Лучшая жена для султана - Кейт Хьюит

- А что будет после этого? - тихо проговорила Грейси, избегая его взгляда. - Ты не можешь просто появляться и исчезать из его жизни, когда тебе заблагорассудится.

- Я вовсе и не собираюсь. - Малик помолчал, подбирая подходящие слова. Ему претила мысль о том, что надо врать ей в лицо, но сейчас Грейси еще не в состоянии услышать всю правду. - Отныне я стану частью его жизни. Как это все будет на практике, зависит только от наших будущих договоренностей, которые мы обсудим позже.

В ней зародилось новое опасение.

- Ты говоришь о договоренности, касающейся опеки?

- Вовсе нет, - успокоил ее Малик. - Эти две недели помогут нам решить, как быть дальше. К тому же поездка принесет вам обоим море приятных впечатлений. Вы с Сэмом сможете увидеть новую интересную страну. Зачем же отказываться от такого шанса?

Его уговоры, все еще пугавшие ее, начинали звучать убедительно. Двухнедельный отпуск со всеми удобствами казался чересчур привлекательной идеей.

К тому же Малик и Сэм смогут познакомиться друг с другом, провести вместе время. Но все же страх не давал ей согласиться. Однажды Грейси уже не устояла перед этим мужчиной. Вдруг это повторится снова?

Но две недели - довольно короткий срок. К тому же ее привлекала возможность показать своей семье и знакомым, что она не неудачница, как они, скорее всего, думали о ней. Не несчастная мать-одиночка, а женщина, ради которой богатый, влиятельный человек приехал в американскую глушь, чтобы отвезти в экзотическую страну на отдых. И в тот момент ее даже не волновало, что подобные мысли делают из нее довольно поверхностную особу, которая зависела от мнения окружающих.

- Хорошо, - выдохнула она, только тогда осознав, что слишком надолго задержала дыхание. - Мы поедем с тобой на две недели.

Его лицо тут же озарилось улыбкой, которая обескуражила ее своей неотразимостью. Холодные серые глаза радостно заблестели, и Грейси увидела на мгновение Малика таким, каким он когда-то был. Вернее, каким он когда-то ей казался. Это очень опасная улыбка, и ей стоит научиться сохранять хладнокровие при виде ее.

- Спасибо. - Малик наклонился вперед и сжал ее руку.

Соприкосновение с его длинными теплыми пальцами вызвало в ней дрожь. Калейдоскоп чувственных воспоминаний снова закружился перед ее глазами. Как ей устоять целых две недели перед Маликом аль-Бахатом, если он снова пустил в дело свое обаяние?

- Когда ты хочешь, чтобы мы отправились в Алазар? - деловито поинтересовалась Грейси, высвободив руку и спрятав ее под столом.

- Завтра.

- Что? - Ее голос повысился на целую октаву. - Но у Сэма даже нет еще паспорта.

- Это не помеха.

Еще один намек на его неограниченную власть.

- К чему такая спешка? И что я скажу Сэму и своей семье?

- Правду. - Железная невозмутимость в его тоне заставила ее внутренне поежиться. Очевидно, его очарование исчезало с такой же неожиданностью, как и появлялось.

- Мне сообщить Сэму, что ты его отец?

- Нет, я сам ему скажу, когда придет подходящий момент. А своим родителям скажи, что шейх увозит вас на отдых.

- Похоже на правду лишь отдаленно, - с укором бросила Грейси. Противостоять Малику бесполезно, но хотя бы попытаться она должна. - Ты слишком торопишься. Мне надо предупредить на работе о своем отъезде, а Сэм…

- Я управляю целой страной и не могу ждать, пока Сэм закончит школьные занятия через пару дней.

Тут подошел официант и поставил перед ними их блюда: устриц в раковине на колотом льду и целую тарелку омаров. Грейси не могла решить, что из этого труднее съесть.

- Да уж, вот так приключение, - недовольно протянула она, уставившись на деликатесы.

Неожиданно Малик громко рассмеялся настоящим живым смехом.

- Мне кажется, тебе понравится. Ты знаешь, как их есть?

- А существует какой-то особый способ?

- Только если ты не желаешь испачкать себе все лицо.

Он наклонился к ней и, орудуя маленькой вилкой, раскрыл раковину, а затем поднес устрицу к ее лицу.

- Проглоти ее целиком, - подсказывал ей Малик чересчур чувственным тоном, не сводя с нее своих горящих глаз.

Грейси сомневалась, что сможет аккуратно проглотить желеобразное содержимое из его РУК.

- Давай, - подбадривал он ее. - Тебе понравится.

Что за странная двусмысленность в его голосе? Или ей всего лишь почудилось? Отбросив эти размышления, Грейси последовала его наставлениям, стараясь не скривить лицо.

- Вкусно? Говорят, это афродизиак.

- Я слышала, - сухо отозвалась она. - Но я в это не верю.

- Тебе нужны доказательства?

Ее сердце встрепенулось, готовясь выскочить из груди.

- Перестань, - послышался слабый лепет.

Малик сел прямо и занялся собственной трапезой, одним ловким движением расколов омара и вытащив мясо из хвоста.

- Мне кажется, что последние десять лет ты вела довольно тихую жизнь, - произнес он, запив порцию еды вином.

- Если ты имеешь в виду, что я не ходила в подобные заведения и не ела устрицы, то ты прав. - Ее голос задрожал от обиды.

- Я вовсе не это хотел сказать.

- Мне нравится моя жизнь, даже если я, по твоему мнению, выгляжу неотесанной простушкой. - Грейси закрыла глаза, сокрушаясь, что выставила напоказ неуверенность в себе.

- Я никогда не думал о тебе ничего подобного.

- Не важно. - Она съела еще одну устрицу. Еще немного - и эта странная еда станет ее любимым блюдом. - Прошлое осталось в прошлом. Нет никакого смысла в том, чтобы обсуждать ту злополучную ночь.

- Злополучную? - повторил Малик, склонив набок голову.

- Неудачно подобрала слово, - спохватилась Грейси, покраснев. - Рождение Сэма - лучшее, что произошло со мной.

- И со мной, - произнес он с щемящей сердце искренностью.

- Но ты ведь даже незнаком с ним, - позволила все-таки усомниться она.

- И я с превеликой радостью положу этому конец завтра же.

- Как же мне все ему объяснить?

- Разве десятилетнему мальчику нужны какие-то объяснения, чтобы отправиться в путешествие? - мягко возразил Малик.

Грейси молча согласилась с ним. Сэм будет вне себя от радости и не задаст лишних вопросов.