Беременность на миллион - Ольга Джокер

Единственным местом, где я могу скрыться на некоторое время является квартира Верочки – там по крайней мере Зимин еще не бывал, поэтому я смело сажусь в первую попавшуюся маршрутку и еще долго блуждаю по улицам города. В одиночестве становится спокойнее, и я наконец-то могу рассуждать трезво, без надзора Зимина и его дурацких убеждений.

Ребенок мой совершенно точно, а вот точно ли его – он не знает наверняка, поэтому не может утверждать это и заставлять меня делать то, что ему заблагорассудится. Да, пока я не могу дать ребенку всё, что может дать он – но я из кожи вон вылезу, чтобы выносить и предоставить малышу самое лучшее. Вот только… не буду ли я корить себя за то, что лишаю ребенка отца?

Чуть не проезжаю свою остановку, бросаюсь к выхожу и судорожно вдыхаю весенний воздух и запах липы. На улице чудесная погода, и хочется подольше наслаждаться зеленью и теплом, но в это время я иду по улице и постоянно оглядываюсь, боясь, что за спиной увижу Руслана.

Когда оказываюсь в квартире Верочки, тут же запираю её квартиру на все замки и прохожу в единственную комнату, где укутываюсь тонким пледом, и вся дрожу от страха.

- Боже, что с тобой случилось, Сашка? Ты напугана!

Вера садится рядом со мной и успокаивающе гладит меня по всклоченным волосам. Сама в толстом махровом халате, с бигудями на голове и с какой-то жирной тягучей маской на лице.

- Никому не открывай дверь, Вера! Иначе Зимин проберется к тебе в квартиру и выкрадет меня и ребёнка.

Вера громко смеется, до икоты и только обуздав свой дикий смех спустя пять минут произносит:

- Да перестань, Сашка – Руслан вполне адекватный и совсем не похож на тирана…

Я выглядываю из-под одеяла, подозрительно кошусь в сторону подруги и прищуриваю глаза в странной догадке.

- А ты откуда знаешь, какой он?

Вера поднимается с места и начинает пятится к двери.

- Понимаешь, на днях мы встретились с Русланом и немного пообщались. Не только о тебе, Сашка. Обо всем на свете… И знаешь, он очень серьезно настроен стать отцом. Он безумно этого хочет…

- Стать отцом, Вера! Но не семьей – это две разные вещи!

Я поднимаюсь с дивана, выпутываюсь из одеяла и хватаю подушку - первое что попадается под руку и направляюсь к подруге с воинствующим взглядом. Верка пятится к кухне и сшибает по пути статуэтки с изображением Будды, слонов и денежных мешков.

- Что. Ты. Ему. Сказала? – включаю всё свое хладнокровие, чтобы подруга даже не думала со мной шутить.

- Ничего особенного! Просто рассказала, что тебе сложно с тех пор как вы расстались с мужем; что он тебе изменял, что у тебя появился отличный шанс начать новую жизнь, и чтобы Зимин не жал тот жалкий миллион…

В этот самый момент начинает трезвонить мобильный. Вера достает свою «ракушку» из кармана халата и испуганно смотрит на меня.

- Это Руслан!

- Что смотришь? Отвечай! И только попробуй сказать, что я у тебя – подруги ты лишишься тут же. Впрочем, как и жизни.

Вера нервно сглатывает, раскрывает телефон и с силой прижимает его к уху.

- Нет, Саша не у меня… Честное слово, Руслан. Хорошо, как только что-то узнаю – тут же перезвоню.

Она отключается, бросает мобильный назад в карман и смотрит на меня виноватым взглядом.

- Что сказал?

- Не поверил кажется, но сказал перезвонить, как только я что-то о тебе узнаю.

Рычу от возмущения и начинаю нервно расхаживать по комнате. Может переехать? Скрыться, исчезнуть? Сказать ребенку, что его папа лётчик и космонавт…

- Саш, а как ты жить собралась? Неужели ты будешь все время от него скрываться?

- Не знаю, еще не решила. Но завтра ты дашь мне отгул на половину дня за то, что поступила со мной как настоящая предательница!

Вера согласно кивает, любезно уступает мне место на диване, а сама укладывается на раскладушке. Ночью мне долго не спится. Мучает то жажда, то холод, я то и дело слышу странные шорохи в подъезде. Кажется, что сейчас в квартиру вломится ОМОН и силой потащит меня в дом к Руслану. А потом я проваливаюсь в спокойный умиротворенный сон.

Утром мы спешно пьем чай с бутербродами, и Верочка убегает на работу, предоставляя мне возможность прийти в себя до обеда. Я решаю вернуться в свою квартиру, для того чтобы принять душ, переодеться и вызывать такси стараясь не расхаживать по улице в одиночестве.

Верочка убегает в сторону остановки, а я крадусь по улице словно шпион - оглядываюсь по сторонам и с облегчением выдыхаю, когда оказываюсь в подъезде. Поднимаюсь в лифте на свой этаж, выхожу на лестничной площадке и вскрикиваю от страха, потому что прямо у моей двери сидит на ступенях мужчина.

Когда подхожу ближе узнаю знакомые очертания – крупную фигуру, короткостриженую голову и рубашку с пальмами, которую мы покупали вместе с Васей перед поездкой в Геленджик.

- Вася? – спрашиваю шепотом.

Мужчина отрывает голову от стены, поворачивается и я и правда узнаю своего бывшего мужа, семейная жизнь с которым кажется была в далёком- далёком прошлом.

глава 11

Руслан.

Когда проходит двадцать минут, а Сашка так и не выходит из дамской комнаты, я не на шутку начинаю волноваться. Как-никак она теперь моего ребёнка носит, и я думаю в первую очередь явно не о ней.

Чтобы не мучится догадками шагаю прямо по коридору и останавливаюсь у дамской комнаты. Постучать? Зайди без стука? Позвать? Как нельзя вовремя мимо меня проходит уборщица с ведрами и шваброй.

- Простите, Вы не могли бы зайти в уборную и узнать, как дела у моей ммм… супруги? Дело в том, что она в положении и я волнуюсь, не стало ли ей там плохо?

Уборщица странно косится на меня, но после вложенной купюры в синий рабочий халат довольно улыбается и кивает словно китайский болванчик, соглашаясь на всё. Скрывается за дверью, попросив меня быть на страже, чтобы охранять многочисленные швабры и тряпки, а то ходят тут всякие… Спустя несколько минут выходит и озадаченно мотает головой.

- Нет там никого, сынок, - она хмурит лоб, будто что-то вспоминает и тут же спрашивает: – Жена светленькая?

- Чья жена? Ах да, моя жена. Светленькая, да.

- Так она это… через чёрный ход убежала. Она так спешила, что из её сумочки вылетел паспорт. На вот, передай.

Уборщица достает из нагрудного кармана книжечку в кожаной обложке и протягивает мне. Раскрываю, довольно ухмыляюсь, увидев не совсем удачное фото Котовой и забираю паспорт себе.

- Спасибо большое. Наверное, моей жене стало очень-очень плохо, и она убежала к нашему семейному автомобилю.

Работница клиники понятливо кивает и оставляет меня одного в пустом коридоре, где из меня прямо сочится злоба и нецензурная брань.