Девиантное царство - Трейси Лоррейн

Вокруг меня происходит слишком много дерьма, чтобы подвергать себя — всех, кого я люблю — риску, как я сделала в понедельник вечером.

— Давай, малыш. Давай отвезем тебя домой. — Он целует меня в макушку, прежде чем схватить за плечи и оттащить от своего тела.

— У нас здесь все хорошо? — Он кричит в ответ, и когда я выглядываю из-за его тела, я нахожу Круза и Ксандера, стоящих в дверях здания.

— Все хорошо, брат. Хочешь оставить Волкам небольшой подарок? — Спрашивает Круз, на его губах появляется злая улыбка.

— Ты это знаешь, — подтверждает папа, подталкивая меня в направлении, в котором мы наблюдали за Алексом и Тео всего несколько минут назад.

— Привет, кузина, — говорит Себ, подходя ко мне, его обеспокоенные глаза ищут мои. Я понятия не имею, что он ищет, но он явно не находит этого, потому что даже после долгих секунд выражение его лица совсем не расслабляется.

— Это… эм… — Я колеблюсь, одновременно отчаянно желая задать вопрос, который вертелся у меня на кончике языка, но в равной степени напуганная ответом. — Он в порядке? — Спрашиваю я, мои глаза стреляют в направлении, в котором исчез Тео.

— Э… честно говоря, я понятия не имею, — признается Себ, вздрагивая, запускает пальцы в волосы и откидывает их назад, обнажая брызги крови, покрывающие его лоб.

— Черт, ты в порядке?

Он драматично закатывает глаза. — Очевидно. Ни у кого из этих ублюдков не было шанса со мной.

— Твое эго действительно что-то нечто, — бормочу я, когда позади нас раздаются шаги.

— Готова? — Спрашивает Круз, выходя из здания с Линком прямо за ним, на их губах играет злая улыбка.

— Что они делают? — Я спрашиваю, не адресуя вопрос кому-либо конкретно.

— Понятия не имею, — бормочет Себ, в то же время Линк говорит: — Просто подожди, я думаю, тебе это понравится.

Папа продолжает отводить нас назад, и остальные присоединяются к нам, становясь в очередь.

— Тео и Алекс будут в бешенстве, что пропустили это, — говорит Нико, возбужденно потирая руки.

Мои губы приоткрываются, чтобы еще раз спросить, что происходит, когда громкий взрыв перед нами заставляет землю под моими ногами дрожать.

— Это было… Черт возьми, — ахаю я, когда здание, в котором я была заперта не так давно, превращается в огненный шар. — Вау, — выдыхаю я, наблюдая, как пылающие языки пламени лижут небо, жар от них обжигает мою кожу. — Это…

— Красиво, — вздыхает Круз, и это звучит так, как, я думаю, мог бы сказать отец, когда он смотрит на своего первенца, а не на пожар в доме. Но неважно. Думаю, неудивительно, ведь мой дядя… другой.

— Просто жаль, что этот ублюдок Вульф не внутри.

— Или Рэм, — бормочет папа.

Миллион и один вопрос обо всем этом вертятся на кончике моего языка, но я заставляю свои губы оставаться закрытыми. У нас будет достаточно времени, чтобы проанализировать все это, как только мы окажемся в безопасности папиного дома. Сейчас не время.

— Верно. Теперь мы можем уйти, — радостно говорит Круз, проводя рукой по моей макушке. — Пошли, Мегера. — Он подмигивает мне, но мое сердце замирает, и мои шаги замедляются от того, что он использует это прозвище.

Боль пронзает мое сердце из-за того, что Тео ушел.

Я не уверена, чего я действительно ожидала, но в ту секунду, когда я увидела его, стоящего здесь, и поняла, что он был частью этого… черт возьми, он пережил ту катастрофу… Все, чего я хотела, это чтобы он притянул меня в свои объятия и сказал, что все будет хорошо. Что он простил меня за то, что я ушла от него в школе, за то, что я вела себя непристойно с Даксом, за то, что позволила ему положить этот гребаный смайлик мне на язык и позволила себе увлечься безумием, которое он принес в мою жизнь самым ужасным гребаным способом.

— Мы с тобой, малыш. Все будет хорошо.

Делая глубокий вдох, я натягиваю трусики большой девочки и надеваю маску на лицо.

Я лучше этого. Сильнее этого.

Луис Вульф. Чирилло. Мой собственный гребаный дедушка. Никто из них не может прикоснуться ко мне.

Я выиграю у них всех.

Другого выбора нет.

* * *

— Обоже мой, — визжит кто-то, когда папа открывает входную дверь.

Я поднимаю глаза и вижу трех женщин, бегущих ко мне.

Папа прижимает руку к основанию моего позвоночника и толкает меня вперед, прямо в их лапы.

Руки окружают меня, когда сладкий аромат их духов наполняет мой нос, затмевая запах кожи, дыма и разрушения, который исходил от моих спасителей всю дорогу домой.

— Я так рада, что ты в порядке, — выдыхает Калли мне в ухо.

— Я искренне надеюсь, что они позволили тебе кого-нибудь застрелить, — добавляет Стелла, заставляя меня фыркнуть от смеха.

— К сожалению, нет. Я оставила это им. Тебе следовало прийти.

Стелла отстраняется от наших объятий и смотрит мне в глаза.

— Кто-то должен был присматривать за Калли, — язвит она.

— Эй, — огрызается Калли, ударяя ее по голове. — Я была в порядке.

— Ты была вне себя.

— Наша подруга была похищена. Мне было позволено волноваться.

— Нам нужно улучшить твое обучение, — поддразнивает Стелла.

— Ладно, хватит препираться, — говорит Пайпер, ее жесткое выражение лица противоречит легкости, которую она придает своему тону. — Что тебе нужно, Эм?

— Ванна, — говорю я, разминая ноющую спину. — А потом сон. И еда.

— Мы тебя прикроем, — говорит Калли, не давая Пайпер возможности пошевелиться и устремляясь на кухню.

— Пойдем, — говорит Стелла, беря меня под руку и подталкивая к лестнице.

— Ты в порядке, малышка? — Папин голос пронзает воздух, когда мы уже на полпути вверх по лестнице.

— У меня есть все, что мне может понадобиться, — говорю я ему с улыбкой, хотя мое сердце болит от осознания того, что это неправда. Кого-то не хватает. И если я буду честна сама с собой, он единственный, кого я хочу видеть рядом с собой прямо сейчас, когда я пытаюсь взять себя в руки.

— Иди, возьми все, что тебе нужно, я включу воду в ванной, — говорит Стелла, как только мы поднимаемся на второй этаж.

Я протискиваюсь в свою спальню с затаенной надеждой, что, возможно, найду его здесь. Я понятия не имею, оставила ли я вообще окно открытым, позволяя ему войти, но мое непостоянное сердце все еще надеется.

Это бессмысленно, потому что вскоре я обнаруживаю, что мое окно наглухо закрыто, а моя комната в точности такая, какой я ее оставила накануне утром. Гребаная зона бедствия.

На моих губах появляется улыбка, я знаю, как сильно ему не понравится, если он все-таки появится. Это гораздо больший беспорядок, чем он мог бы пережить.

Воспоминания