Грешная вдова - Аманда Квик

– Он последователь ванза, – сказала Мэделин. – Это значит, что он ведет какую-то двойную игру. Мне кажется, рискованно нанимать его в качестве помощника.

– Вряд ли такие слова, как «нанимать» или «давать работу», применимы к мистеру Ханту. Мы хотим попросить его оказать нам услугу, – по-моему, это звучит лучше. – Бернис улыбнулась. – Трудно представить этого человека наемным работником, если ты понимаешь, что я имею в виду.

– Как раз наоборот. Смотреть на мистера Ханта как на платного работника – единственно разумный способ общения с ним. – Мэделин подалась вперед в своем кресле за письменным столом и стала внимательно разглядывать стоявшее перед ней медное пресс-папье, точно это был древний оракул. – Если мы примем мой план, то нам надо сразу же и безоговорочно указать мистеру Ханту на его место.

Бернис отпила чаю, который принесла Нелли.

– Хм-м…

– Больше всего я боюсь, что в этом вопросе у нас нет никакого выбора.

Бернис озадаченно уставилась на свою племянницу:

– Ты о чем?

– Видишь ли, он знает про папину книгу.

– О Боже!

– Конечно, не надо было ему ее показывать. – Мэделин, взволнованная, встала. – Я сказала про книгу, чтобы объяснить, откуда мне известно про его связь с «Павильонами мечты». Я хотела таким образом убедить его в том, что не вела за ним активной слежки.

В глазах Бернис погасли веселые искорки.

– Теперь он знает, что некоторые его секреты записаны, и наверняка захочет любой ценой завладеть этим журналом.

– Боюсь, ты права. – Мэделин посмотрела в окно, на сад. – Я видела его глаза, когда он дошел до страницы со своим именем. Вот когда я поняла, что совершила большую ошибку.

– И ты предложила ему сделку? – кивнула Бернис. – Что ж, неплохая идея. Кажется, он довольно охотно отнесся к твоему предложению.

– Даже слишком охотно, на мой взгляд. Но что еще делать, я не знаю. Придется держаться выбранной линии. – Мэделин взглянула на тетушку. – Безусловно, он может быть нам полезен. Вчера ночью я видела его в деле. Он придумал довольно умный план спасения Нелли из таверны, а потом тащил ее на плече по всему переулку. Он весьма силен физически для мужчины его лет.

– Едва ли его можно назвать стариком.

– Нет, конечно, – поспешно согласилась Мэделин. – Я просто имела в виду, что он уже не так молод.

– Это верно.

– Но и не стар, как ты только что заметила, – упрямо продолжала она, – одним словом, он как раз в том возрасте, в каком нужно. Зрелый, но энергичный.

– Зрелый, но энергичный, – ровным тоном no-торила Бернис. – Да, пожалуй, это описание подходит Ханту.

– Знаешь, я сомневаюсь в твоих выводах насчет того, почему мистер Хант скрывает свою связь с «Павильонами мечты».

– Сомневаешься?

– Да. Я уже не так уверена, что он делает это, потому что хочет найти себе богатую и знатную невесту.

Бернис удивленно приподняла брови:

– Но почему? Породниться с влиятельной семьей – вполне логично для джентльмена с амбициями.

– Да, наверное, мистер Хант и впрямь не лишен амбиций. – Мэделин побарабанила пальцами по подоконнику. – Но вряд ли женитьба входит в их число. Мне почему-то кажется, что если бы он задался такой целью, то уже давно бы ее достиг.

– Логично.

– Должно было быть объявление о помолвке. На худой конец до нас дошли бы слухи, связывавшие его имя с какой-нибудь молодой дамой из высшего общества.

– Ты права. – Бернис помолчала. – Но мы не слышали никаких упоминаний об этом. Как ты думаешь, почему?

– Кто может постичь, что на уме у магистра ван-за? – Мэделин резко обернулась и принялась расхаживать по библиотеке. – Но он какой-то…

– Какой?

Маделин повела рукой, ие зная, как описать то, что подсказывала ей интуиция.

– Хант отнюдь не типичный джентльмен из высшего общества. Он как сокол среди мотыльков.

– Зрелый, но энергичный сокол среди мотыльков? – Живые глаза Бернис заискрились смехом. – Любопытное описание. Почти метафизическое и весьма поэтичное.

– Ты находишь мое описание Ханта смешным?

Бернис улыбнулась:

– Моя милая, я нахожу его очень и очень обнадеживающим.

Мэделин перестала ходить.

– Что ты хочешь этим сказать?

– После твоего неудачного брака с Ренвиком Девериджем я начала опасаться, что в тебе уже никогда не проснется здоровый интерес к противоположному полу. Но сейчас, кажется, у меня нет причин для беспокойства.

Маделин была так ошеломлена, что даже потеряла дар речи. Наконец она справилась с первым потрясением, но так и не нашлась, что сказать.

– Ну знаешь, тетя Бернис…

– Ты целый год сидела взаперти, прячась от всего мира. И это вполне объяснимо, учитывая все то, что тебе пришлось пережить. Однако давнишние события могли вылиться в еще большую трагедию, окажись, что ты навсегда утратила естественные женские чувства. Я считаю твой очевидный интерес к мистеру Ханту очень хорошим знаком.