От кого хочет миллиардер - Мила Дали

Бегу в кухню, однако по пути мне попадется на глаза открытая дверь в комнату отдыха. Там черный кожаный диван и камин у стены. Чудесный камин из серого камня. Рядом с ним аккуратной стопочкой сложены березовые поленья. На кованой подставке висит совок, щетка и острая железная кочерга!

Заскочив в комнату, хватаю эту подругу. Крепко сжимаю рукоять, пытаясь унять дрожь. Крадущимися шагами направлюсь обратно.

Незнакомец продолжает быть на первом этаже.

— Уничтожил, — бубнит он. — И арку разбомбил. — Стоя ко мне спиной, он вдруг замирает, а потом четко говорит, — выходи уже, я давно тебя заметил!

Дернувшись только от его голоса, все-таки показываюсь из-за угла, стараясь, не дать незнакомцу понять, что я испугалась. Я нахожусь наверху лестницы, а вот мужчина внизу.

— Кто вы? — спрашиваю, держа наготове кочергу.

Он медленно оборачивается, оглядев меня, хмурится.

— Я брат Орхана и бывший владелец дома, а ты кто?

Во мне откуда-то появляется ироничный смешок, наверное, от нервов. Какой он родственник? Я же не слепая.

— Если вы брат, то я Медуза-Горгона!

Он разворачивается лицом ко мне.

— В камень взглядом ты еще не научилась превращать, но судя по твоей прическе, купиться на Горгону можно.

Невольно встряхнув головой и вспомнив, что не успела расчесаться, а вчерашние залакированные локоны устроили бунт, все равно горделиво приподнимаю подбородок.

— Не пытайтесь меня запутать. Я спрашиваю, кто вы и зачем здесь ходите без разрешения. — Покашляв, добавляю, — разрешения Орхана, разумеется.

Мужчина делает шаг, на что я тут же приподнимаю кочергу и кричу:

— Ради бога, не приближайтесь, если не хотите крови и проблем!

Он ухмыляется и останавливается.

Я выдыхаю ртом.

Незнакомец точно не из рати Толгатова в противном случае, наплевал бы на мои предупреждения и набросился, забычив глаза.

Мужчина достает из кармана брюк телефон, звонит, поставив режим громкой связи.

— Рафаэль? — по ту сторону слышится голос Орхана.

— Доброе утро, брат, — спокойно отвечает он, зацепив меня взглядом, — я заехал забрать договор на поставки украшений для антикварной лавки. Без предупреждения, правда, потому что не знал о твоей гостье.

— Марика. — Мое имя Байрамов произносит гораздо мягче, — она рядом?

Краснею и мысленно ругаю себя за страх, бегущий впереди холодного разума. Толгатов настолько вымотал меня за эти дни, что я стала видеть врагов в каждом.

— Да, грозится наколоть меня на кочергу, милая девушка. Кто она?

Набираю воздухом легкие и быстро начинаю отвечать:

— Ква… — я хотела сказать квартирантка, чтобы дать внятное объяснение Рафаэлю, откуда я тут появилась.

Но договорить не получается, в это же мгновенье со мной звучит голос Орхана:

— Она моя любимая.

Его слова почти отшвыривают меня назад, покачнувшись, с трудом сохраняю равновесие. Как Байрамов меня назвал? Мне не послышалось?

Рафаэль опять на меня смотрит.

— Девушка в простыне, что ты хотела сказать?

— Ничего, — прячу кочергу за спину.

Рафаэль удивленно дергает бровью.

— Брат, — снова раздается голос Орхана, — документы наверху в кабинете.

— Хорошо, до встречи.

Рафаэль уверенно шагает к лестнице и взмывает по ступеням.

— Простите, пожалуйста, за такой прием, — каюсь.

— Брось, Марика, ты отлично повеселила меня, а твой странный облик и поведение — высший пилотаж. Впрочем, я никого другого не ждал в качестве возлюбленной Орхана.

