Жемчуг Падуи - Ли Уилкинсон

В постели, на воздушных перинах, настроение Софии Джордан не улучшилось.

Между ними столько непреодолимых преград!..

Все ее представления о взаимном узнавании влюбленных оказались бесполезными. Стефан предстал перед ней в образе скорее устрашающем, чем влекущем. Его рассказ о семье так же разительно отличался от всего, к чему привыкла София, живя с отцом, насколько ее лондонская квартира на первом этаже с окнами в сад отличалась от помпезного Палаццо с видом на венецианское великолепие.

В темноте и одиночестве ночи София осознала всю невозможность своей романтической фантазии. Она засыпала, но внутренняя тревога не давала ей забыться, и София пробуждалась вновь.

Чужая постель, чужие стены и незнакомые звезды, которые подглядывали в окно, чахлый лунный отсвет украдкой проникал сквозь портьеры, из-за чего гротескные тени изломами покрывали стены и пол – все настораживало девушку.

Внезапно ей показалось, что тени колышутся.

София села на постели и всмотрелась в сиреневатую темень. Сиплым от страха голосом она вскрикнула:

– Кто здесь?!

Ее голос наполнил величественную пустоту. София поняла, что она одна в комнате. Однако это ее не успокоило. Сердце продолжало ускорять темп, отсчитывая мгновения безотчетного ужаса.

Девушка продолжала, затаив дыхание и настороженно вслушиваясь в тишину, сидеть на кровати, стиснув в руках одеяло. И этот миг она явственно расслышала звук открывающейся двери и тяжелую неторопливую поступь в коридоре. Она встала и, подойдя на цыпочках к двери, остановилась и замерла.

Дверная ручка беззвучно провернулась, и дверь резко открылась, толкнув Софию. Она оступилась, упала и вскрикнула.

– Что с тобой? – раздался шепот Стефана. – Ты поранилась?

– Я?! Нет… Я в порядке. – Она справилась с испугом.

– Точно? – недоверчиво уточнил Стефан.

– Да… – уже совершенно спокойным голосом подтвердила София.

Стефан вошел в спальню девушки и попробовал включить ночник, но тот не работал. В свете, льющемся из коридора, он разглядел, что она скорчилась на полу, обхватив рукой подвернутую ногу и растерянно уставившись на него.

– Оставайся так, – распорядился Стефан. – Черт, – буркнул он себе под нос, затем вышел ненадолго, а вернувшись, поднял ее на руки и отнес в соседнюю гостиную, смежную с его спальней.

Он устроил Софию на диване, подложив ей под спину несколько диванных подушек. Ее обнаженные плечи вздрагивали. Он сел на краю дивана и посмотрел на гладкое девичье личико.

– Прости, я поступил глупо и напугал тебя.

– Не страшно, – улыбнулась она, окончательно избавившись от ночного наваждения.

– Ты бледная и холодная, как привидение.

Стефан поднялся с дивана и исчез за дверью своей комнаты, а через короткое время вернулся с пледом в руках. Он накинул плед ей на плечи и, открыв дверцу бара, налил что-то в хрустальный стакан.

– Выпей это небольшими глотками, – сказал он Софии.

Девушка, слегка поморщившись, выполнила предписание.

– Лучше? Должно стать лучше. Давай я разотру твои руки.

София безмолвно позволила ему это сделать.

– Заметно лучше. Уже нет той бледности, – удовлетворенно заметил он.