Красивая, как ночь - Лиз Карлайл

— Кэм, я сделаю все, что в моих силах. Обещаю тебе.

Словно устыдившись всплеска чувств, граф замолчал.

— Извини, — сказал он наконец, — что я поранил тебе палец.

Положив руку на стол, Хелен провела кончиком пальца по царапине.

— Может, я должна попросить еще десять фунтов за опасную работу?

Кэм взял ее за руку и повернул к свету, чтобы получше рассмотреть царапину.

— Думаю, жить будешь, — сухо произнес он, отпуская ее руку.

Хелен аккуратно сложила руки на коленях.

— Да, пожалуй. У меня были раны и посерьезнее.

Кэм никак не отреагировал на ее высказывание и снова замолчал.

— Значит, ты обещаешь остаться? — спросил он.

— Если ты этого хочешь, — ответила Хелен, понимая, сколь неразумно ее решение. — Я останусь по крайней мере на те шесть месяцев, за которые ты заплатил.

Вздохнув с явным облегчением, граф взглянул на пустой шкаф, дверца которого была по-прежнему открыта.

— Иногда я не могу не думать, что в этом и доля моей вины. То есть Ариана так замкнута, потому что я… Ну, ты наверняка знаешь, какой я.

Хелен откинулась на спинку стула и внимательно посмотрела на него.

— Когда-то я хорошо знала тебя, — тихо призналась она. — В молодости ты был достаточно молчаливым. И вообще чересчур серьезным.

— Это я и имею в виду.

— Вряд ли причина в этом, — сказала Хелен больше себе, нежели ему. — Хотя некоторые виды наследственных заболеваний переходят к детям, однако немота — крайне редко. У Арианы это скорее проявление внутреннего страха. Возможно, реакция на какую-то травму? Но совсем не то, что передается по наследству, вроде кривого носа или голубых глаз.

Кэм вдруг напрягся, и в его голосе зазвучали холодные нотки:

— Я говорю не о наследственной болезни. Я убежден, что дело не в этом. Возможно, страх, о котором ты говоришь, это страх вырасти такой же, как я, — чересчур серьезной, чересчур погруженной в себя. И теперь, когда ее мать умерла, перед ее глазами уже нет никого, кто мог бы служить ей примером обычного, нормального человека.

Хелен видела, что он говорит вполне серьезно.

— Ах, Кэм, это же совершенная ерунда! — успокаивающе засмеялась она. — Лучшего примера для подражания ребенку не найти, потому что с тобой все в порядке. А я, кстати, всегда считала тебя почти совершенством.

— Господи, Хелен! — Он был искренне поражен. — Надеюсь, ты так не считала.

Она даже не заметила, как они стали называть друг друга по имени, но сейчас это казалось вполне уместным.

— Да, ты был в моих глазах совершенством. Возможно, чересчур серьезным, но ведь на тебя всегда давило бремя семейных обязанностей. — Его брови удивленно приподнялись. — Господи, Кэм! Неужели ты считал, что я ничего не вижу? Пусть я была молода, но далеко не глупа. Однако теперь, когда ты повзрослел, я думаю… — Она замолчала.

— Ну, продолжай, Хелен! — проворчал он. — Скажи это.

Она покачала головой.

— Это было бы неприлично.

— Хелен, ты и приличия как-то не совмещаются в моей голове, — с полуулыбкой ответил Кэм. — Выскажись, и дело с концом!

— Извините, лорд Трейхерн, приличия я в себе выработала, и большой ценой. Теперь я стала невероятно скучной, но я все равно скажу. На мой взгляд, вы стали холодным и немного вспыльчивым, хотя я не понимаю, какое отношение это может иметь к проблеме Арианы. Вот! Я все сказала!

Кэм рассмеялся, и его глаза озорно прищурились. В отличие от большинства мужчин его возраста у него не было морщинок, образующихся от смеха в уголках глаз и вокруг рта, тем не менее его смех звучал искренне. Сердце Хелен неожиданно дрогнуло от этого милого знакомого смеха.

— Вспыльчивый и холодный? Только два определения, Хелли? — возразил он, употребив придуманное им для нее старое прозвище. — Боюсь, ты лопнешь, если начнешь сдерживаться и не скажешь всего. — Глаза у него подобрели, и вдруг он показался ей таким молодым и таким нежным.

— Может, в другой раз, — с наигранной легкостью ответила Хелен, вскочив со стула. — Я… мне нужно распаковать вещи и подготовиться. Я начну работу с Арианой, как только она привыкнет ко мне.

— Конечно, — сказал Кэм, тоже вставая. Он задумчиво провел рукой по ее дорожному чемодану, и его пальцы нащупали порванный ремень. — В деревне есть отличный мастер, — рассеянно произнес он. — Отдай чемодан Милфорду, он с удовольствием отнесет его в починку.

Хелен смотрела, как он гладит старую кожу.

— Нет! — воскликнула она, приходя в Себя. — То есть… нет, благодарю. Пусть все останется так, как есть. Это напоминание о том, что мне… хотелось бы запомнить.

— Вроде нитки, завязанной вокруг пальца? — улыбнулся Кэм.

— Вот именно. — Чувствуя необходимость срочно занять себя чем-то, Хелен схватила первую попавшуюся на глаза стопку книг и понесла на другой конец длинного рабочего стола. — Вы сказали, что увидите Ариану за ленчем?

— Да, я стараюсь встречаться с нею за едой в полдень, если позволяет время. — Кэм неуверенно взглянул на нее. — А что? Ты бы хотела присоединиться к нам?

— Благодарю, не сегодня. Я уверена, что лучше всего дать ей постепенно привыкнуть к моему присутствию в доме.

— Конечно. — Тон Кэма стал несколько сдержанным.

Хелен начала вынимать из деревянного ящика крошечные музыкальные инструменты.

— Скажи, она была очень привязана к последней гувернантке?

— Нет. Более того, мисс Эггерз была лишь одной из нескольких гувернанток, которые так ничему и не смогли научить девочку. За последние двенадцать месяцев я нанял одну за другой трех гувернанток, и, должен признаться, мы все устали от их приездов и отъездов.

Хелен улыбнулась немного скованно.

— Дай мне знать, когда сочтешь, что она может остаться со мной наедине. А до того момента я понаблюдаю со стороны.

Кэм отвесил ей полупоклон.

— Разумеется, — учтиво произнес он и вышел из комнаты.

* * *

Хелен так увлеклась работой, что пропустила ленч. Она разобрала все ящики и сделала перестановку в классной комнате. Теперь, когда она наконец увидела Ариану Ратледж, ей не терпелось подружиться с девочкой, оценить ее возможности. Но столь же горячо она желала избегать встреч с темноволосым красавцем, отцом Арианы.

Проведя утро в спорах с Кэмом, а затем посмеявшись вместе с ним, она чувствовала странную настороженность и какое-то смущение. Он выглядел на удивление непредсказуемым, его настроение быстро менялось, что ему абсолютно несвойственно. Все это весьма тревожило Хелен, а поскольку день выдался хотя и прохладным, но солнечным, она решила отправиться на долгую прогулку по окрестностям, надеясь, что воздух поможет ей привести в порядок свои мысли.