Мирра. Сердце Зорры - Александра Аливари

Когда мы уже почти дошли, я вдруг вспомнила, что оставила свою ручку в аудитории профессора Дамиано. Мысль о том, что придется вернуться, заставила меня содрогнуться.

— Это же ручка твоего отца, — прошептала Из. — Ты так просто ее оставишь?

— Конечно же, нет, — тяжело вздохнула я и повернулась к Эм:

— Иди, займи нам места, а я сейчас вернусь. Забыла кое-что в аудитории.

— Хорошо, только не опаздывай, профессор Мевдис этого не любит.

Мимолетно удивившись такому знанию привычек преподавателя, с которым у нас еще даже не было лекций, я понеслась по коридору, молясь про себя, чтобы декана там не оказалось.

Завернув за угол, я на полном ходу налетела на кого-то. Сильные руки придержали меня за талию, удержав от падения.

— Простите, я вас не заметила, — торопливо извинилась я, подняла глаза и мысленно простонала.

— О нет!

— Тебе сегодня явно везет, — хохотнула Из.

Глава 6

Передо мной̆ стоял парень из столовой̆. Тот самый̆, от которого я сбежала на завтраке. Светло-серые глаза пристально разглядывали меня, а на тонких губах играла легкая усмешка. Вдруг я осознала, где именно находятся его руки, и резко отстранилась, сбрасывая их.

— А я как раз тебя искал, — задумчиво произнес он.

— З-з-зачем? — проблеяла я, осторожно пятясь назад.

— Как это зачем? — деланно удивился парень. — Хотел спросить, что такого смешного ты увидела за завтраком? По какому поводу было фырканье?

— Эээ… Просто чаем поперхнулась.

— По спинке постучать? — оскалился парень и слегка замахнулся.

— Нет-нет! Все в порядке, — зачастила я, подавшись назад. — Я очень спешу, извини!

Осторожно обогнув парня, я быстрым шагом направилась дальше по коридору, пытаясь не сорваться на бег. Чувствуя, как спину сверлит тяжелый взгляд, мне понадобилась вся сила воли, чтобы не обернуться.

Оказавшись у аудитории, я притормозила и осторожно заглянула в приоткрытую дверь. Из груди вырвался вздох облегчения. Внутри никого не было. Пройдя к своему месту, я начала шарить рукой под столом в поисках ручки.

— Где же она? — Я расстроенно откинулась на спинку скамьи. — Ее нигде нет.

Эта вещица была мне дорога, потому что напоминала об отце. Он никогда не расставался с ней и подписывал все бумаги только этой самой обычной на вид ручкой. После того, как отца не стало, я часто засыпала вся в слезах, зажав ее в руке. Потеря отца тяжело мне далась, и первое время я вообще не могла уснуть, прокручивая в голове наш последний разговор.

Отец был вне себя от гнева, когда услышал, что я узнала о существовании брата и теперь хочу найти его. Тот памятный разговор стал последним. Горькое сожаление тяжелым осадком осталось на сердце, ведь я так и не успела сказать отцу, как его люблю.

Воспоминания нахлынули волной, грозя смести все барьеры, которые я с такой тщательностью возводила, чтобы окончательно не расклеиться. Совершенно неаристократично шмыгнув носом, я вытерла выступившие на глазах слезы, удрученно поднялась со скамьи и вышла из класса. Похоже, ручка была утеряна навсегда. Придется смириться и отпустить. Понуро опустив голову, я побрела на лекцию.

Когда я вся в растрепанных чувствах прошла к месту, которое заняла для меня Эм, та, обеспокоено глянув на меня, спросила:

— С тобой все в порядке?

— Да-да. Просто потеряла ручку.

— Тебе одолжить запасную?

— Нет, спасибо, у меня есть другая, — тихо произнесла я, доставая учебные принадлежности из сумки.

— Не расстраивайся. Может быть, ее подобрал декан? Давай подойдем к нему после лекций и спросим! — с горящими глазами предложила подруга.

— Нет! — я передернула плечами. — На сегодня с меня хватит общения с ним.

— Кстати, а о чем он с тобой говорил? — внезапно вклинилась в наш разговор сидящая неподалеку девушка с длинной красной косой, перекинутой через плечо. Кажется, ее звали Мередит.

— Тебе-то что? — довольно грубо ответила Эм.

— Ничего. Просто интересно, — гордо вздернув подбородок, девушка демонстративно отвернулась.

— С Мередит Кастер лучше вообще не делиться никакой информацией. Она страшная сплетница. Разнесет по всей академии и приукрасит так, что не узнаешь оригинала.

— Откуда ты знаешь?

— Она из моих краев. Наши семьи немного знакомы друг с другом.

— Я даже не спросила тебя, откуда ты родом, — виновато улыбнувшись, произнесла я.

— Из Мекек, на берегу Внутреннего моря, — Эм тоскливо вздохнула. — Я уже скучаю по дому и по морю. Здесь вокруг одни леса.

— Никогда не была на море, — призналась я.

— Правда? Ты обязательно должна погостить у нас на каникулах.

— А твои родители не будут против? — меня немного смутил такой энтузиазм.

— Уверена, что мама и бабушка вовсе не будут против, если ты погостишь у нас. Спрошу у матушки сегодня же! — решительно произнесла Эм, явно загоревшись этой идеей.

Я не успела поинтересоваться, как она собирается связаться с семьей, ведь портальные зеркала работают только по выходным. В класс вошла профессор Мевдис, облаченная в красивую темно-серую мантию. Поправив круглые очки в золотой оправе, она начала перекличку. Когда все присутствующие были отмечены, лекция по истории магии началась.

Профессор Мевдис была великолепным лектором, умеющим держать внимание аудитории. Студенты слушали внимательно и периодически задавали вопросы, на которые наш куратор с видимым удовольствием отвечала. Я настолько увлеклась рассказом профессора, что вздрогнула, когда пронзительно прозвенел звонок.

На выходе преподаватель задержала Эм. Что-то настойчиво втолковывая девушке, профессор хмурила тонкие брови, на что подруга только пожала плечами и упрямо покачала головой. Куратор выглядела не очень довольной ответом, но все же отпустила Эм, и мы направились в общежитие. Пока мы устало брели по коридору, я решилась на вопрос.

— Ты давно знакома с профессором Мевдис?

— Конечно, — улыбнулась девушка, — она моя мать.

— Что?! — Я остановилась посреди коридора, в изумлении уставившись на Эм.

— Ну да, — ту, похоже, веселило шокированное выражение моего лица. — На самом деле я приемная. Мы с Аштоном неродные брат и сестра. Он родной сын по крови, а я — подкидыш.

— А как же… Если она преподает в академии, значит, находится здесь круглый год. Как же вы…

— Нас воспитывала бабушка, мама приезжала только на зимние и летние каникулы. Мы с Аштоном нечасто ее видели, поэтому, если честно, я считаю своей настоящей матерью ту, которая всегда была рядом. Впрочем, как и Аштон. С профессором Мевдис мы не очень-то и близки.

— Понятно, — я смутилась, осознав, что ненароком по уши залезла в чужую семейную драму. — Извини, что начала расспрашивать.

— Все в порядке, — пожала худенькими плечами девушка. — Я привыкла к такой реакции, но