Отпуск в Италии - Хелен Брукс

Когда он поцеловал ее, она ответила. Было сто тысяч причин не делать этого, но она не вспомнила ни об одной.

Они стояли, немного покачиваясь, и Мэйзи испытывала наслаждение. Уже ничто не имело значения, кроме того, что Блейн целует ее.

Руки Блейна перемещались вверх и вниз по ее телу, и от его прикосновений волны жара захлестывали ее. Потом она положила руки ему на плечи и крепко прижалась к нему, ощущая, как сильно бьется его сердце. Она была невероятно взволнована тем, что смогла пробудить в нем такое сильное желание.

Они не сразу поняли, что Лилиана зовет их. Блейн поднял голову и отодвинулся.

— Лилиана, — хрипло пробормотал он. — Она приготовила бутерброды и кофе.

— Да. — Голос Мэйзи звучал также хрипло. — Надо идти.

— Мэйзи… — Ее имя прозвучало необыкновенно нежно. — Вы сводите меня с ума. Я сижу дома за столом и вижу вас, я говорю с моими служащими, и ваше лицо возникает у меня перед глазами. Что вы сделали со мной?

— Не знаю. Но я чувствую то же самое.

Блейн еще немного отодвинулся.

— Это неправильно. Выглядит так, будто я пользуюсь тем, что вы в уязвимом положении. Этот ваш жених причинил вам боль и разрушил ваше чувство собственного достоинства. Вы должны доказать себе самой, что вы еще желанны.

Нет, нет, дело вовсе не в этом. Джеф сейчас ничего не значит для нее. Но как дать понять Блейну, что она хочет заниматься с ним любовью? Не просить же его, в самом деле?

— Блейн…

— Я не такой, как вы думаете. Вы ищете белого рыцаря, а я не такой. Я не могу дать вам то, что вы хотите.

— Можете.

И кому вообще нужен белый рыцарь?

— Мэйзи… — Блейн сделал еще шаг назад. — Мэйзи, поверьте мне. Все закончится ужасно.

Ее это не беспокоило. Действительно, действительно не беспокоило.

— Не будет ничего ужасного.

— Есть вещи, которых вы не знаете.

— Так расскажите мне о них. Скажите мне то, чего я не знаю.

Голос Лилианы раздался ближе, и через секунду она уже стояла в дверях.

— Как лошадь? — Лилиана с опаской взглянула на Йолу. — Все в порядке?

— Все прекрасно, — ответила Мэйзи, потому, что Блейн молчал. — Я только успокаивала ее, и все.

Лилиана улыбнулась.

— Дженнифер и Джузеппе будут рады. Появление новой жизни — это хорошее предзнаменование.

Мэйзи улыбнулась, отвечая Лилиане, но смотрела на Блейна.

— Я согласна, Лилиана. Новая жизнь — очень хорошее предзнаменование. И напоминание о том, что прошлое ушло, а будущее прекрасно.

— Животных можно оставить одних? — Лилиана бросила осторожный взгляд на Йолу. Мэйзи кивнула. — Возвращайтесь в дом, вам надо подкрепиться. Вы устали.

Мэйзи шла следом за Лилианой, каждым нервом ощущая присутствие Блейна. Ее губы припухли от его поцелуев, а тело было охвачено трепетом.

Она не могла понять, почему он так говорил с ней. Его волновало, что для нее все случилось слишком быстро после ухода Джефа? Нет, вряд ли. Было что-то более важное. Например, он почему-то не может быть белым рыцарем. Что же случилось с ним и Франческой? После того, что произошло сегодня вечером, Мэйзи чувствовала, что заслуживает объяснения. Ее подбородок приподнялся. Почему Блейну трудно поделиться с ней своим прошлым?

Они пили кофе и ели бутерброды, сидя на кухне, и на этот раз Лилиана не возражала.

Мэйзи уже немного успокоилась, а Блейн вежливо поддерживал беседу, будто хотел быть где угодно, только не здесь, не с Мэйзи. Как мог он быть одновременно горячим и холодным? Доев бутерброды, он спокойно поднялся.

— Моя мать будет рада жеребенку, Мэйзи. Еще раз спасибо за все, что вы сделали. Мне предстоят встречи, поэтому несколько дней я не буду приезжать.

Последние слова он произнес, обращаясь к Лилиане, но Мэйзи знала, что они обращены к ней. На мгновение неуверенность в себе захлестнула ее, но она справилась с собой. Нет, она не позволит погаснуть тому, что вспыхнуло между ними. Да, у нее не очень длинные ноги, и фигура отнюдь не умопомрачительная, но Блейн не ласкал бы ее, если бы не мечтал о ней и о себе. И поцелуй начал он, не она. И его тело говорило, что он хочет ее.

А слова, сказанные им потом, не имеют никакого значения.

Решившись, она глубоко вздохнула и посмотрела Блейну прямо в глаза. Ее голос прозвучал, будто ничего не случилось. Лишь удивление слышалось в нем.

— Но вы же приедете завтра? Вы не забыли, что пригласили меня пообедать?

Теперь настал его черед. Он может выставить Мэйзи дешевой лгуньей, которая липнет к нему, а может повести себя как джентльмен и подыграть ей. Она рассчитывала, что он окажется джентльменом, и ей было стыдно, что она затеяла такой возмутительный, постыдный маневр. Но он не оставил ей иного выбора, в отчаянии попыталась она оправдаться перед собой, когда он взглянул на ее покрасневшее лицо. Ей необходимо поговорить с ним. Она должна получить объяснение. Только объяснение. Для начала.

— О, простите. — Он запнулся лишь на долю секунды. — Как же я мог забыть!

Мэйзи улыбнулась, но губы ее дрогнули.

— Тогда я буду готова к семи часам, как договорились?

Он кивнул, и Мэйзи спросила себя, заметила ли Лилиана ошеломленное выражение его лица.

— К семи часам, — повторил он тихо. Лилиана, очевидно, ничего не заметила, потому что смотрела на них сияющими глазами.

— Вы поедете обедать? — переспросила она с явным удовлетворением. — Как хорошо!

— Еще бы! — пробормотал Блейн, отвернулся и вышел, бросив через плечо: — Мама, вероятно, уже спит, но я оставлю ей сообщение о жеребенке, и она позвонит перед тем, как пойдет в больницу.

Мэйзи не могла понять, что на нее нашло. Как она осмелилась поступить так с Блейном? Что он подумал о ней? О, она знала, что он подумал! Мужчины не любят, когда их преследуют женщины. Они сами любят преследовать женщин! Во всех журналах так пишут. И если женщина решает преследовать мужчину, то надо делать это так, чтобы он этого не понимал — или хотя бы мог притвориться, что не понимает. Если бы здесь не было Лилианы, Мэйзи застонала бы вслух.

— Так, значит, Блейн пригласил вас на обед? Вы не говорили мне об этом!

Мэйзи пришлось придумывать на ходу.

— Это произошло, когда мы были у жеребенка, — быстро сказала она. — Своего рода награда, я думаю, за то, что вовремя вызвала синьора Росселлини.

Лилиана помолчала и улыбнулась.

— Нет, вряд ли. Вы нравитесь Блейну, мне это ясно видно.

— Разве что как друг.

— Друг? Ха! Я не верю в эти современные разговоры о том, что мужчина и женщина могут быть друзьями. Нет. Если оба молоды и одиноки, это невозможно. Всегда между ними действует, как теперь говорят, химия.