Поравнявшись, кивает мне, а затем шагает по коридору. Выронив кочергу, следую за Рафаэлем.

— Я провожу, чтобы хоть как-то искупить недоразумение! Может, кофе предложить или чай?

— Откажусь, — в его голосе звучат ноты сомнения. — И давно вы вместе?

От прямолинейности Рафаэля у меня вспыхивают щеки. Раз Байрамов посчитал нужным сказать, что я любимая, значит, так будет лучше. Рискнув, решаю поддержать его идею.

— Не очень давно.

— А Вера как обрадуется, — размышляет вслух.

У меня же от звучания женского имени, да еще и в неопределенной интонации сильно забилось сердце, настолько заныло, что я не сдерживаю, спрашивая Рафаэля:

— Кто такая Вера, девушка Орхана?

Он, безошибочно остановившись у нужной двери, слегка улыбается.

— Моя жена.

У-ф…

— Думаю, она прекрасная женщина.

— Да.

Рафаэль забирает документы, вежливо попрощавшись, уезжает из особняка.

Ближе к двенадцати вызываю такси и направляюсь в квартиру за вещами. По пути звоню Алке, сегодня она должна быть на выходном. Ключи я не взяла, когда убегала.

— Ты дома?

— Легка как на помине, — сообщает Алла. — Твоя мама пришла, на пороге уже разувается.

— Зачем? — ахаю. — Она всегда предупреждает заранее.

— Не знаю.

— Я тоже еду, — отключаю звонок и невольно прижимаю телефон к груди, заволновавшись за маму.

Возле дома проверяю, все ли пуговицы застегнуты на пальто. Как же не вовремя мамочка решила пожаловать.

Дверь в квартиру Алка открывает быстро, посмотрев на меня с укоризной, отступает в сторону, пропуская внутрь.

— Я переживала, подружка, — шепчет она.

— Со мной все нормально, — снимаю ее кроссовки и становлюсь босыми ногами на коврик.

Алла осуждающе покачивает головой. В проеме между кухней коридором появляется серая тень мамы.

— Доченька что за вид? — ошарашенно смотрит на мои голые ноги. — Где ты была?

Алка скрещивает руки на груди.

— Нам всем интересно, Анна Ивановна.

Прохожу дальше по коридору.

— Подождите здесь, я сейчас переоденусь, и мы обо всем поговорим.

Проклятье. Моя впечатлительная мама может надумать невесть что.

В комнате быстро скидываю пальто, распахиваю дверку шкафа и достаю халат. В этот момент входит мама.

— Марика, это что такое? Почему ты приезжаешь домой в одном нижнем белье?

Опустив глаза, спешно накидываю халат и завязываю потуже пояс. Собравшись, шагаю к маме, но она шарахается от меня, жмется к стене. Я все равно беру ее за руки и подвожу к дивану.

— Присядь, пожалуйста.

Она, рухнув, не отрывает от меня взгляд. Опускаюсь подле нее на пол.

— Только не нервничай, но мы поругались с Артуром прошлой ночью. Я разозлилась и выскочила в чем есть. И свадьбы не будет, это конец, мам.

— Что ты говоришь детка? — подносит ладони к своим щекам. — Такого быть не может. Это все влияние ретроградного Меркурия.

— Нет мам, никто, кроме меня и Артура не виноват в расставании. Мне помог хороший мужчина, друг. Он забрал меня с улицы и увез переночевать.

— Друг? — бледнеет мама. — Что ж это за дружба такая, если ты возвращаешься в трусах?

Проглатываю ее слова. Мама — женщина консервативных взглядов.

— Замечательный человек, его зовут Орхан, — шепчу, прислонившись лицом к ее коленям.

Но мама меня отталкивает. Краем глаза замечаю Аллу.

— Правильно, Анна Ивановна, — принимает сторону матери. — Хороший мужчина должен сначала одеть, а уже потом раздевать!

Маму