Пари на замужество - Алла Биглова

Светлана

Выскочила на улицу, чтобы хоть немного остыть. Сумасшествие, начавшееся во вторник, с каждым днём нарастало, набирало обороты, и это сводило с ума.

Через десять минут прогулки немного успокоилась и пожалела, что оставила свой обед. Желудок кричал о том, что пустой. Чувство голода одолело, и я сдалась, перекусив в фастфудной кафешке, мысленно молясь, что не поправлюсь очень сильно, и не отравлюсь чем-то испорченным.

Во время обеда Игорь звонил дважды, но я не взяла трубку, принципиально решив не делать того, чего он умолял меня сделать. С каждой секундой это становилось только подозрительнее, и я не была готова подставиться даже ради друга.

Вернулись мы с Владимиром одновременно, остановившись возле лифта. У меня возникло стойкое ощущение дежавю, и, судя по комментариям мужчины – у него тоже.

– Ты разве не на кухне обедала?

– Вышла прогуляться, – коротко ответила, не желая продолжать разговор.

– А чего без чашки кофе? Было бы чем меня облить.

– Ну, сейчас ты не мерзкий незнакомец, – парировала, сцеживая яд на ни в чём не повинного парня.

Брось! Он ни в чём не виноват только сегодня!

– Перестал быть мерзким? – и вновь такая «очаровательная» улыбка на его лице. Хоть сейчас падай к его ногам!

Бесит!

– Перестал быть незнакомцем, – спустила его с небес на землю. Ибо нефиг!

Его улыбка погасла, и мы доехали до нашего этажа в полном молчании. Принялись за работу: нам оставалось совсем немного.

Вот только нормально работать мне не дали. Ближе к трём позвонила Карина, и я, ничего не подозревая, вышла поболтать с подругой. Владимир не возражал: он как раз изучал работу бухгалтерии, оставшись довольным работой коммерческого отдела.

Ну, хоть тут обойдёмся без лишних угроз.

– Что-то случилось? – спросила я, выйдя в коридор.

И тут на меня полился целый поток слов, которых я не ожидала услышать. Так и стояла возле окна в полном одиночестве с открытым ртом.

– Да как тебе не стыдно! Игорь столько тебе помогал, когда ты ничего не понимала в бумагах, а ты вот так с ним обходишься! Ты же понимаешь, какой это тиран этот новичок! Никогда не знаешь, как и когда придётся защищаться! Ты хочешь, чтобы Игоря уволили? Тебе же самой будет стыдно от твоего бездействия!

– Ты понимаешь, что это – нарушение всех мыслимых и немыслимых законов и правил?! – ахнула, не ожидая такого от подруги.

– Да, брось! Я уверена, что у маркетинга всё в порядке! Просто ты же знаешь, если человек захочет прикопаться, то прикопается к любым мелочам! Надо устранить эти мелочи и обезоружить гада! – тараторила Карина, явно не понимая о чём она говорила.

Складывалось ощущение, что ей хорошенько промыли мозги на выходных.

– Ты хоть понимаешь, что ты несёшь? – чувствовала, как начал дёргаться глаз. Не знала, кого хочу убить первым: Владимира или Игоря. И почему все мои проблемы из-за мужчин, которые меня даже не интересуют!

– А ты понимаешь, что друзья нужны не только в радости, но и в горе? Ты должна ему помочь, а не оставаться в стороне, глядя как его уволят! – Карина говорила таким тоном, словно отчитывала глупого ничего не понимающего пятилетнего ребёнка.

Со злостью отключилась, не желая больше слушать нотации. Все действия друзей только убеждали меня, что что-то не так.

Вернулась к работе. Настроение продолжало падать в геометрической прогрессии. Ещё немного поработали, разобрав несколько отчётов. Внимательно наблюдала за Владимиром: по его улыбке поняла, что и с бухгалтерией всё в порядке.

В пять позвонил Игорь, вновь умоляя меня сделать то, чего я не хотела. Сдалась, взяла трубку и вышла в коридор, где наорала, не сдерживая эмоции и мысли по поводу его идеи, окончательно отказавшись от аферы.

В итоге мы разругались, и я вернулась в кабинет, где сидел ненавистный мне мужчина, испортивший мою сладкую жизнь за короткие четыре дня.

А Владимир, тем временем, улыбаясь во все тридцать два зуба, радостно встал из-за стола.

– Спасибо, Свет. Я всё понял, часть документов возьму на вечер и на выходные. Ты же не против?

– И как я могу запретить своему боссу? – буркнула, понимая, что начинаю вскипать, но остановиться уже не могла. – Смотрите-ка, какой нежный! Четыре дня поработал бедняга, и уже устал! Совершил один переворот, взбудоражил всех и довольный сваливает на выходные! Молодец!

– Какая муха тебя укусила? – Владимир тоже начинал злиться.

– Никакая! Иди уже домой, оставь мне последний час в тишине и спокойствии без твоих глупых вопросов! Надоело! Работать под твоим начальством – сущий ад!

– Мне очень жаль. Тогда заранее напиши заявление на увольнение и держи его в тумбочке, – отчеканил Владимир и ушёл, громко хлопнув дверью.

Уронила лицо в руки, желая расплакаться, но слёз не было. Настигла сильнейшая усталость и ощущение безысходности.

Я ничего не могла изменить, и это раздражало.