты будешь свободна.

Мир качнулся.

– Что? – выдохнула, не веря услышанному. – Ты… ты правда меня отпускаешь?

Он кивнул, не поднимая взгляда.

– Но… но как же охота? – голос дрожал, слова сыпались сбивчиво. – Твои амбиции? Твои слова о том, что я твоя добыча? Твоя игра?

Отступила на шаг, обхватила себя руками.

– Это уловка, да? Ты даришь мне надежду, чтобы завтра отобрать! Это очередная манипуляция!

– Элиза…

– Нет! – голос сорвался. – Кейлан, я не понимаю твоих игр! Больше не понимаю! Что тобой движет? Что ты замышляешь?

Схватила его за руку, заставила посмотреть на меня.

– Всю неделю ты пугал меня! Преследовал! Ставил метки! А теперь просто… отпускаешь? Почему?! Что изменилось?!

Слёзы жгли глаза, но я не дала им пролиться, сжала его руку сильнее.

– Скажи мне правду! Не игру! Не ложь фейри! ПРАВДУ!

Он смотрел на меня долго – и в глазах была боль, которую больше не прятал.

– Ты изменилась, – произнёс тихо, хрипло. – Нет… я изменился. Когда начинал охоту, ты действительно была добычей. Трофеем. Способом заполнить пустоту.

Голос стал тише, надломился.

– А теперь ты… ты стала тем, кого я не могу держать в клетке. Кого не хочу ломать, подчинять, превращать в тень. Ты слишком яркая. Слишком живая. И я…

Замолчал, отвёл взгляд.

– Неважно. Я проиграл.

Отпустил мою руку, отступил на шаг.

– Спокойной ночи, Элиза. Утром всё закончится.

Не договорил. Развернулся и пошёл прочь – быстро, не оглядываясь, будто боялся, что не сможет уйти, если задержится.

Я смотрела ему вслед, пока он не исчез за поворотом коридора.

Потом медленно открыла дверь, вошла в комнату.

Сползла на пол, обхватила колени руками, зарылась в них лицом.

Облегчение – огромное, захлёстывающее – накрыло первой волной.

Он отпускает. Я свободна. Могу уйти. Вернуться к нормальной жизни.

Благодарность – тёплая, искренняя.

Он даёт мне выбор. Не заставляет. Не манипулирует. Просто… отпускает.

И укол. Острый. Болезненный. Внезапный.

Что-то внутри кольнуло так, что перехватило дыхание. Что-то, чего я не хотела называть, не хотела признавать.

Он отпускает. И это правильно. Это то, чего я хотела.

Неделя здесь казалась вечностью, но это всего неделя. Семь дней. Я скучаю по дому. По маме, папе, Хлое. По своей жизни. По себе прежней.

Конечно я хочу домой.

Конечно.

Рука легла на грудь – на шестую метку, что пульсировала под тонкой тканью платья, тепло, настойчиво, как второе сердце.

Завтра их не будет. Завтра я буду свободна. Полностью. Никаких следов, никаких напоминаний.

Смогу забыть. Вернуться к нормальной жизни. К себе прежней.

Подняла голову, посмотрела в зеркало напротив.

К себе прежней?

Та девушка, что вошла в лес неделю назад – её больше нет. Испуганная, тихая, послушная Элиза, что всегда делала то, что от неё ждали, что боялась выделяться, боялась хотеть, боялась выбирать.

Эта Элиза умерла где-то между Мёртвым Логом и Весенним Двором.

А кто я теперь?

Не знала.

Но знала одно – не хотела, чтобы последняя ночь прошла так. В страхе. В сомнениях. В безопасности холодной постели.

Хочу… что? Чего я хочу?

Стук в дверь оборвал мысли.

Дверь открылась, Миррелла вошла с подносом – кувшин с водой, полотенце, расчёска, что-то ещё.

– Садитесь, леди Элли, – мягко попросила, похлопав по краю кровати. – Расчешу волосы. Помогу расслабиться перед сном.

Я села послушно, спиной к ней. Миррелла начала расчёсывать – медленно, нежно. Прикосновения успокаивающие, почти гипнотические.

Тишина легла мягкая, я закрыла глаза, позволяя себе просто быть, не думать.

Но мысли возвращались. Снова и снова.

Последняя ночь. Больше не увижу его.

– Леди Элли, – начала Миррелла тихо, осторожно, – вы… вы в порядке? Выглядите… задумчивой.

Открыла глаза, посмотрела в окно, где луна висела огромная, жёлтая.

– Просто думаю, – ответила тихо. – О завтрашнем дне. О доме.

Миррелла кивнула понимающе, продолжила расчёсывать.

– Вы молодец, леди Элли, – произнесла Миррелла мягко. – Вы обыграли самого Короля Зимы. Королеву Шипов. Выжили. Прошли испытания. Заслужили право вернуться домой.

Пауза. Расчёска скользила по волосам плавно, ритмично.

– Ведь вы так мечтали об этом, правда? – добавила она тише. – Всю неделю. Каждый день боялись, что не сможете уйти. А теперь… теперь можете. Это же победа.

Голос стал ещё мягче, почти задумчиво.

– Хотя… Король Зимы тоже изменился. С тех пор как вы здесь. Стал… другим. Живее. Впервые за века я видела, как он смеётся. По-настоящему.

Что-то кольнуло в груди.

Не ответила, просто сидела, слушала, как она заплетает волосы в свободную косу, вплетает белую ленту.

Потом она подошла к шкафу, достала ночную сорочку.

Помогла мне снять платье. И накинула сорочку через голову – лёгкая ткань скользнула по коже прохладно, едва прикрывала до середины бедра.

– Готово, – сказала она мягко. – Посмотрите.

Я подошла к зеркалу.

Ночная сорочка белая, почти прозрачная. Волосы в косе через плечо. Метки светились сквозь тонкую ткань – шесть серебристых узоров, пульсирующих мягким светом.

Лицо бледное. Глаза красные от слёз.

Что я делаю?

Мысль крутилась в голове, не давая покоя.

Уйду завтра. Больше не увижу.

Развернулась к Миррелл резко, и та вздрогнула от неожиданности.

– Король Зимы, – начала, и голос прозвучал твёрже, чем ожидала. – Он… где он сейчас?

Миррелла моргнула, удивлённо.

– Его Величество? Ну… наверное в своих покоях. Или… – замялась, – в купальне. Он обычно перед сном купается. Долго. Любит воду, тишину. Говорит, помогает думать.

Сердце заколотилось – яростно, отчаянно.

– Купальня, – повторила медленно, и Миррелла кивнула.

– Да. Почему спрашиваете, леди Элли?

Я не ответила, просто смотрела в зеркало – на своё отражение, на метки, на решимость, что медленно разгоралась в глазах.

Не хочу уходить вот так. С этой пустотой. С незавершённостью.

Завтра я всё забуду. И тогда уже не будет важно. Ничто не будет иметь значения.

Но сегодня… сегодня ещё помню. Ещё чувствую.

И хочу… хочу понять. Что это было. Что это значило.

Последний раз. Прежде чем всё исчезнет.

Не потому что метки требуют. Не потому что он заставил.

А потому что завтра этого желания уже не будет. Не будет вопросов. Не будет меня, которая помнит.

Хоть раз. Хоть один раз сделать то, что хочу. Не судьба. Не магия. Я.

– Спасибо, Миррелла, – произнесла тихо, разворачиваясь к ней. – Ты свободна. Можешь идти. Дальше я справлюсь сама.

Она моргнула, удивлённо.

– Но… я могу помочь вам