Рай на тропическом острове - Робин Доналд

– И как вам не совестно, Нико, – для проформы возмутилась молоденькая новозеландка.

– Леола… Весьма необычное имя и очень красивое, – проговорил принц, передавая ей пузатый фужер с бренди.

– А как же кофе? – спросила она.

– Как-нибудь позже, – махнул он рукой. – Откуда взялось это имя?

– Леола – это мамина версия мужского имени Лео, – пояснила девушка. – Мама говорила, что я родилась с гривой, похожей на львиную.

– Вот как? – рассмеялся Нико.

– А сестру мою она назвала Гизеллой, потому что с первых дней она была белокожа, как фарфоровая куколка, и с иссиня-черными волосами и напоминала маме статуэтку балерины… Наша мама была очень романтичной женщиной.

– И с фантазией, – добавил Нико.

– Со временем все упростилось. Гизеллу стали звать Элла, а меня – Лолли.

– Ну а себя ты можешь назвать романтиком? – спросил собеседник.

– Навряд ли, – покачала головой девушка.

– Наверное, ты плохо себя знаешь, – предположил он, вновь заключив Леолу в объятия.

Она не пыталась противиться, пристально наблюдая за принцем. Нико же смотрел на белокурую девушку испытующе.

– Могу обхватить крепче, могу и отпустить. Все от тебя зависит, – сказал он.

– Да вы просто играете со мной, Нико, – скептически проговорила Леола. – Такое не может нравиться.

– Другие не возражали, – самодовольно сообщил принц.

– Значит, я исключение из правил, – резко заявила блондинка и попыталась сделать шаг назад.

Нико проворно привлек Леолу к себе и, обхватив ее голову обеими ладонями, осыпал поцелуями.

Принц Нико был уверенным в себе героем-любовником. Он думал, что знает женщин. Полагал, что они ценят его за властность и страстность в одинаковой степени. Поэтому и предположить не мог, что такие необузданные поцелуи могут отпугнуть. Услышав срывающееся дыхание Леолы, Нико решил, что это от взаимности. Она билась в его объятьях, надеясь высвободиться, он же был уверен, что девушка трепещет от переизбытка чувств.

Телефон Нико заверещал.

Он отпустил Леолу и лениво уведомил ее:

– Я принесу кофе в твою комнату.

– В этом нет необходимости, – отозвалась Леола.

– Почему? – удивился он, помедлив с ответом на звонок.

– Просто нет, и все – резко ответила девушка и удалилась.

Леола поспешила раздеться и выключить свет, чтобы принц больше не беспокоил ее. Она лежала на постели, натянув до подбородка шелковое одеяло. Думала и одновременно пыталась отвлечься от тревожащих мыслей. И еще ей было страшно любопытно, кто это может звонить Нико Магнати в столь поздний час…

Она даже слышала, как принц говорил по телефону, но не разбирала слов – вовсе не потому, что его голос звучал тихо, просто она не знала языка, на котором Нико разговаривал так эмоционально и бегло.

Девушка была крайне заинтригована, и не только этим звонком, но и самим принцем. Как она ни старалась сохранять беспристрастность, но все же приходилось признать, что родовитые люди – особенные. Есть в них что-то неуловимое, что выгодно отличает их от всех прочих.

Вот она и размышляла над этим, суммируя все, что узнала о нем и его непростой судьбе. И сколько бы общего ни обнаружилось между их детскими судьбами, все же различия перевешивали сходство.

Леола не заметила, как уснула. Она уж и не вспоминала о бессонных ночах и о причинах своего ухода из модного дома Табиты Грэнтхем, как если бы это происходило не с ней.

– Нет! – тоном капризного ребенка проговорил Нико Магнати.

– Простите, но я и не собиралась спрашивать вашего позволения, принц, – ответила Леола.

– Я запрещаю! – более категорично высказался он.

– Какая чушь, Нико! – невоздержанно отозвалась девушка. – Ну что может со мной случиться на показе Шанель в средоточии парижской модной жизни? Вы хоть в состоянии представить себе, чего мне стоило загодя раздобыть пригласительные? Там же кругом секьюрити. И Магда Райт обещала быть. Она хочет познакомить меня с некоторыми из своих французских коллег.

– Нет! – рявкнул Нико.

– Нет?! Вы понимаете, насколько это для меня важно?! – вскипела Леола. – Ради таких шансов любой начинающий дизайнер готов рискнуть всем, что у него есть, включая собственную жизнь! – патетически воскликнула она.

– Я своего решения не изменю, – раздраженно пробурчал принц.

– Тогда вы еще более безумны, чем тот, от кого пытаетесь меня защитить, – заявила девушка. – Можете считать меня неблагодарной, но я этого не оценю.

– Мне все равно, – Нико постарался придать своему голосу безразличный тон.

– Зато мне не все равно! – бросила Леола. – Я хочу попасть на этот показ! И я на него попаду, чего бы мне это ни стоило!

– Это опасно.

– Чем же? Тем, что я получу удовольствие, завяжу полезные знакомства, что-то почерпну для себя? Чем мне может грозить нахождение в сугубо профессиональном кругу, в который вхожи только представители сообщества модельеров и звезды шоу-бизнеса?