Спорим (не) влюблюсь - Кайя Сэнд

— Мариша, — папа ласково обрывает её. — Не подавай ей идей. У неё и так твой склад ума.

— Я не поняла. А чем это тебе не нравится мой ум?

Отключаюсь, оставляя родителей наедине с их спорами. Папа ни капли не был авантюрным и постоянно спорил с мамой об этом. Мы все знали правду — именно за её характер без ограничителей он и влюбился в неё. Но споры в нашей семье любили все, чего уж скрывать.

Ручка двери поворачивается, но не хочу смотреть на свою соседку. Это точно не Лиза, у той отдельный номер. Вряд ли кто-то из её подруг, но всякое бывает. И пока меня не трогают, можно притвориться спящей.

Кровать рядом прогибается по чьим-то весом. А в волосы зарывается наглая ладонь. Нет, ну нет. Я уже с первых секунд знаю, кто пришел. Давать ключи от номера левым парням — ну я и устрою своей соседке.

— Приветик, морковка.

— Господи, Исаев, ты совсем не успокаиваешься? — переворачиваюсь, смотря на парня. — Я спать хочу, и отдыхать. Сейчас я никуда с тобой не пойду, хоть силком тащи.

— Я и не тащу. Пришел, как и ты, отдыхать.

— Отдыхай в своем номере.

— Так я в нём. Оказывается, легко поменять отдельный номер на часть твоей кровати. Таня даже не спорила.

— Не поняла…

— Мы теперь живём вместе, ты рада?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Рома, отель

Я ведь говорил, что уже сегодня Маргоша окажется в моей постели. Ну, немного не так, как хотелось бы. Но факт остается фактом. Лежит рядом, закутавшись в два одеяла, и сопит недовольно.

— Даже скандала не устроишь?

Сдаюсь первым, потому что её молчание нервирует. Не вспылила, не послала на три веселых буквы. Закрылась в ванной на полчаса, а когда я вернулся из душа — сгребла все одеяла в номере и отвернулась к окну.

Пришлось звонить администратору и просить дополнительное покрывало. Маргоша была не намерена делится, жадина мелкая.

— Есть шанс, что после скандала ты уйдешь? — спрашивает в итоге, разворачиваясь ко мне личиком.

— Нулевой.

— Ну вот и смысл? Исаев, я устала и не могу двигаться. Завтра съедешь, а сейчас не хочу спорить.

— Никуда я не съеду.

— Пожалуюсь Анне Викторовне.

Кураторше было откровенно плевать на такое. Пока студенты отмечались до комендантского часа и не устраивали драки, всё было нормально. Даже если потом компания сваливала на всю ночь, а разборки устраивались в городе — Анну Викторовну это мало волновало.

Условности соблюдены и то хорошо.

— Все парочки ночуют вместе. Больше восемнадцати, значит всё можно.

— Нажалуюсь родителям.

— Моим или твоим?

— Своим.

— И заставишь их волноваться и переживать. Не-а, не будешь ты жаловаться, морковка. А врать не хорошо.

— Тогда твоим.

— Удачи с этим. Мама будет закатывать глаза и говорить, что все сыновья пошли в отца. Ну и скажет, что с девушками так себе не ведут. А папа… Поверь, морковка, ты не хочешь, чтобы отец давал мне советов. Тебе же хуже.

Маргоша рычит и сильнее заворачивается в одеяло. Так, что только рыжая макушка торчит и глаза видно. Смотрит недовольно, хмурится, но утихает.

Видать, действительно устала за сегодняшний день. Слабачка. Ну, чуть заблудились среди улочек, пока искал статую современно искусства. Ну, может, и специально, чтобы в отель не возвращаться.

Погода хорошая, да и в той части центра мало туристов было. Почти идеальное место для соблазнения. Только Маргоша соблазняться не хотела. Ловко уходила от всех прикосновений и уносилась вперёд. Будто лучше меня знала дорогу.

— Ты мою честь опорочишь, — выдает в итоге. — Слухи пойдут, потом никто замуж не возьмёт. Не жалко меня?

— А зачем тебе замуж аз нелюбимого выходить?

— Почему это? За любимого.

— Ну, проблема решена. Ты же в меня влюблена будешь, а раз я твою репутацию опорочил, то я замуж и возьму.

— Щедрое предложение, Исаев, но я обойдусь. Мне твоя фамилия не нравится.

Откровенно смеюсь над этим заявление. Ага, половина города пытается под венец старших братьев затащить, а этой не нравится. Там, конечно, ещё деньги роль играют, но это мелочи.

— Нормальная фамилия.

— Маргарита Исаева не звучит, прости.

— Вообще-то, очень даже звучит.

— А знаешь? Ты прав. Маргарита Исаева, — повторяет, растягивая фамилию. — Хорошо, что у тебя братьев полно.

Вот же зараза мелкая! Улыбается нагло, меня на крючок поймав. Сама того не понимая, подливает масло в огонь. Сильнее теперь у Ника выиграть хочется, доказать, что девушка не в него влюблена. Они ведь не общались, почти…

Ну, может на тренировках пару раз, и то, мужская команда по бегу отдельно занималась. А так не было, где им пересечься. Вот пускай брат лишнего и не думает.

Меня полюбить у Маргоши больше шансов.

— Так ты скоро уходить будешь?

— Мы, вроде, решили уже, что я здесь жить буду.

— Вы в клуб собирались. Вот и иди. Топ-топ, Ром, топ-топ. Могу даже сама за тобой дверь закрыть.

— Это Ник с компанией собирался.

Я в списках желающих тоже был. Ещё дома обсуждали, как в Париже развлекаться будем. Но за день выдохся. Да и зачем мне душный клуб, когда можно Маргошу доставать?

— Я весь твой на эту ночь.

— Какое счастье. Тогда свет выключай, я спать собираюсь.

— Вот так, морковка? Жертвую ради тебя встречей с друзьями, а ты не ценишь.

— Друзей ты ещё догнать можешь.

Упрямая и не пробивная. Приходиться реально вставать и топать выключать свет. Через окно пробивается свет других домов и фонарей. Достаточно, чтобы не убиться по дороге обратно. Но мало, чтобы реакцию девушки считать, когда к себе притягиваю.

— Руки убрал.

— Не могу, а вдруг ты сбежишь? Не, морковка, только так.